Опубликовано: 6998

“Тамаше” - 30 лет!

“Тамаше” - 30 лет!

В этом году знаменитой сатирико-юмористической программе “Тамаша” исполняется тридцать лет! На шутках “Тамаши” выросли три поколения казахстанцев. Были взлеты и падения, попытки подражания, но оригинал превзойти не удалось никому. В чем секрет?

В фойе Дворца Республики мы ждали Кудайбергена Султанбаева (на фото) – договорились об интервью. Но каково же было наше удивление, когда оказалось, что в списке гостей уважаемого артиста попросту нет!

Сам Кудайберген-ага пришел на репетицию за час до начала и задал организаторам вопрос: я в принципе участвую в программе или нет? Один из организаторов пожал плечами, но Кудайберген-ага уже завелся: как, с нами, артистами “Тамаши”, да не считаются? Мне нужна отдельная гримерная!

И через несколько минут народный артист Казахстана Кудайберген Султанбаев уже повторяет текст с Лидией Каденовой, густо накладывает грим, по­правляет галстук-бабочку и разговаривает с нами.

АКИМЫ И МИНИСТРЫ ОБИЖАЮТСЯ!

– Почему вы ушли из “Тамаши”? Ведь слава народная гремит до сих пор…

– Никто нас не увольнял, ведь “Тамаша” – не предприятие и не фирма. Тут были разногласия творческие. Потому что я, актер, хочу говорить о высоком, а если материал очень слабый, почти никакой, то я не хочу этим заниматься. А продюсеры иногда настаивали, чтобы я читал низкопроб­ные тексты со сцены.

– Кризис жанра?

– У нас это уже давно: драматургии на эстраде нет, нет хороших авторов. Шутки для нас пишут романисты, журналисты и публицисты, которые не учитывают специфику сцены. Например, пишут длинные монологи, на которых зритель может заснуть.

У нас все считают, что юмор и сатира – легкий жанр, но это не так. Да и в смысле актерства на эстраде не было должного отбора: после того как мы с Тунгышпаем отыграли на сцене 12 миниатюр, все потянулись за легкой славой. Любой человек с улицы стал выходить на сцену и хохмить. Все это, видимо, потому, что нашему государству, не зрителям, конечно, а чиновникам, Министерству культуры юмор не нужен как жанр.

– А как вы относитесь к молодежному юмору, идущему от масс?

– Я не перевариваю КВН, “Комеди клаб”… Это низкосортный юмор. В смысле юмора мы по течению плывем уже много лет. Я 10 лет пытаюсь открыть театр сатиры, а мне говорят: “Нет денег”. Ведь у нас бал правят администраторы, которые за нашей спиной зарабатывали деньги на нас же. А мы к деньгам никакого отношения никогда не имели. В России любой актер командует, с ним все согласуется, а у нас продюсер сам по себе. Но какой он продюсер? Его даже администратором-то назвать нельзя!

– Это вы о ком конкретно?

– Ни о ком конкретно. Просто такие у нас были и ушли. А мы остались.

– Вам часто приходится пародировать “агашек”: чиновников, министров. Как они относятся к этому?

– У нас это не любят. Мы должны чуть ли не разрешение на это брать. И чиновники, и акимы районов, областей, министры сильно обижаются, когда видят себя на сцене. Они думают, что это карикатура, а мы им, наоборот, рекламу делаем!

Именно поэтому артистов “Тамаши” не приглашают ни на один праздник.

Но при этом почти все “агашки” хотят попасть на “Тамашу” по пригласительным билетам. Я ни одного депутата и чиновника не видел, который бы покупал билеты! Вот такой парадокс…

ИЗ-ЗА “ТАМАШИ” НЕ БРАЛИ ЗАМУЖ

Актриса театра имени Г. Мусрепова Лидия Каденова пришла в программу по приглашению друзей в 1979 году.

“Я – драматическая актриса! – возражала она Лукпану Есенову, руководителю программы “Тамаша”, который решил разбавить мужской дуэт “племянника” и “дяди” женским образом, – а вы мне предлагаете шутки шутить!”

Но на новогоднюю запись программы все-таки пришла. Решила: если публика примет, то останется. Публика приняла…

Правда, последние 10 лет Лидия Каденова принимает участие только в юбилейных встречах:

– Я была на 20-, 25-летии, теперь вот 30 лет. Вижу, молодые ребята – Марат Коккозов, Асылбек Боранбаев – сегодня болеют за дело не меньше нас.

– Что запомнилось из той жизни в “Тамаше”?

– Я часто получала записки, стихи, признания в любви от зрителей. В народе ходили слухи, что из-за моего бойкого, стервозного характера меня никто замуж не берет. Но в жизни-то я совсем другая – мягче. Так что те, кто испугался моего сценического образа, много потеряли.

– А кто не испугался?

– Мой муж Ермек Ауельбеков, он выпускник отделения музыкальной комедии.

У НАС ВСЕ ВАРЕНОЕ!

Тунгышбай Жаманкулов (Аль-Тарази), отметивший недавно свой 60-летний юбилей, сначала интервью давать не хотел. Говорит: вам же “жареное” подавай, а у нас все только вареное!

– Не хотите сыграть с Кудайбергеном Султанбаевым, как раньше, в “дядю с племянником”?

– Зачем повторяться? Да и потом, я из “Тамаши” ушел, чтобы доказать всему Казахстану, что я драматический актер и еще кое-что умею. В “Тамаше” я проработал всего 1,5 года – с 1979 по 1980 год, заработал популярность на всю жизнь. Тогда я стал пробоваться в кино, играл в театре, и, пока мой зритель врубался, что я играю что-то серьезное, а не шучу, проходил целый акт в театре. Я осмыслил все и решил уйти, хотя расставаться было трудно.

– Как сегодня работать в жанре сатиры?

– Казахи любят шутить, но превратить шутку в настоящее искусство дано не каждому.

– Какой самый лучший подарок на юбилей получили?

– Акимат подарил джип и еще несколько машин…

– Что с ними будете делать?

– Как что? Ездить!

КАЗАХИ ПРОЩАЮТСЯ – И НЕ УХОДЯТ

Актер Нуржан Тутов – один из представителей новой поросли “Тамаши”. Пришел в программу в 2000 году в качестве пародиста:

– Я боялся, что не дотяну до уровня наших известных “тамашистов”. Но покойный Лукпан Есенов убедил меня, что в жанре пародии мне не будет равных.

– Кого вы пародируете?

– Самые любимые персонажи – Тунгышпай Жаманкулов, Нурлан Абдуллин, Сейфулин Жолбарыс, Ескендир Хасангалиев. А раньше были Горбачев, Ельцин, Брежнев. Но говорили и они, в основном о нас, о казахах. Например, Горбачев любил порассуждать о казахском менталитете: “Дорогие гости, все у нас хорошо, только не могу понять, почему англичане с банкета уходят и не прощаются, а казахи прощаются, но не уходят?”.

– О чем сегодня нельзя шутить?

– Шутить можно о чем угодно, главное, как подать. Мы не ставим задачу говорить о чем-то в лоб, мы же не газета, а театр, и наша задача, чтобы зритель отдохнул, а проблем ему хватает и на работе.

– На кого бы вы хотели быть похожим в своем жанре?

– Мой главный учитель – это Тунгышбай Жаманкулов. Я, как он, хожу, говорю, я хочу быть, как он, вот только ростом не вышел (подпрыгивает)...

Жанар КАНАФИНА, Тахир САСЫКОВ (фото)

Загрузка...