Опубликовано: 360

Там, где у банков золотые двери…

Там, где у банков золотые двери…

Еще несколько лет назад представить казахстанского – да и не только казахстанского – туриста в Омане было просто невозможно: посторонних в эту страну не пускали. Хотя здесь, как и в любой другой стране, есть что посмотреть!

“Моя дочка родилась в 1430 году”, – сообщила нам гид Света, и это была чистая правда, а Света – в здравом уме и трезвой памяти. Нынче у нас идет 1432 год по Хиджре, и что за дело  арабской стране Оман до того, что весь прочий мир только что встретил новый 2011-й? Только одно: под Новый год всегда увеличивается приток туристов, желающих посетить султанат Оман. Что мы и сделали.

Дождь для счастливчиков

Столица страны – Маскат – встретила нас неожиданным дождем. “Вы счастливчики! – сказала гид. – Многие здесь живут несколько лет, и не могут дождаться ни одной капельки с небес”.

“И это хорошо!” – подумали мы, когда увидели, что творится после дождя в этом городе, где, оказывается, почвы нет как таковой. Высокие и крутые скалы, окружающие бухту, вокруг которой когда-то и возник Маскат, обеспечили городу надежную защиту от захватчиков, что веками приходили с моря-океана, но при этом (нет в мире совершенства!) наградили “побочными” явлениями. Как раньше оманцы справлялись с дождями, знают только Аллах и совсем древние старики, а сегодня это выглядит следующим образом: огромные лужи, которые не просто разливаются по асфальту, а буквально затапливают улицы, ликвидируются специальными машинами с насосами. Не придет машина – лужа так и останется, потому что впитываться воде некуда. Гид сказала, что проливные дожди здесь называют “кровавыми”: каждый обязательно уносит чью-то жизнь. После таких рассказов не очень-то хотелось выходить из автобуса, но нам опять повезло: дождь оказался непонятным и нехарактерным – маленьким и очень локальным, когда мы подъехали к знаменитой мечети султана Кабуса, оказалось, что здесь он даже не начинался.

Мулла в режиме онлайн

Чем же знаменита эта мечеть? Как бы странно это ни прозвучало – ковром. Одно время он даже считался самым большим в мире, а потом – то ли его “переплюнул” ковер в мечети шейха Заида в Абу-Даби, то ли гигант из родственного нам Туркменистана… но, так или иначе, ковер на самом деле поражает воображение как размерами, так и красотой. Говорят, что ткали его в Иране почти четыре года 600 мастериц, причем не полностью, а по фрагментам: видимо, еще на стадии “эскиза” стало ясно, что для перевозки ковра площадью  420 кв. метров и весом в 20 тонн понадобится специальный самолет (и каких размеров?!). В итоге получилось 58 частей, которые потом старательно собирались уже на месте, в самой мечети. Но места стыков совершенно не видны. Ковер такой, каким и должен быть персидский ковер ручной работы, – ворс в одну сторону отливает небесно-голубым цветом, в другую – почти бирюзовым. 28 цветов, “заявленных официально”, на деле создают впечатление гораздо большего количества даже не цветов, а оттенков. Или все дело в традиционной фактуре персидского ковра – шелке?.. И больше всего на свете в тот момент в мечети мне хотелось нарушить запрет для туристов – ходить только по полотняным дорожкам, постеленным по всему периметру молитвенного зала, – и почувствовать кожей прикосновение этого чуда…

Вообще-то, после посещения мечети Айя София в Стамбуле после Биби-ханым в Самарканде ждешь истории, а не цифр, даже если они такие внушительные: 300 тонн индийского песчаника, потраченных в ходе строительства, площадь более 40 тысяч кв. метров, 20 тысяч верующих, которые могут находиться в мечети одновременно…

А потом я поняла: все правильно. Все так и должно быть. После Арабского халифата, после персов, после набегов бедуинских племен. После португальцев, которые оставили Оману “в наследство” старые форты, что и сейчас возвышаются на прибрежных скалах, создавая полное ощущение средневековой легенды. После самых настоящих, а не книжных и не киношных “дворцовых переворотов” – один из них, кстати, привел к власти нынешнего правителя Омана султана Кабуса бин-Саида ас-Саида, который сорок лет назад сверг собственного отца…

После всего этого Оман творит свою новую историю. И мечеть султана Кабуса – одна из страничек этой истории, которая когда-нибудь наверняка покроется таким же флером историй и легенд, что и стамбульская Айя София. И первая история будет такая: “В 1992 году тогдашний правитель султаната Оман султан Кабус повелел, чтобы в стране появилась своя Великая Мечеть. Был объявлен конкурс, и вскоре началось строительство. И вот в 2001 году шедевр зодчества был открыт для посещений и молитв…”.

А теперь о том, что мне больше всего запомнилось в этой мечети – после ковра. Это плоский монитор на стене женского молитвенного зала. Что показывают? Муллу в режиме онлайн: в это время он проповедует в мужском зале.

Дама в железной маске

Следующим пунктом нашей программы был музей со сложным названием Бейт аз-Зубейр. Знакомая история: музей вырос из частного собрания семьи Зубейр, несколько поколений которой (я так понимаю) собирали материальные свидетельства богатейшей истории Омана. Кое-что из этих свидетельств шокирует даже таких, как я, видавших виды, и арабских женщин. Оказывается, в Омане пошли дальше и оригинальнее всех по известному пути “закрой личико”: здесь в некоторых регионах на лица женщин надевают… металлические маски. Впрочем, дальнейшее изучение этого вопроса показало: масками “украшали” женщин не только в Омане, но и, например, на территории современных Эмиратов и т.д. Этакая древняя аравийская традиция, изначально присущая исконным хозяевам пустыни – бедуинам. В Омане такую маску, закрывающую брови и губы женщины, называют “батулла”, в Эмиратах – “бурга”. Причем – представляете! – предприимчивые эмиратские ювелиры даже смогли получить за современную версию такой маски высшую награду знаменитейшего ювелирного конкурса De Beers – Millennium Award. Дело было в 2000 году, маска была, естественно, не из меди, а из белого золота и бриллиантов… В общем, даже не знаю, что сказать по этому поводу. Наверное, я бы такую все-таки не надела – даже платиновую. В отличие, кстати, от остальных украшений, увиденных мною в музее Бейт аз-Зубейр, и знаете почему? Потому что они удивительно похожи на наши – казахские. Некоторые даже, на мой взгляд, просто такие же. Например, перстни “кусмурун” в форме птичьего клюва: положи наш такой перстень в витрину оманского музея – и только специалист отличит, где пустынный, а где степной, – та же форма, тот же материал…

Кстати, серебро в Омане вообще уважают – так же, как и у нас. Причем по той же самой причине: считается, что серебро в отличие от золота обладает защитной силой и оберегает своего владельца от дурного глаза и злой воли.

Рыбалка в пустынной стране

Следующей остановкой в нашей экскурсии был… правильно – базар. “Сценарии” экскурсий в восточных странах, как правило, вообще не отличаются особой оригинальностью. Куда бы ты ни приехал, схема будет одна и та же: мечеть – музей – базар. Для желающих, впрочем, возможны отклонения в сторону активного отдыха: дайвинг – сафари по пустыне на джипах – рыбалка. Кстати, рыбалка в Омане не просто знатная – она здесь одна из ведущих отраслей экономики. Находится на втором месте после добычи нефти. Туризм же пока развит достаточно слабо. А как бы вы хотели, если всего 25 лет назад путешествие в Оман даже невозможно было представить: государство с абсолютной монархией было абсолютно закрытой страной, в которую туристов не пускали…

Главная достопримечательность

В Национальном банке Омана находится одна из главных местных достопримечательностей – большая (высота – 7 метров) золотая дверь. Эта дверь и есть главный вход в Оманский банк. Так вот, если вам будут говорить, что она вся состоит из чистого золота, – не верьте: она только покрыта золотом. Какой толщины слой, гид Света затруднилась ответить, равно как и назвать стоимость этой “достопримечательности”. Одно могу сказать точно: дверь, декорированная восточным орнаментом, очень хороша. Правда, полюбоваться ею с близкого расстояния не представляется возможным – вход в банк, как и положено, охраняют “гоблины”.

Самира САДВАКАСОВА, Оман, специально для “Каравана”

Загрузка...