Опубликовано: 1329

Суперболид от Мякинена

Суперболид от Мякинена

Алматинский автогонщик Евгений Сапогов сегодня обладает одной из самых быстрых и навороченных раллийных машин в Казахстане.

Свою красотку Евгений привез из Финляндии, где располагается чемпионский “цех” по производству раллийной техники. Над машиной “Субару Импреза spec C” в течение трех месяцев колдовали специалисты четырехкратного чемпиона мира по ралли Томми Мякинена!

Прежде чем пересесть на раллийный хай-тек, ее владелец успешно выступал и выступает в гонках кросс-кантри на “Хонде Цивик” и “Субару Импреза Купе”. В 2004 году становился чемпионом Казахстана в этой дисциплине. А два последних сезона заканчивал в числе призеров чемпионата страны.

Евгений Сапогов рассказывает об истории приобретения машины, о личном знакомстве с мировым чемпионом Мякиненом и о мире раллийных гонок.

Made in Finland

– Где брали машину?

– В Финляндии, я ее приобрел у многократного чемпиона мира Томми Мякинена. После окончания спортивной карьеры он организовал фирму по подготовке раллийных автомобилей по группе N4. Я и еще один наш автогонщик Дмитрий Филонец взяли у него машины. Я купил совершенно новую в полной комплектации: шестиступенчатая кулачковая коробка передач, мне установили амортизаторы reiger, которые стоят на машинах, участвующих в чемпионате мира по ралли.

– Первую серьезную обкатку провели на финских дорогах?

– Да. В марте я поехал в Ювяскуля, мне дали тест-пилота, с которым мы проехали несколько специальных участков длиною 100 км, и потом я ее привез домой. “Субару Импреза spec C” выпускают в Японии – специально для переделки под раллийные автомобили. После того как машина приходит из Японии, ее полностью разбирают до основания: усиливают кузов, ставят другую подвеску, осуществляют перенос руля справа налево, переделывают проводку и прочее. Машина собиралась в течение трех месяцев.

Чемпион мира стал фермером

– Почему вы заказали машину именно у Мякинена?

– Я узнал, что всего в мире существует пять компаний: финская, российская, японская, английская и итальянская, которые занимаются подготовкой “Субару” для раллийных гонок. Я посоветовался, и мне сказали, что услуги финнов и по цене приемлемы, и по уровню подготовки. К тому же, что немаловажно, они осуществляют послепродажное обслуживание автомобиля и дают гарантию на 1000 “боевых” километров. А самое главное, финны занимаются продажей запчастей для своих машин. В противовес им другие компании требуют везти машину на ребилдинг (восстановительный ремонт. – Прим. авт.) к ним на место. Представляете, какие сумасшедшие расходы можно понести, если доставлять машину в Англию?! На фоне остальных финны очень демократично работают. Кстати, там же машину взяли действующие чемпионы России по ралли Александр Желудов и Андрей Руссов. Их рекомендации тоже для меня были очень важны.

– Вы встречались с самим знаменитым хозяином фирмы?

– В последнее время кроме руководства этой компании Томми еще занимается фермерством. Мякинен выкупил поля и засаживает их техническими культурами, сам работает на тракторе, а потом продает урожай. Он приезжал как раз на обед, подошел ко мне, поинтересовался, как дела? Сходил помыл руки, а потом мы с ним сфотографировались. Томми оказался приятным в общении человеком, нет в нем ни чопорности, ни напыщенности.

– Какие горизонты для вас открывает этот автомобиль?

– При наличии соответствующей материальной базы в моих планах выступление не только в чемпионате Казахстана и России по ралли. Эта машина позволяет выступать в чемпионатах любого уровня.

Гоночный авто на городских улицах – дорогое удовольствие

– Выступая в России, часто ли приходится сталкиваться с различными нюансами на казахстанско-российской таможне?

– Нюанс, по большому счету, один – уйму времени теряешь. Когда вот мы ездили на ралли “Южный Урал”, то провели на границе семь часов. У нас было два гоночных авто, техничка, долго оформляли страховые полисы. На российской стороне все очень грамотно сделано, а у нас – бардак: грузовые и легковые автомобили идут через один терминал. Впечатления от того, как проходишь российскую таможню и нашу, – совершенно разные. У них все логично – куда идти и что делать. У нас все контроли в разных местах, неразбериха, которая нервирует. Плюс у них все заасфальтировано, есть разметка, а у нас дорога неровная, грунт разбитый, куча машин стоит в очереди – и все сигналят.

– Как дорожная полиция реагирует на казахстанских трассах и улицах на ваш автомобиль?

– Во-первых, на машину есть все документы. С техосмотром тоже все в порядке. Если скорость не превышаешь, тебя не останавливают. Во-вторых, я своим ходом автомобиль не перевожу – только в прицепе. Бывает, что надо заехать на мойку, но такие перегоны, когда машина идет своим ходом по улицам города, – крайне редки. Если хочешь заниматься спортом основательно, нужны деньги, чтобы купить все, что необходимо. Сейчас передо мной встал вопрос, что нужна серьезная техничка, где есть все необходимое для ремонта машины в полевых условиях.

Машина из мастерской Мякинена потребляет только 102-й бензин “Шел турбо ралли”, который стоит 6 евро за литр. На таком бензине очень дорого кататься по дорогам, к тому же ресурс двигателя ограничен.

Ралли – “маленькая жизнь”

– Мечтаете ли о победах над асами российского ралли?

– Лидеры чемпионата России – профессионалы, занимаются этим постоянно. А для меня это хобби, которому я посвящаю свободное от работы время. Поэтому достичь их уровня нереально. Моя цель хотя бы приблизиться, так чтобы зрителям было интересно смотреть на мое вождение, – это цель.

– Чем вас так очаровало ралли?

– Я еще выступаю в автомобильном кроссе, но понял, что ралли более интересная вещь. В кроссе ты едешь семь минут, испытываешь взрыв эмоций и адреналина. Потом отдыхаешь – все время такой рваный темп. Всего выходит, что 20 минут проводишь на гонке. А в ралли два дня уходит на то, чтобы прописать трассу (имеется в виду знакомство с трассой и составление стенограмм. – Прим. авт.), еще два дня идет сама гонка. За это время накатываешься так, что после за руль не хочется садиться. Я согласен с утверждением, что за эти четыре дня гонщик “проживает маленькую жизнь”. В ралли, где участники стартуют поодиночке, нет контактной борьбы, поэтому, если медленно проехал, обвиняй только себя: либо это ошибка в стенограмме, либо в технике, либо в вождении. А в кроссе бывает так: ты начинаешь первым, тебя кто-нибудь сзади подтолкнул – и все, место потеряно: можно и разбить машину, и остаться без очков. А в ралли как подготовился – такое место и получил.

Автошок для супруги

– Вы попадали на новой “Субару” в аварии на гоночной трассе?

– Слава Богу, нет. Правда, на российском ралли “Южный Урал” было два неприятных эпизода. Один раз – крутой левый поворот. Мы немного не рассчитали скорость, вылетели с дороги и снесли какой-то металлический столбик. Нам повезло, что не было холмиков и возвышенностей, иначе машина бы точно перевернулась. Второй эпизод случился, когда мы ехали по спецучастку со скоростью 140 км/ч. Перед нами был каскад трамплинов, и на одном из них мы приземлились на передний бампер! Автомобиль начало “крестить”, нам удалось его “поймать” и продолжить движение. Мы запросто могли бы врезаться в гору или улететь

вбок.

– В автокроссе также все обходилось без серьезных последствий?

– Нет, на кроссовых трассах у меня было четыре серьезных переворота: два на “Хонде” и две на “Субару”. Это было в период, когда я еще учился ездить, так скажем, горячился. Ничего себе, к счастью, не повредил. Каркас безопасности срабатывал хорошо. Сейчас стараюсь такие ситуации исключить, потому что это серьезный эмоциональный стресс для пилота. Плюс для автомобиля не очень хорошо. И для семьи, конечно, тоже ничего приятного. Помню, когда жена увидела, как я впервые перевернулся, она была в шоке. Закрыла лицо руками и не смотрела, пока я из машины не вылез. Когда я езжу за рулем спортивной машины, всегда прежде всего держу в уме, что у меня есть двое маленьких детей. И как бы ни хотелось быть первым в соревнованиях, еще больше хочется оставаться живым и здоровым!

Марина ХЕГАЙ

Загрузка...