Опубликовано: 9485

Сталинская коллективизация “по Бауыржану Момышулы”

Сталинская коллективизация “по Бауыржану Момышулы”

В советские времена Бауыржана Момышулы почитали как героя Великой Отечественной войны. О нем писали книги, его произведения изучали в школе. И, казалось, его биография известна в мельчайших деталях. Однако недавно еще одну замечательную страницу в ней открыл шымкентский учитель Уалихан АБДЫХАНОВ.В окрестностях гор Боралдай, в Байдибекском районе Южно-Казахстанской области, до сих пор хранят память о том, как проводили

коллективизацию “по Бауыржану Момышулы”.

Период 30-х годов печально известен как время сталинской коллективизации и страшного голодомора. В Сузакском районе Южного Казахстана, по некоторым данным, от голода тогда умер каждый третий. Тем удивительнее события, память о которых бережно хранят жители Боралдай тау.

По крупицам собирал воспоминания и свидетельства своих земляков о тех давних днях уроженец села Михайловка Уалихан Кибраевич Абдыханов, педагог с более чем 40-летним стажем, кандидат филологических наук, доцент кафедры русского языка и мировой литературы Южно-Казахстанского государственного педагогического института.

– С раннего детства мне запомнились рассказы моей бабушки и воспоминания аксакалов о самых первых организаторах колхоза в урочище Акбастау – первом председателе 30-х годов Бейсе Беласарове, первом сельском учителе и активисте Абдрахмане Мухитдинове, первых бригадирах и колхозниках. Множество историй было связано и с посещениями Михайловки тогдашним уполномоченным райкома Бауыржаном Момышулы, – рассказывает Уалихан Кибраевич.

– Когда в более зрелые годы я начал знакомиться с открывшимися документами, историческими мемуарами, описывающими эпоху советской власти и, в частности, период коллективизации, то невольно задумался: ведь этим делом тогда как раз и занимались Беласаров, Мухитдинов, а в Южном Казахстане – Бауыржан Момышулы, – рассказывает У. Абдыханов. – Неужели и они проводили коллективизацию кровавым и беспощадным способом? Но ведь страшную правду, если она была, скрыть невозможно. Так или иначе она остается в памяти народа.

Однако в воспоминаниях своих земляков я никогда не слышал и намека на озлобление или обиду.

Конечно, захотелось разобраться в этом вопросе. Поэтому я целенаправленно и с некоторым пристрастием стал собирать воспоминания и свидетельства старейших жителей сел урочища Акбастау о 20–30-х годах прошлого века.

На поворотах судьбы

История, которая открылась Уалихану Абдыханову, завораживала своим истинным героизмом, мудростью и великодушием ее героев.

В начале 30-х годов прошлого века Бауыржан Момышулы, которому тогда едва исполнилось 20 лет, уже занимал должность ответственного секретаря райисполкома Жуалинского района Жамбылской области. Объездил всю область, заглядывая в самые глухие и отдаленные уголки. Не раз заезжал и к своим ближайшим соседям – в Михайловку, Акбастау, Актас в долине реки Боралдай (ныне Байдибекский район Южно-Казахстанской области).

Здесь, в Михайловке, к тому времени сошлись судьбы двух молодых и энергичных людей: Абдрахмана Мухитдинова и Бейсе Беласарова.

Первый – учитель из Уфы, много поколесивший по Туркестанскому краю в составе “красных караванов”, участвовавший в ликвидации безграмотности и организации артелей и коммун. Второй – местный житель, самородок-хозяйственник, успевший заслужить авторитет и доверие во всей округе.

Именно они были организаторами и идейными вдохновителями первого колхоза и коллективизации “с человеческим лицом”.

В своем только что организованном колхозе, который правильнее было бы назвать коммуной, актив и члены которой все решали сообща, часто вечерами во время ужина за общим дастарханом: где и кто косит траву, когда приступать к жатве, что продать или купить, когда пасти скот и на каком пастбище. Эти “планерки” отличались тем, что здесь не было приказов и распоряжений, принимали, находили действительно оптимальные решения.

В то же время актив колхоза не страшился брать на себя принятие самых жизненных и принципиальных вопросов. И это касалось прежде всего политики проведения коллективизации.

Конечно, о деятельности актива Акбастау знал и уполномоченный райкома Бауыржан Момышулы.

– Бауыржан Момышулы во время своих командировок в окрестности Михайловки всегда останавливался в доме Мухитдинова. Сюда же приходил и председатель колхоза Б. Беласаров. Они обсуждали стратегию и тактику организации колхоза в ауле, проведение коллективизации, – делится своими исследованиями Уалихан Кибраевич. – Правда, супруга Мухитдинова вспоминала, что перед разговором мужчины всегда находили ей, хозяйке дома, “особое задание”. И она всегда уходила из дома. Что ж, такая конспирация была далеко не лишней, учитывая важность обсуждаемых тем.

Коллективизация с “человеческим лицом”

Самое удивительное: вопреки тому, что творилось по всей стране, в окрестностях Михайловки сумели провести коллективизацию без жертв, от голода не умер ни один человек!

– Страшного голодомора 30-х годов в урочище Акбастау смогли избежать именно благодаря мудрым решениям уполномоченного райкома партии из Бурного Бауыржана Момышулы и умелым действиям колхозного актива – Абдрахмана Мухитдинова, Бейсе Беласарова, – доказывает У. Абдыханов.

Во всех селах, аулах и кочевьях Казахстана, как и по всему Советскому Союзу, крестьяне, протестуя против насильственных мер проведения коллективизации, забивали весь свой скот. Мясо пытались спрятать, но в лучшем случае запасов хватало на пару месяцев. Потом наступал неизбежный голод. Не лучше обстояли дела и у тех, кто добровольно или под давлением уступил коллективизации. У них также забирали весь скот. В результате – опять голод. Так вымирали целые села.

В Акбастау Б. Момышулы, А. Мухитдинов и Б. Беласаров сумели убедить селян не вступать в открытое противоборство с властью, даже если требования были просто убийственные для крестьян. В колхозе была организована добровольная сдача скота.

Однако организаторы колхоза на свой страх и риск осуществили свой вариант коллективизации и продразверстки. Рапортуя в район о полной сдаче наличной скотины, они оставляли на четыре-пять дворов хотя бы по одной козе. Это дало возможность хоть как-то прокормиться всем семьям колхозников.

Не для срыва коллективизации поступали так Б. Момышулы, А. Мухитдинов и Б. Беласаров, а для спасения крестьян, сохранения народа. Такой риск и забота со стороны представителей власти вызвали понимание и поддержку у всех селян.

– Удивительно, как эти совсем молодые люди взяли на себя ответственность за судьбы села, когда всякое помышление о противодействии установкам партии, любое проявление сочувствия народу было самоубийством, – говорит У. Абдыханов.

Насколько же было опасным действие трех гуманистов? Кандидат филологических наук предлагает обратиться к документам и событиям тех лет.

Никто не выдал

А документы говорят о страшных событиях. В 1932 году, когда по всей России, Украине, Казахстану свирепствовал страшный голодомор, пленум Центрального комитета Компартии Советского Союза по инициативе И. Сталина одобрил решения Политбюро партии по разгрому кулацких организаций. Было решено ввести в практику “самые жестокие меры к лжекоммунистам с партийным билетом в кармане”.

После этого в жертву режиму приносятся тысячи истинных партийцев, пытавшихся не допустить народной трагедии. Юридически голод 30-х годов ХХ века подкреплен Законом ЦИК и СНК СССР об охране социалистической собственности: с 7 августа 1932 года за унос сумки (торбы) колхозного зерна или всего лишь одного снопа колосьев пшеницы выносится исключительная мера наказания – расстрел. В лучшем случае виновный может рассчитывать на 10 лет лагерей. Амнистия по таким делам была запрещена, закон не отличал злостного расхитителя от смертельно голодного человека, укравшего горсть зерна. Автором закона был И. Сталин.

Заготовки в Казахстане возглавлял Голощёкин, Украине – Молотов, на юге России – Каганович. В речи на пленуме в январе 1933 года И. Сталин заявил, что в неудачах мясо-и  хлебозаготовок “ответственность падает целиком на коммунистов”.

С точки зрения сталинских приспешников, можно было считать, что уполномоченный райкома партии Бауыржан Момышулы вступил в преступный сговор с руководством колхоза и местным населением с целью срыва коллективизации.

Достаточно было одного сигнала какого-нибудь из “доброжелателей”, чтобы наши герои пошли под расстрел. Но тот факт, что весь актив колхоза оставался не только на свободе, но и на своих должностях, доказывает, что крестьяне, единогласно поддержав колхозных активистов, доверяли им.

Обычные герои

Возникшая дружба и привязанность между соратниками и единомышленниками продолжались и потом, когда судьба раскидала наших героев.

В 1932 году у А. Мухитдинова родился второй сын, которого он назвал в честь своего друга – Бауыржаном.

Старший сын А. Мухитдинова – Сулеймен Абдрахманович, 1930 года рождения, вспоминает, что он в 1961 году, работая завучем в школе поселка Сарышыганак, где находилась воинская часть, возглавляемая полковником Б. Момышулы, с тридцатью учениками побывал в гостях у легендарного Героя Великой Отечественной войны.

Прославленный полководец, узнав, что к нему приехали посланцы от Абдрахмана Мухитдинова, воскликнул: “Әбдірахман ағам аман есен бе? Бауыржан, Мұрат інілерім шауып жүр ме? Фатхия жеңгемнің денсаулығы жақсы ма?” (“В добром ли здравии мой старший брат Абдрахман? Как поживают мои младшие братья Бауыржан и Мурат? Как здоровье невестушки Фатхии?”).

Первый же председатель Бейсе Беласаров так и прожил всю свою жизнь в Михайловке в почете и уважении земляков.

Уроки прошлого – для будущего

Эта небольшая история позволяет сделать весьма примечательные выводы, считает педагог и ученый Уалихан Абдыханов.

– Почему Казахстан, Россию и Украину постигла трагедия голодомора 30-х годов? – задается вопросом Уалихан Кибраевич и сам предлагает ответ:

– В сотнях и тысячах статей, трудов, исследований, посвященных этому вопросу, в основном в трагедии принято обвинять центр, Москву. Но практически никто из исследователей не делает акцента на охватившем в то время общество духовном кризисе.

Именно эгоизм, карьеризм, приспособленчество людей, получивших хоть какую-то власть и полномочия от государства, и стали благодатной почвой для разрастания всеобщей трагедии.

– Этот процесс не может контролировать ни один центр, даже если его намерения более чем благие, – уверен У. Абдыханов.

Запомнить и выучить бы и нам этот урок…

Загрузка...