Опубликовано: 5698

Собачья жизнь

Собачья жизнь

Трудно даже представить, что в однокомнатной квартире многоэтажного дома живут 57 собак и с десяток кошек. Хозяйка “квартирного приюта” Виктория Черница признает, что находится на грани, жить в таких условиях невыносимо, но животных на улицу не выбросит. При этом никто не помогает пристроить собак. Ситуация накалена до предела, назрел серьезный социальный конфликт.Собак подкидывают под

дверь

Престижный район Алматы, вылизанные свежевыкрашенные дворы, дома с благоустроенными квартирами и степенные жители. В голове не укладывается, что здесь, в однокомнатной квартире, могут жить более полусотни животных! А сама квартира с шикарным авторским дизайном и дорогим ремонтом станет приютом для брошенных, больных собак. Но Виктория Черница предпочла благополучной размеренной жизни – собачью… В прямом смысле слова она живет в невыносимых условиях вместе с дочерью. Вся квартира отдана под вольеры, сами же хозяйки вынуждены спать на матрасах, которые расстилают на крышах сооруженных будок. Собак становится все больше, их приносят прямо под дверь. Выкинуть на улицу Вика их не может.

Мы приехали к ней, чтобы увидеть все своими глазами. На двери записка: “Не стучать!”. Любой резкий звук может “разбудить” большое семейство, и собачий лай будет долго слышен далеко за пределами дома. У Вики – строжайшая дисциплина. Но совладать с таким большим количеством животных непросто. Она пытается делать все возможное: намывает квартиру, собак, но все ее усилия – как сизифов труд. Животные практически не выходят из дома, у них есть небольшой вольер на приквартирном участке, где они дышат свежим воздухом по очереди, но он слишком мал.

Помощи нет

Женщина признается, что жить в таких условиях невыносимо. Она болеет, но никто не может оказать ей помощь. Уже много лет Виктория пытается пристроить собак, отдать в хорошие руки. Но мало кто жаждет взять такую ношу, чиновники из акимата, к которым не раз обращалась Черница, дают лишь отписки… Хотя, по сути дела, именно они должны приложить усилия, чтобы решить эту проблему. В свое время Виктория взяла на себя их заботу. Шутит, что работает внештатным сотрудником акимата – без зарплаты, на чистом энтузиазме. После массового сноса частного сектора в верхней части города по улицам бродили брошенные животные. Они сбивались в стаи, нападали на прохожих, болели, плодились… Но в погоне за золотыми квадратами эту проблему никто тогда не видел, наша газета не раз говорила о необходимости создания муниципальных приютов, в которые должны были попасть все эти животные. Прошло много лет – приютов до сих пор нет, брошенных собак забрала Вика Черница. Цель была одна – пристроить, но сделать это не удалось…

“Это был шантаж!”

До того как началась вся эта собачья история, Виктория весьма успешно работала дизайнером. Сегодня на проекты нет времени, все оно посвящено питомцам. Оставить их одних дома невозможно, за хозяйством присматривают по очереди – то мама, то дочь:

– Первая собака появилась до рождения дочери. Это был потерявшийся пудель. Я его взяла и оставила дома. Позже в частном секторе нашла щенка в тяжелом состоянии. Эти собаки жили у меня, остальных, которых я находила, позже пристраивала. Родилась дочь. Все было нормально. Тогда люди охотнее брали животных. Потом начался снос домов в районе Аль-Фараби, и брошенных собак оказалось слишком много. Частный сектор стал уменьшаться по всему городу, и пристраивать собак стало очень сложно. В результате мы взяли эту проблему на себя. Есть и другие неравнодушные люди в городе. Позиция обычных людей была агрессивной. Животные бродили по дворам, плодились. Сами же люди из этих дворов приносили нам животных: считали, что это наша обязанность избавить их от бродячих собак. Это был практически шантаж. Либо мы забираем этих собак, либо они вызывают службу по отлову, методы работы которой просто ужасают своей жестокостью. Некоторые жильцы, чьи подвалы облюбовали собаки, давали задание местным бомжам уничтожить животных. Они уносили их в мешках, терзали, съедали. В общем, шла кровавая война с брошенными животными. Мы не могли просто оставаться в стороне. Мне помогает дочь, но справляться с таким хозяйством нам все сложнее.

Расплата за… человечность

Живет Виктория в этой квартире 20 лет, но сейчас ситуация стала невыносимой:

– Некоторые соседи очень агрессивно настроены. Это понятно. Но есть и те, кто понимает нашу ситуацию, приносит остатки еды для животных. Я пыталась как-то решить вопрос, даже приобрела сама участок земли, но он оказался непригодным. В предгорье, где постоянно сходят оползни, добираться туда зимой сложно. В общем, сделать там приют, как выяснилось, невозможно. Мы пытаемся продать его, взять другой, но пока безрезультатно.

В прошлом году обратилась в акимат с просьбой помочь наконец решить нашу проблему, меня отправили по кабинетам. Я пыталась объяснить, что выполняю общегородскую работу, и ей нет конца и края. Ведь если бы городские власти еще три-четыре года назад присоединились к программе кастрации безнадзорных животных, то этой проблемы в таких масштабах не возникло бы. Но никакой работы проведено не было. Сегодня собачий бизнес процветает, складывается впечатление, что все заинтересованы в существующей ситуации. Не хочу никого шокировать, но это действительно так. По сей день собак истребляют на мыло, сало, шашлыки, пирожки в кафешках. В акимате мне предложили выкупить участок за 300 тысяч долларов. Но спонсоров у нас нет. Потом прислали очень пространное письмо – это была отписка, и никто этого не скрывал. Сначала было много добровольцев, которые хотели помочь пристраивать, но поняли, что это очень сложно.

Людей напрягают заботы о домашних питомцах. Мы не сможем их насильно заставлять брать животных. Равнодушие сегодня – это массовая инфекция. Поэтому необходимо другое решение. Нужны муниципальные либо частные приюты. Несколько таких есть, но они с трудом выживают, переполнены. Да и сами эти приюты подвергаются гонению, люди недовольны, что они находятся по соседству. Одна организация изготовила для моих собак 40 метров шикарных вольеров. Но мы не можем их забрать, их просто некуда ставить.

Равнодушие ужасает!

– Нам говорят, вы любите животных, но не любите людей, – продолжает Виктория. – Это не так. Я не могу просто пройти мимо несчастного больного животного. А какие ужасы происходят с животными, вы даже представить себе не можете.

Собаку Джулию мы нашли в частном секторе после того, как она была изнасилована бомжами. Я говорю людям: а вы не боитесь, что сегодня эти бомжи охотятся на собак, а завтра могут утащить ребенка. Но люди предпочитают бояться и ненавидеть нас. Другая история – тоже показательная. На проспекте Сейфуллина щенка сбила машина и даже не притормозила. Неравнодушные люди подобрали собаку, свозили в клинику, сделали рентген, а потом привезли мне. Ведь таким животным нужно просто спокойно отлежаться, поесть, поспать. Есть у нас и собаки с вывернутыми ногами, с выжженными петардами глазами. В общем, искалеченных собак много. У каждого нашего питомца своя тяжелая судьба.

Возможно, что после этой статьи у кого-то из читателей появится желание помочь пристроить собак. Может быть, проблему все-таки помогут решить сотрудники акимата. В общем, надо решать этот вопрос. Ждать, пока соседи начнут реальную войну с питомцами и их хозяйкой, чревато. На сайте “Каравана” в ближайшее время мы разместим фотографии питомцев и их истории.

Алматы

Загрузка...