Опубликовано: 2241

“Собачий” рэп

“Собачий” рэп

Им все далось без особых усилий. Они больше друзья, чем группа. У них никогда не было продюсера.

У них дома действительно живут собаки. А скоро выходит их дебютный альбом – первый за восемь лет!

25-летние юристы Рустем Тасыбеков, Эльдар Рузбакиев и 24-летний переводчик Олжас Тлеулиев c 2001 года читают рэп под вывеской GHETTO DOGS.

Их “Чайки” и “Субарик”, а также несколько десятков других песен, записанных для себя, попали в народ да там и остались. Юмор, острота, обилие деталей в текстах – их главный конек. Алматинская рэп-группа Ghetto Dogs рассказывает нам о своих взаимоотношениях с собаками, поклонниками и друг с другом!

Или новые кроссовки, или новая песня!

– В истории много примеров, когда школьные друзья собирают коллективы. На чем держится долголетие вашей группы?

Рустем: Мы знакомы с 7-го класса, у нас были общие интересы, такие как баскетбол, рэп, мы гуляли вместе на районе... Наша группа держится на дружбе.

– Помните свои первые записи?

Р.: Сегодня у молодежи очень много возможностей, они могут скачать из Интернета минусы и под них читать рэп. А в наше время тяжело было найти минусы. Мой брат раньше был барабанщиком, он познакомил нас со своим другом Багланом Аязбаевым, который как раз занимался студийной записью. Мы поговорили, сказали, что хотим записаться. Первая запись получилась удачной, нам понравилось. Теперь это, как наркотик, – нам постоянно хочется записываться!

– Много ли приходилось вкладывать в группу собственных средств?

Р.: Конечно, песни мы записывали на свои деньги. Первая песня вышла в 11-м классе, и приходилось выбирать. Обычно весной-осенью родители давали деньги на новые вещи, а мы выбирали: либо купить новые кроссовки, либо записать песню. Сейчас большинство молодежи пишется дома, хотя качество от этого страдает. А мы изначально хотели, чтобы все было на 100 процентов, чтобы хорошо звучало, поэтому вкладывали и вкладываем средства до сих пор! Сейчас записать песню не представляет проблемы.

Слава без усилий

– Можно сказать, что сегодня рэп – ваш хлеб, что хобби превратилось в работу с хорошим доходом?

Р.: У меня работа связана с творчеством, есть своя студия, где мы записываем молодых артистов – в основном исполнителей рэпа и R’n’B, редко попсы. Я не могу сказать, что у нас в Казахстане есть шоу-бизнес. Все как-то наплывами. Действительно, наверное, правильнее это назвать хобби – тебе нравится, чем ты занимаешься, да можешь иногда на этом заработать, но не постоянно. Лучше, конечно, иметь нормальную работу и параллельно заниматься творчеством.

– Вы всегда говорите, что пишете песни только для себя, то есть вам все равно, слушают вас или нет?

Р.: Нет, не все равно. Но нам нравится сам процесс записи, я не могу описать это словами, но остановиться невозможно. Я не раз читал на форумах, как молодежь обвиняет нас в том, что мы из богатых семей, что нам помогли, что мы пришли на все готовое. Это неправда! У нас обычные семьи, родители не занимают высоких должностей. Но что действительно правда, так это то, что все нам далось без особых усилий. Я не знаю, как вам это объяснить, мы записывали песни для себя, никуда не ходили и не просили их пристроить, просто раздавали знакомым людям. Популярность пришла сама.

О нашем, о собачьем

– Посмотрим, насколько вы преданы названию группы. Сколько у кого собак?

Р.: У меня было шесть. В данный момент три. Были дог, дворняжка, стаффорд. Сейчас – три американских стаффордширских терьера. Я взял себе кобеля и сучку, потом у них появился щенок.

Э.: Я живу в квартире, мне тяжело содержать собаку. Жил бы в частном доме – взял бы.

О.: У меня тоже собак нет.

– Всем, наверное, интересно: вы исключительно на “субариках” ездите по городу?

О.: “Субару” только у меня.

Р.: У меня были разные машины: BMW , “Мерседес”, сейчас “Лексус”.

Э.: А у меня проездные на все виды общественного транспорта (общий смех), и я этого не скрываю! Все друзья на машинах катают меня, так что я могу выпить, когда другие – нет.

– Вы рэперский дресс-код не сильно-то соблюдаете.

О.: Дело не в одежде, да и возраст…

Р.: Раньше мы одевались, как рэперы. Я, в принципе, до сих пор ношу кепки.

Э.: И, конечно, раньше мы очень любили носить “трубы”.

Будущий хит – о дорожных полицейских

– О чем сегодня хочется петь? Что вам интересно?

Р.: Про отношения с противоположным полом, отношения между людьми, про город – как он изменяется. Мне не нравятся сотрудники нашей дорожной полиции – в мягкой форме мы об этом сказали в песне...

– На ваш взгляд, какое место в жизни казахстанского слушателя занимает отечественная рэп-музыка?

Р.: Последние три-четыре года молодежь до 27 лет в большинстве своем слушает рэп. Он часто доносится из машин, причем не важно, российский, казахстанский или американский.

– Вы сами какой рэп предпочитаете?

Р.: В основном американский. Мне больше нравится, как он ложится на слух, у них интересная музыка, они не просто читают.

– А каковы сильные стороны ваших композиций?

Р.: Мы не придерживаемся никаких концепций. Мы только можем читать рэп, хорошо придумываем вокальные партии, но так как петь не умеем, приглашаем кого-то исполнить эти партии. У нас много юмора в песнях, чтобы у слушателя поднималось настроение. Так как мы живем в Алматы, стараемся писать о том, что нам близко, любим детали.

Алло, это Ghetto Dogs?

– Один из признаков популярности – узнаваемость на улицах. Вас узнают?

О.: Конечно, бывает. Чаще всего люди видели наше фото в Интернете.

Р.: Я один раз пошел покупать запчасти для машины, у парня что-то спросил, а он мне сразу сказал: “О! Ты из Ghetto Dogs, я твои песни слушаю!”. Может, и узнают, но ты не всегда узнаешь об этом.

– А поклонницы караулят вас возле подъезда с плюшевыми мишками?

Э.: Нет, такого еще не было!

Р.: Бывает, что приходится менять номера сотового. Я женат, и, бывает, звонят незнакомые девушки: “Привет, давай познакомимся?”. А бывает, и пацаны: “Алло, это Ghetto Dogs?” и бросают трубку…

– Где и как вы выпускаете свою мужскую энергию?

(Общий смех.)

Э.: Ездим в горы, пикники устраиваем.

Р.: Обычно выезжаем в город ближе к вечеру, до поздней ночи туда-сюда катаемся, можем в ночной клуб съездить, в компьютерный… В общем, как все.

Сами себе директора

– У вас нет продюсера, никого, кто бы вас раскручивал. Вас устраивает такое положение дел?

Р.: Да, мы сами по себе. Когда только начинали, хотели иметь продюсера, тогда мы не знали, что да как в нашем деле.

Олжас: Но никто не хотел браться, просили большие деньги. Но с такими деньгами мы бы и сами могли раскрутиться!

Р.: Раньше продюсеры думали, что рэп коммерчески невыгоден. Теперь, когда мы уже чего-то достигли, стали поступать предложения. Но мы их отклоняем. Сами по себе так и работаем.

– Казахстанские артисты живут за счет корпоративов, а вас часто приглашают на закрытые мероприятия?

Р.: В основном получаем предложения дать концерт в конкретном городе Казахстана. Иногда отказываемся, так как реально нет времени на выступления или нас что-то не устраивает. И чаще всего нас зовут молодые люди, взрослые не понимают такой музыки.

О.: Корпоративы редки. Приглашают в ночные клубы, на свадьбы, но на них мы принципиально не ходим, потому что там аташки, бабульки сидят…

– Родители дают оценку вашему творчеству?

Р.: Они слушают наши песни, некоторые для них приемлемы.

О.: Но все песни мы им не показываем. И, конечно, родители не против нашего увлечения.

Эльдар: Они знают, что мы давно этим занимаемся. Если есть какие-то дела семейные, а ты говоришь, что сегодня выступаешь, то относятся с пониманием.

– А бывает, что родные осуждают какие-то ваши тексты?

Р.: Родные, конечно, у нас люди интеллигентные. Я не показываю им песни с нецензурными словами. Но они знают, что мы ругаемся, это рэп, ты должен петь правдиво. В принципе, Высоцкий, талантливейший человек, тоже матерился. Ничего такого в этом нет.

Первый альбом за восемь лет

– Вы собираетесь выпускать дебютный альбом, расскажите о нем подробнее...

Р.: Он уже готов. Люди спрашивают, сколько песен, как называется, но мы от всех скрываем подробности. Раньше мы делали так: как только вещь была готова, раздавали ее друзьям. Песни быстро расходились. Сколько времени прошло, у нас до сих пор нет альбома, хотя есть группы моложе нас и уже с альбомами. Если посчитать все наши старые песни, то хватило бы на три альбома!

– Там будут какие-то старые вещи или сплошь новые треки?

Р.: Только три старых: “Алматы”, “Восточная ночь”, “Один день”, остальные песни люди не слышали. Мы не рассчитываем на то, что все будут покупать этот альбом – у нас слишком развито пиратство. Поэтому хотим выпустить небольшим тиражом – 1000–2000 копий. Должны были выпустить его еще весной, потом, думали, летом…

О.: У нас еще сольные альбомы на подходе.

Э.: Когда говоришь “сольный”, у людей сразу возникает вопрос: “Распадаетесь?”. Поясню: когда делаешь что-то вместе, приходится считаться с мнением каждого, одному нравится одно, другому – другое, нужно выбирать. А сольник может показать индивидуальность каждого, чтобы каждый поработал как хочет, друг другу не мешал.

Марина ХЕГАЙ, Руслан ПРЯНИКОВ (фото)

Загрузка...