Опубликовано: 1980

Рогатые герои… и музыки

Рогатые герои… и музыки

Для животных у коров весьма мелодичное мычание – в зависимости от ситуации оно может передавать самые разные оттенки настроения. Да и удои под приятные мелодии, говорят, у буренок только растут. Возможно, в музыкальных произведениях коровы замечены не так часто, как, скажем, лошади или собаки. Однако многие значительные авторы посвящали свои сочинения символам будущего года – буренкам и бычкам. Вспоминаем, напеваем и встречаем Новый год с

подходящими песнями!

Менуэт для мясника

В среде музыкантов ходит анекдот про то, как на репетиции оперы “Кармен” дирижер, недовольный исполнением солиста, говорит: “Уважаемый, не забывайте, вы поете партию тореадора, а не быка!”. Несмотря на такую иронию, крупный рогатый скот регулярно фигурирует в сочинениях самых серьезных авторов. К примеру, довольно известным является произведение “Менуэт быка”, написанное австрийцем Йозефом Гайдном – основоположником такого монументального жанра, как симфония.

К этому названию великого композитора подтолкнул случай, связанный с появлением пьесы. Как-то один мясник заказал Гайдну менуэт к свадьбе своей дочери. Через некоторое время благодарный мужчина решил сделать сюрприз для маэстро. Собрав ораву странствующих музыкантов, он велел играть им тот самый менуэт. Выглянув в окно, Гайдн с трудом опознал в этих звуках свое произведение, но еще больше он был удивлен, когда среди пестрой толпы увидел… быка с золочеными рогами: признательный мясник принес в дар маэстро свою лучшую скотину.

“Быдло” с выставки

Русский композитор с драматичной судьбой Модест Мусоргский в 1874 году создал популярную фортепианную сюиту “Картинки с выставки”, посвященную памяти его друга художника и архитектора Виктора Гартмана, чьи работы и легли в основу цикла Мусоргского. Четвертый номер “Картинок с выставки” носит название “Быдло”. В нем композитор изображает монотонное движение крестьянской телеги, запряженной волами (кастрированные быки). Заунывная мелодия, тяжелый аккомпанемент, изображающий шаг животных, – все говорит о безысходности деревенского бытия.

Куда более искрометное произведение в 1920 году представил публике французский композитор Дариус Мийо. Это довольно эксцентричный балет “Бык на крыше”, либретто к которому написал Жан Кокто. Надо признаться, что это сочинение не об особой грациозности животного, танцующего, как можно предположить, на крыше, и даже не о живодерах, силой затащивших туда парнокопытное. Название балету дало известное кабаре, где проводила время парижская богема.

Му-му и марабу

В творчестве советских музыкантов также нашлось место для воспевания коровы. Лазарь Вайсбейн, более известный под псевдонимом Леонид Утесов, сделал это в милой песенке, незатейливо названной “Му-му”. В ней он делится с коровушкой своими чувствами: “Ты не только съела цветы. В цветах мои ты съела мечты…”. Утесов любил эту песню и часто исполнял ее вместе с дочерью Эдит. “Оживили” “Му-му”, а также другие утесовские нетленки советские мультипликаторы – в фильме “Старая пластинка”. Одним из его режиссеров стал "папа" самого известного советского мультсериала “Ну, погоди!” Вячеслав Котеночкин. Как он вспоминал в одном из интервью, “Старую пластинку” Утесов заказал ему лично. К сожалению, в 1982 году, когда мультик вышел, Леонида Осиповича не стало.

Фразу из песни “Му-му” “Что-то я тебя, корова, толком не пойму” я бы смело адресовал советским эстрадным деятелям более поздней поры – бит-квартету “Секрет”. Песня “Сара Барабу” вошла в первый и второй альбомы группы “Ты и я” (1983 г.) и “Секрет” (1986 г.). То, что “главные продолжатели дела “Битлз” в СССР” пропели в этом своем знаковом опусе, не поддается никакому описанию: “Однажды Сара Барабу сказала Му и марабу: “Стань, марабу, скорей коровой Му. А ты, корова, стань марабу”…

По правде говоря, текст песни “секретовцы” одолжили у норвежской поэтессы и писательницы Синкен Хопп, много писавшей для детей. Большая любовь Максима Леонидова к этому автору привела к тому, что группа еще не раз обращалась к наследию Хопп.

На лугу пасутся ко…!

Среди детских песен, посвященных героиням наступающего года, в первую очередь вспоминаются “33 коровы” из фильма “Мэри Поппинс, до свидания!”. Эту вещь, как и всю звуковую дорожку к картине, создал Максим Дунаевский, сын знаменитого советского композитора Исаака Дунаевского. Максим – автор множества по-настоящему народных хитов, проверенных временем: “Позвони мне, позвони”, “Пора-порадуемся” и т.д.

Работая над “Мэри Поппинс, до свидания!”, он активно занимался не только музыкальной составляющей фильма, тем более главную роль там исполнила его тогдашняя супруга Наталья Андрейченко. Как рассказывает сам Дунаевский, именно он придумал киношный образ мистера Эй – рокера-бунтаря районного масштаба в круглых очках. Роль местного Леннона сыграл актер Лембит Ульфсак, а пел за него (в том числе и занятную песенку про вдохновенного рифмоплета и 33 слушательницы) Павел Смеян. По-моему, мило: “Ведь молочная диета благотворна для поэтов, если им всего шесть лет”. Слова к “33 коровам” написал поэт-песенник Наум Олев, работавший в паре с Дунаевским также над фильмом “Трест, который лопнул” и создавший слова к не менее культовому кинопроизведению – мультику 1988 года “Остров сокровищ”.

Нельзя не вспомнить и другую популярную детскую попевку о буренках. В одной из серий мультцикла “Веселая карусель” прозвучала песенка под названием “Кто пасется на лугу?”. Большинству из нас она, скорее, известна по первой строчке: “Далеко-далеко на лугу пасутся ко…”. Авторы этого занятного сочинения – поэт Юрий Черных и композитор Александра Пахмутова.

Хотя песенка-то совсем коротенькая, практически каждая строчка стала крылатой. Ну кто из нас не знаком с главным диетологическим советом оттуда: “Пейте, дети, молоко – будете здоровы!”.

Отчего печаль присуща коровам?

Отечественные рокеры также не могли обойти стороной столь поэтичных персонажей. Самым проникновенным "коровьим" певцом стал Андрей Макаревич с сочинением “Посвящение корове” из альбома “Песни под гитару”, записанного в 1985-м, а изданного в 1989 году. Вопреки поговорке Макар не гоняет свою героиню куда подальше, а жалеет ее, сердечную:

Кто бы мне сказал в письме или словом,Отчего печаль присуща коровам,Отчего лежит она, в поле не скачет,Отчего мычит она, будто плачет.…Я ее ласкаю и кормлю шоколадкой,А себя терзаю ужасной загадкой,Что вот она моргает и не понимает,Что взгляд ее мне что-то напоминает.

Куда брутальнее и острее вышло у Майка Науменко, лидера одной из самых заметных советских рок-групп “Зоопарк”. В песне “Час Быка” Майк говорит, что не может не просыпаться в пять утра: “Я знаю, многим плохо в это время, в час инфарктов и тяжелых мыслей…”. Эта вещь стала одной из самых сильных в творчестве музыканта, он создал ее в конце своего пути. Песня известна по концертным исполнениям, однако ушедший в 1991 году Науменко так и не успел ее записать.

Я один, а их вон стадо!

Другие бычьи истории связаны с артистами смежных жанров. Люди постарше наверняка вспомнят одну из первых песен Александра Малинина “Коррида”, которую он исполнил в 1988 году на конкурсе в Юрмале. В ней певец от лица быка беспрестанно сетовал: “Опять бью мимо, опять бью мимо, хоть цель близка”.

По-своему описывает бычье бытие не известный столь широко автор и исполнитель Виктор Третьяков. Герой его “Песни быка-производителя”, как можно догадаться по названию, помещен в куда более комфортные условия работы. Правда, и тут животное не всем довольно: “Но завидовать не надо, что, мол, все тут хорошо. Я один, а их вон стадо! Ладно, в общем, я пошел…”.

Освежив в памяти самые заметные музыкальные произведения о коровках и бычках, каждый из нас в качестве девиза на будущий год может выбрать наиболее понравившуюся строчку. Главное, чтоб это не было, как у Малинина, – “все мимо и мимо”. Ведь, как поет один из апологетов современной авторской песни Сергей Никитин, “Везде успевают коровы. Коровы, они... будь здоровы!”.

Загрузка...