Опубликовано: 2346

Путешествие из города в деревню…

Путешествие из города в деревню…

Город и деревня – словно два мира, почти не соприкасающиеся друг с другом

Наслаждение путешествием начинается, как только автобус останавливается на конечной остановке, и я понимаю, как давно не выезжал из города. Нет высоких зданий и шумных машин, самые громкие звуки – стрекотание кузнечика в придорожной траве и шум ветра, а взгляд на горизонт подтверждает научные выводы о том, что земля все-таки круглая. Впереди – кажущаяся бесконечной дорога, расплывшаяся в мираже. Через пятнадцать минут рядом останавливается первая машина: “Куда путь держишь? – “На север, в Долматово”.

ДОРОГА

На старой,1989 года, карте это расстояние длиной в указательный палец отмечено красной с точками линией дороги “с автобусным сообщением”, петляющей от города на север через несколько небольших деревенек, ютящихся на крутом правом берегу Ишима. Последний на этом пути населенный пункт – деревня Долматово, центр крупного когда-то совхоза “Путь Ленина” – старейшая деревня Северного Казахстана. 66 километров от Петропавловска.

Водитель, Сергей Ильич, осторожен – трасса испещрена выбоинами и неровностями. Мимо мелькают телеграфные столбы с оборванными проводами, свернутые набок дорожные знаки – привычная картина для задворок области.

В череде промелькнувших названий в который раз удивляет парадоксальная Большая Малышка. Водитель делится своими сведениями: была когда-то деревенька Малышка, а затем стала крупным поселком, вот и прибавили. Теперь, похоже, пора вернуться к старому названию – население сократилось едва ли не втрое, совхоза нет, посевные площади наполовину пустуют, о былом размахе животноводства горько вспоминать.

По бокам трассы огромные поля нового сорта – пшеница в бурьяне. “Это потому, что они поля не распахивали по осени – не на что. Хорошо бы хоть 3 центнера с гектара набралось, – вздыхает Сергей Ильич. – А двадцать лет назад здесь и 18 центнеров считалось ерундой”. С удалением от города дорога будто становится все уже, а асфальт все хуже. Зато все шире ржаные поля по бокам, все гуще леса. Дыхание урбанизации чувствуется здесь слабо, все чаще встречаются основные деревенские средства передвижения – трактор и телега. Слегка ржавый дорожный указатель сообщает, что впереди населенный пункт Барневка.

Барневка – длинная деревенская улица, плавно перетекающая с горы под гору, в некоторых местах глядящая пустыми глазницами покинутых домов, мост над гнилой старицей, под которым пасется табун из 20 лошадей, охраняемых подвыпившей старушкой-пастушкой, железобетонный скелет совхозной фермы и кирпичные развалины грандиозного деревенского клуба. Детского сада нет, средней школы нет, работы нет... “Годы села” и всевозможные социальные программы до Барневки не дошли.

– Ну я дальше не еду, – Сергей Ильич крутит баранку влево. – Удачи!

ГОНЧАРОВКА

Несколько рассыпанных в поле домиков, пожелтевшая крыша недействующего тока: это печальная копия предыдущей деревеньки – Гончаровка. Говорить о преимуществе жизни в деревне, можно лишь живя в самой деревне. Здесь живут – каждый второй дом не пустует.

Но это значит – половина домов брошена. Одна из самых старых жителей Гончаровки – баба Катя, несмотря на то что последние двенадцать лет живет в насквозь просвечивающем домике с кошкой Ленкой, ни на что не жалуется. Всем она довольна: и пенсию с нового года на полторы тысячи подняли, и внуки раз в три месяца приезжают. Рядом смеется сосед бабульки: амнезия у нее, говорит. Уже и не помнит бабушка, что вчера жаловалась, – телевизор показывать перестал, а внуков не было уж года полтора. А что толку приезжать – заняться нечем, работы опять же никакой, ни тебе клуба, ни кино, водку только пить – так это и в городе можно...

За Гончаровкой асфальта нет. Дальше редко кто ездит – там всего одна деревня.

Стою на обочине в беседке, сделанной заботливыми руками лесника. Вокруг поля, леса, недалеко внизу река извивается, ястреб парит бесшумно над пшеничным озером, мышь высматривает – красотища!

ДОЛМАТОВО

До Долматово подвез майор-пограничник. По пути, как настоящий гид, рассказывал обо всем, что сам знал про деревню и окрестности: “Деревня маленькая, 200 домов, работы почти нет, зато очень красиво здесь – потому и живут. Вот еще недавно древнее поселение обнаружили – так теперь тут вроде как музей, туристы приезжают, иногда останавливаются у местных жителей – платят за ночлег по 500 тенге, что для местных неплохие деньги…”

Места и правда исторические: первые поселенцы, облюбовавшие местность, прибыли сюда в 1757 году, а через год, перезимовав в землянке, построили избу. Привлекла необычайная красота, богатая на травы, ягоды и грибы природа и большие льготы, обещанные царским правительством переселенцам на плодородные земли, для развития скотоводства.

Впрочем, местность привлекала поселенцев с древних времен: чему доказательство – недавно обнаруженное городище полуоседлых сако-сарматских племен всего в 300 метрах от деревни. Археологи обнаружили существовавший когда-то двойной частокол, хлев, несколько хижин и прочие археологические ценности, простому человеку не сразу и не всегда понятные. Поселение Ак-ирий частично реконструировали, чтобы оно было более привлекательным для туристов, а в ближайшем будущем в соответствии с планами североказахстанских археологов здесь будет настоящий музей под открытым небом.

Из прочих местных достопримечательностей стоить отметить уникальный Согровский заказник, в состав которого входят Долматовские кручи – палеонтологический памятник природы. Старожилы рассказывают бесчисленные местные легенды: про волков, про первых поселенцев, могилы которых еще видны на деревенском кладбище, про бои красноармейцев с белыми вблизи деревни и оставшиеся после этого окопные укрепления, про обкомовскую дачу на той стороне реки, куда и сам Кунаев приезжал в те еще времена…

Над деревней сгущается тьма, вечер в деревне наступает очень рано – уличное освещение отсутствует напрочь. Изредка темноту рассекает лишь луч мотоциклетной фары или карманного фонарика. С выпаса возвращается деревенское стадо – основной источник пропитания населения: по весне мясо в забой отдают, а летом на молоке живут – местный предприниматель покупает у населения по 15–20 тенге за литр и увозит в город.

Как стемнеет, местные собираются на лавочке и разговоры ведут долгие. О жизни, о том, что дальше будет, когда работа появится и какой будет урожай, да где бы “сообразить”. А молодежь идет в “бар”, расположенный в бывшем детском садике, – это теперь главная достопримечательность деревни.

На стенде сельского акимата числится всего семь безработных на село. На деле – все, кто вечерком собирается на завалинке, работы не имеют. Да и откуда тут работа: 2 ТОО и 7 крестьянских хозяйств, которые занимаются выращиванием и переработкой сельскохозяйственной продукции (как следует из отчетов местного сельского акима Михаила Зиновьева), на деле состоят из 30–35 работников, остальные живут своим огородом или пенсией – молодежи в деревне почти нет.

ПРИГРАНИЧЬЕ

Утром на другом берегу Ишима бодро закукарекали петухи, к берегу то там, то тут стали спускаться аборигены с ведрами – водонапорная будка в Долматово есть, однако нет никаких очистных сооружений, так что разницы – набрать воду из колонки или просто спуститься к берегу с ведром – нет. На этой воде, прошедшей через Астану и Петропавловск, и множество других мусоросбрасывающих поселений, готовят пищу. Для тех, кто побогаче, – дорогая очищенная вода в бутылках. И ведь приезжали специалисты из города, смотрели, охали, но ничего не изменилось.

Пост погранконтроля, находящийся в полутора километрах от деревни, здесь работает с 9 утра до 16 часов дня (фотографировать категорически запретили, ибо режимный объект – будка и несколько пограничников), что для деревенских становится большой проблемой – в лес по грибы, по ягоды или на покос нужно ездить строго по графику или оставаться на ночь в поле. По осени за границей стоят некошеными луга, десятки лет бывшие долматовскими… Граница разделила две соседние деревни – Долматово и Викторовку, в которых живут близкие родственники, которые и увидеться-то не всегда могут, а если соберутся звонить друг другу (расстояние всего 3 километра) – звонок будет считаться по международному тарифу… Пограничная проблема, несмотря на ее давность, до сих пор не решена, хотя даже круглосуточная (или хотя бы повечерняя) работа поста обсуждается уже больше 5 лет.

Повидав родственников в российской деревушке Афонькино, назад возвращаюсь пешком, уже в ста метрах от деревни меня догоняет трактор с телегой, везущий мужчин с далекого покоса, – этакое деревенское такси. Прокатили с ветерком до центра. На завалинке у соседнего дома собралась “вечерняя компания” – снова разговоры ведут про жизнь, про то, что работы в деревне совсем не стало, работа есть только в городе, но до города еще и доехать надо. Автобуса нет, а местный предприниматель за “доставку” берет 200–300 тенге – для многих сельчан большие деньги. Дешевле никуда и не двигаться.

Ну а я наутро возвращаюсь в город. К цивилизации. И думаю, что возможность возвращения – самый приятный момент в таких путешествиях…

Андрей НОВИКОВ, Северо-Казахстанская область

Загрузка...