Опубликовано: 2713

Проповедники из “Орды”

Проповедники из “Орды”

О западных ангажементах, о предрассудках в России и о непонимании у себя на родине рассказывают ребята из казахстанской группы “Орда”.

В поисках бескомпромиссных хитов

Со времен выхода бескомпромиссных хитов “Белгiciз жан” и “Кеш менi” группы “Орда” утекло воды немало, но парни не теряли времени даром. Снимали новые клипы, записали в Москве свой первый официальный альбом, готовят сольный концерт.

Казахстанская молодежь только недавно погрузилась с головой в остромодный R’n’B, зачастую гоняясь за его внешней атрибутикой, а “Орда” начала продвигать этот стиль без малого десять лет назад. Кто бы мог подумать, что оралманы, выходцы из Монголии, так тонко прочувствуют эстетику “черной музыки”. Кто-то скажет: “Казахам чужда эта культура”. Но именно при взгляде на этих парней появляется ощущение, что в вялом образовании, которое называется казахстанский шоу-бизнес, еще остались люди, которые занимаются творчеством ради творчества. И занимаются не ради того, чтобы записать по-быстрому хит среднего пошиба и рубить на нем по корпоративам.

Группа “Орда” – проповедники качественной современной музыки. Отточенная пластика, обязательное многоголосие, исполняемое только живьем, и песни, сочиняемые самими участниками группы. Ребята упорно отстаивают свое право не двигаться в фарватере, навязываемом местным убогим шоу-бизом, а прокладывать свой путь, ориентируясь на лучшие мировые примеры. После поездки в Москву от их семерки из “Орды” осталось шесть человек. На вопросы нашего издания отвечали три брата – Ерболат, Жанболат и Есболат Беделханы, и Рустем Оразбеков.

Стереотипы – на свалку!

– Еще прошедшей осенью мы ждали ваш первый сольный концерт. Однако все пока отложилось…

Жанболат: Мы планировали большой концерт на Центральном стадионе с живым звуком. Хотели пригласить звукорежиссеров из других стран. Хотелось, чтобы все делалось на европейском уровне. Много работы было проделано. Все шло гладко, пока не выяснилось, что зрители могут находиться только на трибунах, а не перед сценой на газоне. На траву нельзя наступать, потому что это единственный стадион, который может принимать зарубежных футболистов. И здесь уже ничего нельзя было сделать. В Алматы есть другие площадки – Дворец Республики, например, но в них нельзя собрать такое количество народа, как на стадионе. А именно массовость – это то, на что мы рассчитывали, планируя концерт.

– А зачем вам нужно такое выступление для многотысячной аудитории?

Ерболат: На Западе музыканты могут делать деньги на продаже дисков, в Казахстане такой возможности нет. Кроме того, у них артисты дают большие концертные турне и с них тоже получают доход. У нас же единственная возможность заработать – это корпоративные вечеринки. Вот мы и собрались сломать этот стереотип и предложить новую тенденцию. К тому же мы хотим, чтобы концерты были доступны массовому зрителю, а не избранным. Возьмем, к примеру, Дворец Республики. Он вмещает около трех тысяч человек. Чтобы сделать там грамотный звук, декорации, шоу, нужно минимум 100 тысяч долларов. Не говоря уже о расходах на рекламу, аренду и так далее. Плюс артистам надо еще что-то заработать. И сколько тогда билет будет стоить? Потому мы и хотим сделать дешевле вход за счет того, что на концерт придет много народу. При покупке билета мы хотели сразу же давать и наш лицензионный диск. Знаешь, мы существуем девять лет, и все это время копили опыт, снимали клипы, записали альбом в европейском качестве.

Предвестники Тимати

– Вы для этого ездили в Москву?

Ерболат: Да, мы уехали туда в 2006 году. Искали новое, актуальное звучание. Но оказалось, что даже в Москве на студиях, где оборудования на миллионы долларов, нам не могли предложить то, что надо. Наш московский директор толком не понимал, что сейчас происходит в мире, что такое современная черная культура и R’n’B на самом деле. Прежде чем записать альбом, мы сменили три студии.

Конечно, у нас в планах было пробиться на российском рынке. Но даже не считая нашего стиля, российских продюсеров многое смущало в нас. Во-первых, название “Орда”. Во-вторых, в группе семь казахов, чисто азиатских лиц. Наш директор предложил убрать половину группы, заменить славянскими лицами, поменять название и петь то, что популярно в России. Мы не могли это принять. Хотя было обидно, потому что действительно хотели добиться чего-то там.

– Странно, ведь R’n’B на радио и ТВ хоть отбавляй. Весь 2008 год просто гремит такого рода хитами.

Рустем: Это сейчас, а когда мы в 2006 году предложили свою музыку, нам сказали, что этот стиль Россия не поймет никогда. Зато буквально через год все уже слушали “Банд’эрос” и Тимати.

Кстати, у нас в Москве было очень заманчивое предложение. Нам предложил сотрудничество мейджор-лейбл “Sony BMG”. Но мы отказались.

Да, азиаты мы…

– Странно…

Ерболат: У нас есть продюсер. Даже не продюсер, это наш большой брат Тохтар Тулешев. Когда российский офис “Sony BMG” предложил заключить контракт, то мы просто по-человечески не могли “кинуть” человека, который столько сделал для нас. Каждому из нас по отдельности тоже поступали предложения. В итоге в Москву мы поехали всемером, а сейчас нас шестеро. На студии, где мы работали, остался участник группы. Это Нурлан Мамбетов по кличке Черный. Он аранжировщик, пишет песни и достаточно успешно работает. Сейчас, например, он заканчивает альбом Анжелики Варум.

Конечно, было тяжело отказываться от контракта с “Sony BMG”. Но мы, как группа “Орда”, не хотели изменять тому, что изначально хотели петь. Да, в российском шоу-бизнесе есть всякие исполнители, уйгуры, узбеки… Но они считаются российскими. А мы хотим остаться казахстанскими.

Выступления – на Тайване. Сайт – в Китае

– Да, я тоже слышал, что с азиатскими лицами в российском шоу-бизнесе сложно что-то делать. Там свой менталитет. Но, может, есть смысл продвинуться на азиатском рынке – в Японии, Корее, Китае?

Жанболат: У нас уже были выступления в Китае и на Тайване. И мы давно думаем выходить на тот регион. Тем более там шоу-бизнес в плане R’n’B и современной музыки очень развит. Особенно в Японии и Корее. Сейчас пока все наши азиатские переговоры находятся на начальной стадии, но могу сказать, что в Китае у нас уже работает свой сайт.

Есболат: Но все-таки, наверное, стоит первый сольный концерт сделать на родине. Мы серьезно настроены пробиваться со своими песнями на казахском языке. Допустим, у немцев есть Rammstein и Tokio Hotel, которые приобрели популярность с песнями на немецком языке. Если делать интересную и очень качественную музыку, то можно выйти на мировой уровень, при этом не важно, на каком языке ты поешь.

Гастролеров крутят бесплатно. Своих – только за деньги

– А все-таки, когда вас можно будет услышать?

Жанболат: Сейчас сложно что-то загадывать. Весь вопрос в площадке. Но даже во Дворце спорта сейчас ремонт. Скоро и во Дворце Республики начнется.

Ерболат: Но мы все равно будем делать концерт!

Рустем: Мы же хотим заработать деньги на своей музыке, как это принято в цивилизованных странах. Поэтому мы и собираемся делать многотысячный концерт и раздавать там свой диск. Получается, что только в одном городе мы сами распространим 20 тысяч экземпляров без всяких посредников и монополистов. То же самое можно будет потом проделать и в других крупных казахстанских городах. То есть мы хотим показать, что в Казахстане можно зарабатывать на своем творчестве и не идти на поклон в сеть музыкальных магазинов, которая жестко диктует свои условия.

– Получается, у вас нет надежды на механизмы нашего шоу-бизнеса?

Рустем: Пока нет. Если даже наши телеканалы хотят срубить денег на артистах. Мы как-то спросили: “Почему вы крутите российские и западные клипы бесплатно, а наши – только за деньги?”. Нам ответили, что, мол, формат не подходит, качество слабовато. Тогда мы сняли клип в Санкт-Петербурге на суперпрофессиональной аппаратуре, на пленку 35 миллиметров. Режиссером был Константин Черепков, который, допустим, снимал клип для Тимати на песню “В клубе”. Мы денег вбухали немерено. А нам после этого говорят: “Ну, давайте мы вас прокрутим по самой минимальной цене?”.

Конченые оптимисты

– Вот вас послушаешь, – тут проблемы, там проблемы. А не было желания бросить музыку?

Ерболат: Мы все конченые оптимисты. А еще, наверное, жертвы музыки (смеется).

Есболат: Как называют солдат, которые стоят насмерть в первых рядах? Смертники. Пушечное мясо. Но такие люди нужны. Так же и мы. Мы пойдем до конца, не свернем.

Ерболат: Просто когда к нам подходят молодые пацаны, жмут руку и говорят: “Если бы не вы, мы бы так не танцевали”, то мы понимаем, что не зря все это начинали столько лет назад. У нас в райдере только одно условие. Мы не говорим: “Предоставьте нам это, другое, пятое, десятое”. Мы говорим: “Поставьте нормальный звук и дайте нам шесть рабочих микрофонов, пожалуйста”. Хотя даже этого нам не предоставляют. Ну ничего, мы продолжаем работать. И верим, что придет время, когда все будет нормально!

Артем КРЫЛОВ, Иван БЕСЕДИН (фото)

Загрузка...