Опубликовано: 1722

Подтянут и дружелюбен...

Подтянут и дружелюбен...

Полицейский в Западной Европе – друг человека! Потому что к физической и психологической подготовке сотрудников у западноевропейской полиции очень жесткие подходы…На примере бывшего казахстанца, бывшего обер-майстера и нынешнего процветающего адвоката Ивана Штойка несложно понять причину ревностного отношения типичного германского служителя порядка к своей работе. Дело тут не только в высокой престижности труда полицейского и не

только в особо уважительном отношении общества к нему.

Это – дорога с двусторонним движением, где каждый “километр” приводит к своей цели.

Гоп-стоп со “славянским акцентом”

Из Семипалатинской области этнического немца Ваню родители вывезли незадолго до окончания сельской восьмилетки. Поэтому до гимназических высот, с которых можно штурмовать немецкое университетское образование, Иван подняться так и не сумел. Ведь в детстве языка Гёте он практически не знал, а позднее с грамматикой были серьезные проблемы.

Но, как оказалось, именно это обстоятельство удачно определило всю дальнейшую судьбу переселенца, получившего гражданство ФРГ. Потому что министерство внутренних дел федеральной земли Баден-Вюртемберг, где теперь обитает семья экс-семипалатинцев, как раз к нужному для Ивана времени упростило экзамен по немецкому языку в свои ведомственные учебные учреждения.

Тест, состоящий из диктанта и бытового диалога с экзаменаторами, “казахендойче” осилил не без труда. Впрочем, если бы даже Иван провалил ту проверку, по новым, куда более либеральным, чем прежде, правилам, у него оставался шанс на пересдачу. Потому что умение разговаривать на русском полицейские считают теперь большим плюсом. Ведь в иных регионах ФРГ самое заметное число преступлений совершают выходцы с постсоветского пространства.

Повезло Ивану еще и в том, что физически он развит разносторонне. Поэтому спринт, бег на пять километров, преодоление полосы препятствий, подтягивание на турнике, упражнения на брусьях, а также поднятие тяжестей для сельского паренька оказались вполне посильным испытанием.

Выпускник обычной школы – “реалшуле”, дающей неполное среднее образование, в свои 17 лет был принят в “полицайшуле” – полицейскую школу. Где и проучился три года, обретая навыки профессионального патрулирования, наружного осмотра с бдительной подстраховкой со стороны напарника (или, как оказалось в случае с Иваном, – напарницы Ингрид), мгновенной стрельбы на поражение, рукопашного боя, мастерского мото- и автовождения, неотложной медицинской помощи, снятия приступов агрессии у неадекватно ведущих себя лиц при помощи тонкого и верного психологического подхода...

Надо сказать, учат в Германии очень неплохо. Иван не без гордости вспоминает, что за первые два года он с напарницей “по горячим следам” в проблемном, насыщенном иммигрантами квартале Штутгарта сумел раскрыть семь ограблений, совершенных русскоязычной молодежью. А также предотвратил свыше двух десятков тяжких преступлений.

“Чиновник” – это звучит гордо

Главное, чем дорожит и за что держится Иван, – статус государственного служащего.

Госслужащим у немцев посвящена объемнейшая “Особенная часть” административного права ФРГ. Вдобавок к тому принято несколько федеральных законов о правовом положении бюрократов.

В это определение здесь не вкладывается негативный оттенок. На приеме в германском учреждении специалист по бесчисленным параграфам текущего законодательства может с чувством собственного достоинства так и представиться: “Бюрократ 12-го ранга”.

Всего их в германской чиновничьей службе шестнадцать. Самая многочисленная категория – функционеры так называемой “простой службы”: контролеры на железной дороге, вахтеры, курьеры, порученцы... Но и для такой незатейливой работы необходимо иметь за плечами среднее образование и специализированные полугодовые курсы. Экзаменов, правда, не требующих.

Для чиновников же “средней государственной службы”, к коим отнесли после полицейской школы Ивана, итоговая проверка знаний строго обязательна. Причем экзамен был государственный. Дающий в случае его успешной сдачи право на карьерный рост в пределах рангов А5–А9.

По местным меркам это уже очень солидно. Уважение в обществе, материальный достаток... Стоит ли всего этого пусть даже и крупная взятка? Полицейскому Западной Европы подобный вопрос покажется не только неприличным, но и неумным. Зачем рисковать всем, когда и на вполне законной основе открываются весьма заманчивые перспективы?!

Для типичного немецкого бюрократа воплощением таких перспектив является уже 12-я или 13-я ступенька в “табели о рангах”. Заняв ее, можно называться “чиновником повышенной государственной службы”. Это, как правило, обладатели вузовских дипломов, успешно завершившие трехлетние курсы, а затем и специальную высшую школу управления.

Мечта – стать бюрократом

Кстати, Иван, получавший на своем полицейском старте 2000 евро чистыми, все же поступил со временем на юрфак университета. Пять лет проучился он без отрыва от службы. По германским меркам, работая чуть ли не на износ. А по нашим – Иван совершал чуть ли не курортный променад. Ведь у стражей порядка в ФРГ рабочая неделя, как и у всех западных чиновников, не должна превышать 39 часов.

В шесть утра Иван заступал на дежурство, в 18 часов сменялся и двое суток был предоставлен сам себе. Точнее – учебникам и лекциям.

Дослужившись до обер-майстера и 2500 ежемесячных евро на руки, наш экс-земляк переквалифицировался в защитника по уголовным делам. И сейчас имеет чистый доход где-то в два раза больше.

Однако мечта бывшего полицейского – сдать на отлично государственный экзамен в научной высшей школе управления и стать настоящим германским бюрократом 13-го ранга.

Тогда Иван сможет возглавить отдел в министерстве юстиции. Что позволит иметь стабильно до семи тысяч евро в месяц, 75 процентов от этой суммы в пенсионном статусе – в общем, весьма благополучную жизнь.

Каков он, настоящий полицейский?

Бывшая напарница Ивана его не понимает, но и не осуждает. Ингрид отдала полиции 17 лет и намерена дослужиться до пенсии с погонами на плечах.

Такие, как она, всегда внимательные, вежливые, предельно сосредоточенные и всегда готовые помочь поначалу, после наших-то реалий жизни, вызывают настороженное недоумение – разве так полицейские себя ведут?

Мы с женой, оказавшись в эмиграции в Германии, тоже поначалу настороженно себя вели.

 – В первый же день встретившая нас в Гамбурге руководитель фонда по защите политически преследуемых подарила большую карту города. Подчеркнув, что еще лучше, если заблудишься, спросить адрес у любого полицейского – он объяснит, – любит рассказывать друзьям и знакомым моя жена Эмма. – Ага, подумала я, связываться с полицейскими… Лишь этого нам и не хватало. Только им и дела, что с безъязыкими русскими разбираться…

Как гораздо позже поняла, именно так при необходимости делать удобнее всего. Во-первых, полицейские все знают, а во-вторых, неизменно доброжелательны и вежливы! И если с какой-то ситуацией не могут справиться сами, будут спрашивать у таксистов, продавцов, просто прохожих, по рации переговорят, пока обязательно тебе не помогут.

Кстати, так не только в Германии, но и во всей Западной Европе.

Как-то мы рискнули махнуть автобусом в Париж. И там набрели на городское полицейское управление. Мне показался очень красивым кадр – длинная череда одинаковых служебных мотоциклов, выстроенных аккуратнейшим рядком. Но не успела вскинуть аппарат, как распахнулась дверь этого серьезнейшего управления и на тротуар вывалила веселая толпа в форменных одежках. Мелькнувшая было мысль – щас как закричат: “Что ты тут снимаешь?! Ты кто вообще-то?! Почему тут шляются посторонние иностранки, да еще и с фотоаппаратами? Уж не шпионка ли?!” – притормозила руку, но, сделав как можно более нейтральное лицо, я все-таки не устояла и затвором щелкнула. И чуть в обморок не упала, когда оглянулась. Сзади меня уже стоял полицейский, жестом притормаживающий идущих следом, давая мне возможность сфотографировать, не портя кадр...

Собственный корреспондент “Каравана” в странах ЕС

Загрузка...