Опубликовано: 1808

“Он полюбил меня, а не мое лицо…”

Лиза Батлер боялась, что из-за родимого пятна на лице ее никто никогда не полюбит. Но когда в ее жизнь вошел Карл, все изменилось…

– На работе, убежав в туалет, я никак не могла остановить поток слез, – вспоминает 26-летняя Лиза. – “Уродина”, – говорила я себе, вспоминая болезненное замечание сегодняшней клиентки: “Ты что, попала в аварию и вылетела через лобовое стекло?” – презрительно спросила она.

Я понимала, что должна вернуться в офис, но, взглянув на себя в зеркало, почувствовала, что смелость в очередной раз меня покинула. Искусственное освещение еще ярче подчеркивало то, что я ненавидела больше всего в своей жизни, – родимое пятно.

Я уставилась на бордовое пятно на своем лице и огромную нижнюю губу. Жестокое замечание клиентки заставило меня вернуться в то время, когда меня постоянно дразнили в школе. “Жирная губа!” – кричали мне дети на игровой площадке. Из-за их постоянных злых насмешек я чувствовала себя подавленной и одинокой.

Но сейчас я напомнила себе, что я уже не та маленькая и беззащитная девочка. Теперь у меня трое замечательных детей и заботливый муж, который решительно изменил мою жизнь и мое отношение к себе…

Я – не такая, как все…

Мне было шесть лет, когда я впервые осознала, как безобразно родимое пятно на моем лице. Хозяин местного паба в городе Бери (Южный Уэльс) организовал специально для меня сбор денежных средств, чтобы помочь моим родителям заплатить за лазерное лечение. Помню, как все с интересом разглядывали меня, и мне не нравилось чувствовать себя не такой, как все.

В школе у меня были подруги, и в то же время были дети, которые смеялись надо мной.

“Не обращай внимания, – всегда успокаивала меня мама. – Ты просто прелесть!” Но я ей не верила, и, может быть, поэтому лечение по уменьшению моего родимого пятна практически не дало результатов.

Когда мне исполнилось 13 лет, папа отвел меня к косметологу, чтобы как-то замаскировать мое родимое пятно. “Быть может, это улучшит твое настроение”, – улыбаясь, сказал он.

Пока женщина-косметолог наносила на мое лицо толстый слой тонального крема, я чувствовала, как моя кожа покрывается мурашками.

“Ну вот, все готово”, – сказала она, повернув меня к зеркалу.

Впервые я увидела себя без этого уродливого родимого пятна, отравлявшего всю мою жизнь, и почувствовала себя на седьмом небе от счастья. Затем я сама научилась скрывать этот дефект с помощью визажиста и необходимых косметических средств, что вселило в меня некоторую уверенность.

В ожидании счастья

Я всегда считала, что ни один парень не обратит на меня внимания – ведь вокруг так много девушек с восхитительной кожей. А мне так хотелось узнать всю прелесть поцелуя!

Я познакомилась с Карлом, когда мне было семнадцать. Тогда я работала в ресторане, а Карл устроился к нам новым официантом, и эта встреча перевернула всю мою жизнь.

Вначале я очень стеснялась своего родимого пятна и старалась не попадаться ему на глаза. Но Карл, казалось, совсем не замечал его.

“Привет, я Карл. А как звать тебя?” – весело спросил он. Я не могла поверить – он со мной флиртует!

Спустя несколько недель мы уже были с ним хорошими друзьями, и вскоре я поняла, что безумно влюбилась. Я призналась в этом подруге, но сама была уверена в том, что он никогда не ответит мне взаимностью.

В то время я накладывала толстый слой тонального крема каждый день, и мысль о том, чтобы открыть свою тайну, приводила меня в ужас.

– Это правда? – спросил меня Карл однажды вечером.

– Что? – ответила я, похолодев от страха.

– Мне сказали, что я тебе нравлюсь, – шепнул он мне на ухо. – Ты мне тоже нравишься.

– Я думала, что у тебя есть подружка, – тихо сказала я, заливаясь румянцем.

– Мы расстались, – с улыбкой признался Карл.

В этот вечер мы впервые поцеловались. Я боялась, что сделаю что-то не так или что моя большая губа вызовет у него неприятные ощущения, но он ничего не сказал.

– Ты просто красавица, – прошептал Карл, пытаясь прикоснуться к моему лицу. Я в ужасе отпрянула от него.

– Что случилось? – испуганно спросил он.

– Ты просто захватил меня врасплох, – сказала я, боясь признаться в истинной причине своего поведения.

Карл научил меня любить себя

Теперь большую часть времени мы проводили вместе, но я всегда пользовалась косметикой. И только в нашу первую ночь у меня не было возможности скрыть свое пятно.

– Доброе утро, дорогая, – сказал Карл, повернувшись ко мне лицом.

– Ну вот и все, – подумала я. – Теперь он меня бросит.

Взгляд Карла задержался на мне чуть дольше, чем обычно.

– Что это за пятно? – осторожно поинтересовался он.

– Это родимое пятно, – быстро ответила я. – Оно тебя не пугает?

– Глупая, конечно, нет! – сказал он.

Карл действительно не обращал внимания на мое родимое пятно, и чем больше времени мы проводили вместе, тем меньше и я стала замечать его. А когда он в первый раз сказал мне, что любит меня, я поняла, что встретила необыкновенного человека. Рядом с ним я чувствовала себя защищенной и уверенной, и я очень любила с ним целоваться.

В 2001 году у нас с Карлом родилась Кэтлин, которой сейчас семь лет. Через два года мы поженились, и в 2004 году у нас родился сын Конор, а в 2006-м – Клара.

Теперь я стала меньше наносить косметики, а иногда в присутствии Карла и вовсе ею не пользуюсь.

Когда мы идем куда-то вместе, я совсем забываю о родимом пятне, а оставаясь одна, вспоминаю слова Карла, которые являются для меня своего рода защитой. Он научил меня любить себя. Я чувствую себя самой счастливой на свете, и это никак не связано с моей внешностью.

Для нас с детьми она самая красивая!

– Мне было восемнадцать, когда я познакомился с Лизой в ресторане, где мы вместе работали, – вспоминает 27-летний Карл. – Я сразу обратил на нее внимание. Но не потому, что у нее было это родимое пятно, а потому, что она была удивительной девушкой. С ней было очень легко и просто.

Не могу сказать, что в самом начале я заметил, что с ее лицом что-то не так, кроме чрезмерного использования косметики. Но в этом возрасте многие девчонки любят разукрашивать себя, поэтому я и не подозревал, что она что-то скрывает.

Когда мы познакомились, мне показалось, что я знаю Лизу уже сто лет, и мне постоянно хотелось быть рядом с ней. Первый поцелуй получился немного забавным. Я заметил, что ее нижняя губа гораздо толще верхней, и, похоже, она стеснялась этого, поэтому я не стал ничего спрашивать.

Тем не менее меня это нисколько не оттолкнуло, но беспокоило другое: когда я пытался прикоснуться рукой к ее лицу (что нравилось другим девушкам), Лиза всегда уклонялась.

Однажды я поинтересовался у нее, в чем дело, но она очень смутилась, поэтому я не стал настаивать. Я знал, что до меня у Лизы не было интимных отношений с мужчиной, и решил, что она просто нервничает.

Когда я впервые увидел ее родимое пятно, оно не вызвало у меня отвращения, просто я немного удивился. Но к этому времени я безумно ее любил, поэтому это родимое пятно на лице и ее нижняя губа нисколько меня не оттолкнули. Теперь я почти каждый день видел Лизу без косметики и совсем перестал замечать ее пятно.

Вначале Лиза каждое утро тратила целый час, чтобы замаскировать родимое пятно, и это было приятное чувство ожидания своей подружки. Но потом Лиза стала мне доверять настолько, что это пятно перестало ее волновать так же, как и меня.

Я никогда не заставлял ее, бросив вызов мне или всему миру, выйти на улицу без косметики. Наоборот, постоянно твердил ей, какая она привлекательная, и постепенно ее уверенность в себе значительно выросла.

Сейчас она наносит тонкий слой тонального крема или вообще им не пользуется, и я очень горжусь тем, что это и моя заслуга тоже. Мы с детьми очень любим Лизу такую, какая она есть.

Если кто-то на улице бестактно таращится на Лизу, Кэтлин всегда берет ее за руку и говорит: “Не волнуйся, мамочка! Ты самая красивая!”. И она, безусловно, права – Лиза всегда будет для нас самой красивой женщиной на свете!

Перевод И. ХАДЖИЕВОЙ

Загрузка...