Опубликовано: 12021

Олжас ХУДАЙБЕРГЕНОВ: Нефть больше не поможет расти экономике Казахстана

Олжас ХУДАЙБЕРГЕНОВ: Нефть больше не поможет расти экономике Казахстана

Назначение на госдолжность представителя науки – необычное явление. А если он критикует власть – вообще из ряда вон выходящее событие. Так было воспринято назначение советником председателя Нацбанка директора Центра макроэкономических исследований Олжаса ХУДАЙБЕРГЕНОВА. Что это? Финансовое руководство страны нуждается в независимой оценке происходящего? “КАРАВАН” публикует одно из первых интервью экономиста на новом посту.

Кризис наступит в 2015 году?

– Вы известны как экономист, чья точка зрения не совпадает с мнением официальных экспертов. Какова, на ваш взгляд, сейчас экономическая ситуация в Казахстане?

– В любой национальной экономике есть внешние и внутренние источники роста. Все последние годы экономика Казахстана росла преимущественно за счет внешних источников – внешних займов и доходов от экспорта нефти. Сегодня внешних займов практически уже нет. Даже если будут отдельные займы, это не изменит общей тенденции. Экспортные доходы тоже стабилизировались. При этом цены на нефть устанавливает мировой рынок, определяя, какие у нас будут доходы. Последние четыре года цена на нефть держится на уровне 100–120 долларов. И сейчас вероятность снижения выше, чем вероятность роста. Если цена упадет, а физический объем экспорта сохранится, то доходы упадут.

Есть риск повторения мирового кризиса в 2015 году. Ситуация очень зыбкая, кризис может выстрелить в любой момент. Среднее отношение цены акции к прибыли, обозначающее примерный срок окупаемости вложений в акции за счет дивидендов, находится на рекордном уровне. И это на фоне массовых заявлений компаний о сокращении персонала в связи с падением выручки и прибыли.

Долгосрочные факторы – тоже негативны. Так, заявляют, что восстанавливается экономический рост в Испании, но число тех, кто не работает больше года, вышло на новые рекорды, причем показатель вырос в 5 раз по сравнению с 2008 годом. В США говорят, что восстановились 8 миллионов рабочих мест, потерянных в прошлый кризис. Это если смотреть абсолютные цифры. Но с 2007 года население выросло на 17 миллионов человек, то есть появилось как минимум 10 миллионов новых безработных. И доля тех, кто не работает больше 6 месяцев, уже больше 35 процентов.

– Причиной мирового кризиса 2008 года эксперты назвали развитие высоких технологий и недвижимость. Какие источники опасности вы видите сегодня?

– Надо сказать, что антикризисные меры после прошлого кризиса устранили последствия, но не причины, а потому они сохраняются. Плюс добавляется другой источник – Китай, где сконцентрированы предприятия с плохими кредитами. Если этот пузырь начнет лопаться, то вызовет массу проблем не только для Китая. Долговой кризис снизит спрос со стороны Китая, что вызовет падение экспорта со стороны Австралии, США, Германии и массы других стран. Цепная реакция будет сильной.

Рынок сузится по всем направлениям

– Вы назвали страны, специализирующиеся на изготовлении оборудования, продовольствия и сырья. Получается, рынок сузится по всем направлениям?

– Да. Дело в том, что Китай производит потребительские товары, а США и Германия – оборудование для производства этих товаров. При падении спроса со стороны розницы снизится спрос со стороны производителей потребительских товаров, что отразится на торговле США и Европы. Кстати, экономический рост Европы объясняется в основном экспортом в Китай. Если китайский фактор убрать, то европейская экономика падает.

Китай может решить свои проблемы, но это займет время, за которое может произойти кризис мировой экономики.

– Казахстан успеет подготовиться к нему?

– Кризис – это идеальный момент для развертывания программы импортозамещения. Доходы от экспорта упадут, поэтому логичнее сокращать импорт. Под эту программу следует развернуть программу длинных денег для экономики, ускорить списание плохих кредитов, чтобы закрыть проблемные вопросы и вернуть активы экономике, находящиеся в залогах. Кризис всегда является хорошим временем начать скупать оборудование, если, конечно, есть резервы.

– Так поступал Советский Союз в 1930-е годы...

– Так делал не только СССР, так делают все. Раз цена на активы упала, а у нас есть валютные резервы, надо организовать процесс так, чтобы компании сами начали скупать необходимое. Неизбежно снизится доходность сырьевого сектора. Но дело в том, что сырьевой сектор – не трудоемкий, и вряд ли там кризисные процессы влияют на занятость. А несырьевой, напротив, трудоемкий. Поэтому развертывание импортозамещения позволит нарастить занятость, что поможет населению особо и не почувствовать сам кризис. Если, конечно, все организовать и сделать правильно.

Налоговый шанс

– Чего в этой предкризисной ситуации не хватает казахстанской экономике?

– Любая модернизация в экономике и экономическая активность зависит от наличия длинных денег. Чтобы они могли сработать, прежде всего надо списать плохие долги экономики, затем накачать систему средствами. Налоговую политику необходимо сделать более привлекательной для производителей. У каждой отрасли – своя специфика, поэтому налоговая политика должна отражать их особенности. Особенно это касается розничного сектора. Если провести аналогию со структурой любого предприятия, то розничный сектор – это то же самое, что и отдел продаж. Если он работает плохо, это отражается на положении всей компании. Если розница не развивается, то и вся экономика стоит на месте. Объем розничной торговли Казахстана в 2013 году – 6 триллионов тенге. На самом деле этот размер может быть в два раза больше. Плюс надо учесть размер теневого рынка. Такой рост сильно поможет развитию экономики.

– Но ведь, согласно статистике, в объеме розничных продаж в Казахстане доминирует импорт. Отечественное производство у нас почти не развито.

– Дело в том, что часть импорта приходит по черным и серым схемам и практически не облагается налогами. Он как пылесос вытягивает из экономики страны ликвидность. Тогда как почти весь объем отечественных товаров выпускается официально, то есть в расходах сидит полная налоговая нагрузка. Торговец, продающий отечественные товары, находится в более невыгодном положении, чем тот, который продает импорт. Если создать специальный налоговый режим для розничного сектора, их положение уравняется, а именно: ввести налог с продаж в размере 10 процентов вместо НДС и КПН – при этом, если доходы поступают безналичным способом, ставка должна быть 7 процентов. Если сравняется прибыльность торговли – как официальной, так и теневой. А раз так, то зачем работать неофициально и постоянно находиться под угрозой наказания?

“Магические” деньги

– По каким ставкам эти деньги могут стать доступными для предприятий?

– У нас производители получают кредиты под 13–15 процентов. Малый и средний бизнес – под 16–20 процентов. Если ставку кредитования для них опустить до 6–7 процентов, а срок ссуды до 5–10 лет, стоимость их товаров резко сократится. Только представьте, что ставка для конечных заемщиков упала с 16 до 6 процентов! Банкам эти деньги попадут под 2–3 процента. Все это высвободит производственные средства предприятий, резко улучшит финансовое положение казахстанского бизнеса.

– Сколько нужно средств, чтобы наполнить экономику деньгами?

– Есть такой показатель, как отношение кредитов к ВВП. Сейчас оно   примерно 30 процентов. Если убрать треть – это плохие токсичные кредиты,   то соотношение составит 20 процентов. В развитых странах этот показатель – от 80 до 120 процентов. Это тот уровень, к которому нужно идти. Естественно, завтра мы не заставим все предприятия набрать дешевые кредиты, чтобы достичь этого показателя. Но можно за 3–5 лет дойти до уровня 40 процентов, чтобы деньги работали, а финансовая система могла переварить этот объем капитала. Следующий уровень – 60 процентов. И так далее.

Скажем, условно ВВП Казахстана составляет 40 триллионов тенге. 20 процентов от него – 8 триллионов. То есть объем кредитного портфеля надо увеличить на 8 триллионов, чтобы дойти до соотношения 40 процентов от ВВП. Когда предприятие получает деньги, оно тратит их на покупку оборудования, сырья, оплату труда, аренду помещений и так далее. Поставщики этих товаров и услуг также платят своим партнерам. И так далее. В среднем деньги в казахстанской экономике совершают 3–4 цикла за 1 год. Значит, чтобы получить 8 триллионов тенге в экономике, достаточно запустить в нее 2 триллиона живых тенге. Если же разделить 2 триллиона на 4 года, то достаточно запускать в экономику 500–600 миллиардов тенге ежегодно.

Недавно Президент объявил о выделении 1 триллиона тенге в 2014–2015 годах в качестве длинных кредитов для материально-сырьевой базы и обрабатывающей промышленности. В принципе это покроет потребность нашей экономики на 2 года. Правда, пока эти деньги не поступили.

Жилищная программа – как спасение экономики

– Обычно в Казахстане объявляют одну отрасль приоритетной, и все госорганы начинают работать по ее взращиванию…

– Должны расти все отрасли, но рост должен быть плавным, чтобы деньги спокойно перетекали из одной сферы в другую. Такую роль может сыграть жилищная программа. Ее масштабное развертывание снизит расходы населения за счет снижения ежемесячных платежей по аренде или ипотеке. Плюс сегодняшние ставки по ипотеке достаточно высоки. Новая жилищная программа должна снизить стоимость жилья.

Слабость большинства предыдущих программ развития, например, форсированного индустриального развития (ФИИР), в том, что они были в основном нацелены на производство промышленных товаров – нужна была связка для производства товара, который купит население. И жилье является как раз тем самым товаром. Фактически масштабная жилищная программа позволит потребить промышленные товары для строительства жилья. А если упадет стоимость жилья, равно как и аренды, это позволит высвободить деньги населения и направить их на покупку потребительских товаров. И вот здесь как раз нужны проекты по производству потребительских товаров. Жилищная программа может стать источником роста для всей экономики: производства оборудования, строительных материалов, сектора услуг, металлургии. Если мы сумеем завести и обрабатывающую промышленность, производящую товары для населения, то тогда цепочка замкнется и деньги наконец станут полноценным финансовым инструментом для экономики – то есть мерой обмена, а не лишь средством накопления.

Загрузка...