Опубликовано: 1 2257

Один в поле не воин

Один в поле не воин

О высшем партийном руководстве страны, об освоении целины и героях своего времени рассказывает удивительная женщина – Вера Васильевна Сидорова, бывший заместитель Председателя Президиума Верховного Совета республики.

В начале года в квартире Веры Васильевны Сидоровой раздался звонок из офиса ООН в Алматы. Просили биографию для летописи “Выдающиеся женщины мира”, которую составляют в США. А потом пришло и официальное письмо от составителя сборника Евы Браун. Вера Cидорова стала единственной женщиной из Казахстана, которой она заинтересовалась. И не случайно. В свое время Вера Васильевна достигла небывалых высот в карьере – она стала одной из первых женщин в СССР, занявшей пост заместителя Председателя Президиума Верховного Совета республики.

ЦЕЛИННАЯ МОЛОДОСТЬ

Самыми лучшими годами своей жизни Вера Васильевна считает годы освоения целины.

В этом году будет 50 лет, как Вера, тогда еще Лазукина, приехала в Казахстан после окончания Казанского сельхозинститута. Приехало их семь человек, а осталась только она одна.

– Нас вызвали и сказали: вы должны ехать на целину, в Казахстан. Мы тогда о республике ничего не знали, – вспоминает она. – Дали лишь выбрать область – Кустанайскую или Актюбинскую. Я пошла в библиотеку, посмотрела, какие в этих регионах природно-климатические условия, урожайность, обработка земли, почва и животный мир. Мне понравилась Кустанайская область. И я написала заявление.

– У вас не было сомнения насчет генеральной линии партии по поводу освоения целины?

– Когда ругают целину, у меня болит сердце. Таким отношением перечеркивают жизнь целого поколения людей, которые жили в то время. Конечно, трудности были. Но если бы не целина, Казахстан не стал бы страной с высокоразвитой отраслью зернового хозяйства, земледелия и животноводства. Ведь к показателям, которых мы достигли в то время, сегодня не приближаются ни по зерну, ни по мясу, ни по молоку.

СТЕПЬ ДА СТЕПЬ КРУГОМ

Свой приезд в Кустанайскую область Вера запомнила на всю жизнь.

– Приземлились в райцентре Карасу. Как раз шло совещание директоров совхозов. Увидев стайку молодых девчонок, директора молча разбрелись: им были нужны парни, а не девчата… Лишь Юрий Владимирович Всеволожский сказал: “Мне нужно два агронома”. Моя подруга Умуханы Аухадиева схватила меня за руку и говорит: “Вера, пойдем к нему…” Посадил он нас в ГАЗ-69 и еще 90 километров по насыпной дороге вез. Вокруг – бескрайняя степь, ковыль по колено, озера, тугаи красивые, а я все спрашивала: где же лес? Но леса тут не было… Так я стала агрономом первого отделения с двумя тракторными бригадами, с 10 тысячами гектаров земли.

Позже, когда я получила Звезду Героя Соцтруда, Юрий Владимирович прислал мне теплейшую телеграмму из Гааги, куда был направлен послом: “Настроив свой приемник на Москву, я услышал вашу фамилию и был горд за целину и за людей, которые ее осваивали”.

Награду я получила в декабре 1976 года. А за полгода до этого Димаш Ахметович Кунаев спросил меня:

– Сколько сдадите хлеба?

– 25 миллионов пудов, – ответила я.

– Если это количество хлеба будет сдано, то даже если будет хоть одна Золотая Звезда, она будет вашей.

А я сказала:

– Давайте вместо “Звезды” Дом культуры…

Кунаев пообещал, что будет и Дом культуры, и Звезда…

Осенью мы сдали не 25, а 39,4 миллиона пудов… Кунаев свое слово сдержал.

о личном

Когда мне становится грустно, я вспоминаю поле – огромные просторы золотой нивы,

над которой простирается бескрайнее голубое небо; шум колосьев, который действует на душу успокаивающе, потому что, когда ты смотришь на ниву, вспоминаешь, что это творчество и труд людей целины.

А один в поле не воин.

ИДЕАЛЫ ПРЕДАВАТЬ СТЫДНО

Родилась Вера Васильевна в 1934 году в Воронежской области, селе Тишанка. Однако о том, что она принадлежала к семье раскулаченных зажиточных крестьян, узнала только после смерти матери, найдя документы в ее вещах. В детстве от отца слышала, что дед умер на Соловках, самого отца отправили на Дальний Восток, в Артемовск, на шахту – с 1935 по 1937 год. А потом отпустили. Он воевал, получил орден солдатской Славы. А мама была лишена избирательного права вплоть до 1956 года.

Родители никогда не говорили мне об этом, чтобы у меня не было обиды на Советскую власть. Когда развенчали культ Сталина, я пошла в библиотеку, вырезала из журнала его портрет и повесила у себя над кроватью. Ведь мы выросли под лозунгом “Сталин – наше знамя боевое, Сталин – нашей юности полет”. А предавать идеалы молодости было как-то стыдно.

“ЗА ДЕВОЧКОЙ ПРИСМАТРИВАЙТЕ!”

Работая в совхозе “Джамбулский”, в Карасуском районе Кустанайской области, Вера Васильевна незаметно для себя набрала 12 общественных поручений:

– У меня был разряд по стрельбе. Вижу как-то, молодежь в гусей из мелкокалиберной винтовки стреляет, я их собрала, нарисовала мишени, так мы стали стрелять организованно.

Вскоре меня избрали председателем секции ДОСААФ.

В институте я ходила в лыжную секцию и играла в настольный теннис. И вот съездила как-то в город на попутной машине за 300 км, купила две пары лыж, а заодно и сетку с ракетками, в машинно-тракторной мастерской заказали стол, и молодежь стала играть. Еще в местной школе я вела кружок овощеводства. А как-то прошла мимо стенгазеты, вижу – написана с ошибками: я тихо сняла, перерисовала, написала заново и повесила. Пришло время менять газету, а почерк другой, меня и вычислили. Ну и назначили редактором стенной газеты. А еще я вела драмкружок.

Уже будучи на пенсии, я встретилась с одним из работников Кустанайского обкома партии Алексеем Аксентьевичем Визером. Так он мне сказал: “Когда ты на целине появилась и создала там секции, не оставляя и свою работу, в райкоме партии тебя приметили, доложили в обком. И секретарь обкома Андрей Михайлович Бородин попросил: “За этой девчонкой присматривайте, берегите”.

ОТВЕТИТЬ СЛОВОМ И ВЗГЛЯДОМ

– На целину приезжали разные люди. Были среди них и патриоты, и условно осужденные, и досрочно освобожденные. Ко всем нужно было найти подход, – вспоминает Вера Васильевна. – Помню, однажды захожу в вагончик в поле, а меня окликают: “Эй, начальничек, покажи рубль советский, как он выглядит”. А нужно сказать, что зарплату часто задерживали, да и то выплачивали не всю, а только 70 процентов. Но я научилась не только словом отвечать, но и взглядом…

Когда меня избрали первым секретарем Тарановского райкома партии, мне было всего 33 года. Пришлось столкнуться с сопротивлением старых кадров. Был там директор совхоза “Амангельдинский” Сапар Ергалиевич Ергалиев, его знала вся область, специалисты района стояли перед ним навытяжку. Такой авторитарный был хозяин. Решили его заслушать на бюро райкома партии. А он явился на бюро с парторгом, рабочкомом, председателем сельсовета. Я ему: “Ну, Саке, ваше слово”. А он: “Пусть бала отчитывается” – и показывает на парторга. Я говорю: “Вы будете докладывать?” А он: “Нет”. Я подошла к двери, распахнула и сказала: “Есть предложение: Сапара Ергалиевича попросить погулять, пока мы будем другие вопросы обсуждать”. Он заволновался, вспотел, стал лоб платком вытирать, но выступил. А когда меня переводили в другой район, со слезами меня провожал. “Вы, – говорит, – у меня ключик от моего сердца украли и увозите с собой”.

НЕСОСТОЯВШЕЕСЯ ПОКУШЕНИЕ

В сентябре 1975 года Веру Сидорову избрали первым секретарем Кустанайского райкома партии, куда входило 26 хозяйств, в том числе два колхоза.

– Первый пленум, присутствует сам Андрей Михайлович Бородин. Проголосовали за меня, а кто-то тихо произнес: “Посмотрим, как ей удастся справиться”. Я встала и говорю: “И вы будете работать, вперед всех будете бежать”. Эти слова сразу охладили пыл многих.

Но один директор совхоза, ранее возглавлявший райсельхозуправление, стал игнорировать решения местных советов. На бюро райкома исключили его из членов партии. Он написал апелляцию в ЦК Компартии Казахстана. Мне звонит второй секретарь ЦК Валентин Карпович Месяц: “Восстановите его, верните билет со строгачом. Если сами не хотите, поручите второму секретарю”. Я говорю: “Личных счетов нет, тут отношение к делу. Я сама, если члены бюро согласятся, подпишу билет и вручу, глядя в глаза”. Билет я вручила, но после этого на меня стали готовить… покушение.

Узнала я об этом случайно. Стала замечать, что водители то второго секретаря райкома, то председателя райисполкома стали дежурить в моем подъезде. Думала, девицу какую караулят. Одного спрашиваю, в чем дело? Он и говорит: группа таксистов покушение готовит. Они хотели вас с трассы скинуть в гололед – не получилось, на мосту аварию сделать – не получилось, вторая группа в подъезде у вас дежурит. Я пошла к Бородину, доложила. Он вызвал председателя парткомиссии, который был родственником обиженного директора совхоза, переговорил. С тех пор никто меня не трогал.

ЭПОХА БОРОДИНА И ВРЕМЯ ДЕМИДЕНКО

Под руководством Бородина я проработала 22 года. А при новом секретаре обкома партии Василии Петровиче Демиденко – всего четыре года. С ним трудно было работать. У нас были разные взгляды на обработку земли. Но я свою позицию отстояла. А лето в том году выдалось сухое, без дождей более 140 дней. Так хоть земля влагу сохранила. И урожай уродился такой, что мы еще и другим районам семенами помогали. Ну а скоро меня выдвинули вторым секретарем Уральского обкома партии. Должность высочайшая! Женщин на таком посту доселе не было. Меня встретили с опаской: думали, что я посланница Горбачева. На дворе стоял 1984 год, перестройка. А у них я на фотографии с Горбачевым, который одно время курировал сельское хозяйство Союза и приезжал к нам в Кустанай.

Но вскоре Димаш Ахметович Кунаев позвал меня на работу в Президиум Верховного Совета. И я согласилась.

КОЛБИНСКИЕ “ЖУЧКИ”

В Верховном Совете я проработала при трех председателях – Мукашеве, Камалиденове, Сагдиеве. Однако, несмотря на то что это была высшая власть в стране, все вопросы согласовывались с партией. Колбин однажды меня спрашивает: “Вера Васильевна, а мы друг другу не мешаем?”. Я ему: “Вы мне не мешаете. А если я вам мешаю, могу уйти”.

А это было еще и время после декабрьских событий. Письма, обращения приходили мешками. Я осталась без председателя. И пришлось заниматься вопросами Президиума Верховного Совета. А Колбин, оказывается, готовил себе должность председателя по аналогии с Горбачевым, который был и Генеральным секретарем, и Председателем Президиума Верховного Совета СССР. Однажды он вызвал к себе Михаила Исиналиева, бывшего министра иностранных дел, и предложил ему занять пост заместителя Председателя Президиума Верховного Совета. Себе же Колбин отвел должность председателя. Но Исиналиев дал ему достойный ответ, сказав: “Мы с вами оба седые, в партии свыше 40 лет, перевидали многое, зачем вам это нужно? И в какой роли вы будете себя чувствовать, представляя в этой должности казахскую нацию?”

Я попала в Верховный Совет в такие времена, когда все друг с другом были осторожны, особенно в телефонных разговорах. И не случайно – однажды я обнаружила у себя в рабочем телефоне “жучок”. До сих пор дома лежит – зелененький такой, с четырьмя проводками…

Вера Васильевна Сидорова ушла из Верховного Совета только в 1990 году накануне распада Советского Союза. Но, несмотря на годы, до сих пор активно работает: входит в состав городского Совета ветеранов Алматы, республиканского женсовета.

Загрузка...

КОММЕНТАРИИ