Опубликовано: 1962

Образование на выселках

Образование на выселках

Качество обучения, материальная база и уровень знаний в сельских школах остаются неизменно низкими, хотя финансирование ежегодно увеличивается. В чем же причина? Мы решили отправиться на один день в сельскую школу, чтобы найти ответ на этот вопрос.

Из восьми тысяч школ в Казахстане 75 процентов – сельские, в них обучается почти половина всех школьников страны. И эта половина будущих трудоспособных граждан, по официальным сведениям, показывает при сдаче экзаменов очень слабые знания, на 15 процентов ниже среднереспубликанского уровня.

Поселок Иргели Карасайского района находится в нескольких километрах от Алматы. Это большое село, и в самом его “сердце” стоит большая школа, которая носит имя Л. Н. Толстого. Граф, как известно, ратовал за развитие образования на селе, да и сам обучал крестьянских детей. Так что выбор наш оказался символичным!

Школа строилась в советские времена, с размахом. Удачная планировка, большой двор, стадион. По словам местных жителей, еще 20 лет назад ее трудно было отличить от городских средних школ. Уровень знаний выпускников был очень высоким, в школе работал мощный педагогический коллектив.

Но сегодня ситуация изменилась. И в стенах этого учебного заведения сосредоточились все проблемы, характерные для сельских школ.

Об избытке и недостатках

Сельские школы страдают от двух крайностей – либо от избытка учеников, либо от их недостатка.

По данным, которые нам предоставили в общественном фонде “Центр исследований “Санж”, 52 процента сельских школ являются малокомплектными. Содержание этих школ обходится очень дорого, они экономически не выгодны. И сегодня встает вопрос о переводе детей из таких школ в интернаты, расположенные в ближайших городках или более крупных селах, порой за десятки километров от родного дома ребятишек.

Но в школе, в которую приехали мы, все наоборот: хотя она рассчитана на 650 детей, сегодня в ней учится в два раза больше ребят.

Основной приток “незапланированных” учеников произошел несколько лет назад, когда начал работать крупный оптовый рынок, расположенный рядом. Он привлек рабочую силу со всего Казахстана, и каждая приезжая семья “подарила” школе по два-три ученика. Сегодня дети получают знания в три смены. Образовательный конвейер работает отлаженно. Первая смена, за ней “нулевички”, потом заступает вторая.

Мы приехали рано утром и напросились на урок в первый класс.

Устами первоклашки глаголет истина

Первый класс – самый важный. Ведь именно в нем закладывается основа дальнейшей успеваемости – любовь к знаниям или ее отсутствие. Заливается звонок, малышня вбегает в класс и выстраивается около парт. Учитель разрешает нам провести урок “Познание мира”, и мы предлагаем ребятам тему “Кому хорошо учиться на селе?”. Я не знаю, насколько они маленькие, насколько взрослые. И не они, а я начинаю робеть. Учитель поддерживает меня:

– Говорите с ними на равных…

И мы начинаем поднимать очень серьезные темы: о том, чего не хватает сельской школе, какие проблемы нужно решать.

Они знают, что школе нужны учителя. Но как это выразить ученику первого класса?

– Хочу, чтобы у нас был учитель английского, французского, немецкого, испанского… – малыш пытается вспомнить, какие еще есть языки на этом свете.

И ведь прав ребенок! Проблема кадров – из разряда вечных, в школе не хватает математиков, учителей английского, информатики. Некоторые сельские учителя вынуждены помимо своего профильного предмета брать дополнительные дисциплины. Кстати, за дополнительные часы учителям платят копейки. В школе остаются только энтузиасты.

Согласно исследованию, которое провел центр исследований “Сандж”, в среднем при заработной плате в 29 тысяч тенге учитель из своих средств каждый месяц тратит 1,5 тысячи на покупку бумаги, дополнительных учебных пособий. Прожить на оставшиеся деньги практически нереально. Некоторые учителя остаются в школе благодаря тому, что имеют дома подсобное хозяйство, которое кормит их семью.

– Самое страшное, что 52 процента опрошенных в селе учителей сообщили, что при возможности поменять место работы они сделают это, – комментирует ситуацию Айгуль Тагатова, вице-президент исследовательского центра, – через несколько лет наших детей некому будет учить…

Ну а мы просим ребят нарисовать их школу сегодня и школу будущего. Удивительно, но факт: почти все малыши нарисовали свою школу одинаково. Темно-коричневое здание без окон и дверей, на крыше которого висит флаг республики. Школа будущего – ярко-желтая, некоторые девчонки даже разукрасили ее в цветочек. Арыстан изобразил школу-ракету, по его задумке дети будут приходить в класс, нажимать вместо звонка кнопку запуска и отправляться прямиком в космос. А на перемене возвращаться на землю.

Звенит звонок, и мы действительно возвращаемся на землю. Малыши достают из рюкзаков “сухой паек”, заготовленный родителями, и начинают завтракать, не выходя из-за парт.

Буфет “Три корочки хлеба”

Кто остался без бутерброда, заморит червячка шоколадным батончиком из местного буфета.

О бесплатных завтраках для учеников 1–4-х классов дети даже не слышали.

– В городских школах такое есть, но у нас приказа районного акима обеспечить детей питанием нет, – поясняет завуч по учебной части, которая сидит за последней партой и наблюдает, как мы ведем уроки.

На сегодняшний день в начальных классах этой школы учатся 500 детей. Родители не единожды жаловались на отсутствие питания. Бабушка одного из учеников даже написала заявление в высокие инстанции. После этого, по ее словам, внук, единственный в классе, стал получать бесплатную булочку.

– У нас бесплатное питание получают дети-сироты, 20 человек в школе, – поясняет завуч. – Они питаются за счет арендатора – того, что держит в школе буфет.

Впрочем, за аппетитным словом “питание”, как выяснилось, скрывается обычный коржик, который можно запить водой из бутылочки, которую нужно принести самому из дома. Питьевой воды в школе нет.

Мы спускаемся в буфет, чтобы увидеть, чем здесь могут накормить детей. За столами пусто. А на прилавке – пресловутая тарелка с коржиками и “школьная” пицца – лепешка с запахом колбасы.

На вопрос, почему на прилавке такое “изобилие” блюд, повара ответили, что у них работает только одна печка…

Наша школа – не исключение, а правило. Система питания, как таковая, в большинстве сельских школ просто отсутствует. В отличие от школ, где есть “бесплатные” или “государственные” завтраки, контроль за меню практически не осуществляется. Если в столовых алматинских школ запрещены жареные в масле пирожки – как вредный для здоровья продукт, то в сельских буфетах это основной товар. Наряду с шоколадками, чипсами и газированными напитками.

Еще один вопрос – цена. В основном буфеты занимаются перепродажей уже готовых продуктов, что сказывается на их стоимости.

Виртуальное благополучие

– Нет столовой, зато в школе два интернет-класса! – говорят учителя сельской школы. – Пойдемте, покажем, не все же о плохом писать!

И мы отправляемся в “святая святых” школы. Здесь еще сохранился запах новеньких компьютеров. По словам учителей, на восьми машинах есть доступ в Интернет. Жаль только, что учителя информатики в русскоязычных классах нет. И свет отключают почти каждый день. Когда мы зашли в кабинет, словно по волшебству лампочки потухли…

Эта еще одна характерная проблема сельских школ. Путешествуя по Алматинской области, мы объехали десятки сельских школ, в каждой из которых нас с трепетом провожали в компьютерные классы, где спали вечным сном проводники в виртуальный мир.

В одной из школ директор честно сказал нам, что “интернетизация всей страны”, о которой говорят с высоких трибун, в их сельской школе невозможна. Компьютеры привезли, поставили и дали команду выходить в Глобальную сеть. Но не учли, что в школе нет даже обычной телефонной линии!

В школе им. Л. Н. Толстого не все так безнадежно – в следующем году даже обещают подарить электронную доску.

На этом чуде техники детишкам будут объяснять, что такое Интернет и электронное правительство. А пока сельские малыши мечтают о другом. О хорошей детской площадке, о завтраках и кружках танцев и шахмат. А на вопрос о том, что такое электронное правительство, смог ответить лишь один малыш.

– Это игра такая… – серьезно сказал он.

Урок математики – считаем бюджет…

Второй урок, который нам доверили провести, – математика. После долгих упражнений я решила подшутить над малышами, а заодно проверить их бдительность.

На доске пишу пример: один плюс один равняется трем! Дети негодуют. Они возмущены. Один мальчик даже вскочил с места, стер тройку и написал верный ответ.

– Вы что, считать не умеете?! Вот так учитель! – заявил он.

Потом мы, конечно, дружно смеялись. Но после урока в кабинете завуча было не до смеха. Я попросила показать мне бюджет школы и попробовать посчитать, сколько нужно денег на нужды школы, – и перепугала весь педагогический состав.

Спустя два часа после нашего возвращения в редакцию к нам пришла целая делегация из школы во главе с директором.

– Какое вы имели право спрашивать про наш бюджет! – сурово отчитала меня директриса.

И такой подход опять же не исключение. Школьные бюджеты хранятся за семью печатями, тщательнее, чем военная тайна, – это обычная практика сельских школ, говорят специалисты. И с этим надо бороться!

– Там, где скрывается информация, могут быть нарушения, – полагает независимый консультант в сфере бюджетирования Елена Ожго.

Несмотря на негативную реакцию на наш искренний интерес со стороны директора школы им. Л. Н. Толстого, мы не склонны сомневаться в честности освоения бюджета этой школы. Да, есть проблемы, но и работа видна. В школе на бюджетные средства поменяли окна, двери, залатали крышу. В общем, сделали все, на что дали деньги… Проблема в другом.

Чиновники не знают нужд детей?

– Сегодня директор сельской школы сам не знает, как формируется бюджет, он довольствуется тем, что дали сверху его школе, – говорит Елена Ожго. – Например, в некоторых школах стоят белые маркерные доски, а из бюджета выделяют средства на тонну мела, и лежит этот мел мертвым грузом… Реальные нужды учеников и учителей не учитываются.

В школе им. Л. Н. Толстого, где учатся более тысячи детей, работает один туалет, да и тот – во дворе.

Туалет, больше похожий на крепость, – это и гордость, и позор школы одновременно. Капитальное здание с десятком дырок в бетонном полу построили недавно. Возможно, это самый лучший надворный туалет во всем Карасайском районе. Другие сельские школы могут только позавидовать – согласно статистике, в 98 процентах сельских школ – надворные туалеты, половина из них в ужасном состоянии. И можно было бы порадоваться за учеников этой школы, не попавшей в “плохую половину”. Если бы не одно, но весомое “но” – в самом здании этой школы есть туалеты. Но уже несколько лет они заколочены. Парадокс: на ремонт канализации денег нет. Пришлось выстроить нужник во дворе…

Когда мы приехали в школу, ударили неожиданные апрельские морозы. Первоклашек не выпускали на улицу. От центрального крыльца школы до здания с буквой “Т” нужно бежать около 100 метров. Пришлось школярам терпеть до дома...

Необходим переворот!

За последние семь лет объем финансирования сельских школ увеличился почти в семь раз. Но результат от этих вложений почти не виден, считают эксперты.

– Причина – в характере формирования бюджета по принципу централизованного управления, – считает независимый консультант в сфере бюджетирования Елена Ожго. – Сегодня при выделении бюджетных денег практически не учитываются особенности сельских школ, количество школьников. Там, наверху, не знают потребности отдельно взятой школы. Бюджет должен формироваться наоборот – снизу вверх. Нужды школы должны определять директора, родители, ученики. Они лучше знают, что именно нужно. Тогда, понятно, и ответственности за освоение средств будет больше.

– Это не мы сами придумали, есть международный опыт. В Англии, Ирландии, Австралии, Новой Зеландии, Польше. При формировании школьного бюджета там учитывают все тонкости: количество школьников, потребности в соответствии с возрастом, плотность населения в населенном пункте, доход семьи, я уже не говорю о материальной базе и педагогах.

Решится ли наше Министерство образования на столь кропотливую работу? Ведь гораздо легче “спустить” всем одинаковые цифры. А то мало ли что попросят…

МнениеУчителей надо учить!

Токмухамед Садыков, ректор КазНПУ им. Абая:

– Проблема общеобразовательных школ на селе была и есть. И, как всегда, все решают кадры. На селе у учителя особая роль, он не просто преподает в школе, он является олицетворением интеллекта самого села. Поэтому, пока мы не укомплектуем сельские школы учительскими кадрами, дело будет двигаться слабо. Наш институт выпускает большую часть учителей Казахстана. Из них 80 процентов, по нашим данным, трудоустраиваются. Половина, кстати, возвращается в свои родные села и работает там. Что бы ни говорили, но перспектива в этом есть. По приезде в село им дают жилье, льготы… Сейчас надо продолжать это и поддерживать. Мы готовим учителей, которые с удовольствием поедут на село.

Но, к сожалению, есть и другая очень важная проблема – отсутствие непрерывного образования. Если человек не повышает свою квалификацию, он не может быть специалистом. И опять же эта проблема особенно характерна для села. Большинство учителей не имеют возможности повышать свою квалификацию. Необходимо, чтобы государство поддерживало это и финансировало.

Повышение квалификации раньше было плановым. В нашем же университете был факультет повышения квалификации по всем учительским специальностям. В летний и зимний каникулярный период к нам приезжали учителя со всей страны. Профессора читали лекции, как совершенствовать процесс образования, какие новые методики использовать, как организовать урок, чтобы он был все 45 минут интересен ученикам... Эти лекции помогали решить многие вопросы, шел обмен опытом.

К сожалению, этот факультет мы вынуждены были закрыть, как только прекратилось финансирование. Сегодня этот вопрос нужно поднимать на уровне Министерства образования.

Языком цифр

В этом году в КазНПУ им. Абая поступило 3590 человек на педагогические факультеты.

Наибольшей популярностью пользовались психолого-педагогический, естественно-географический, физико-математический факультеты. Нехватка учителей именно этих специальностей особенно ощущается в сельских школах. Притока учителей по информатике и математике стоит ожидать через 2–3 года, когда студенты получат дипломы. С чем же связан бум на дефицитные специальности? Всего на подготовку педагогических кадров в этом году был выделен 721 грант, из них большая часть – 224 гранта – на подготовку математиков. Всего 185 студентов поступили на этот же факультет на платное отделение. Остальные 1228 человек предпочли учиться за свой счет на другие 19 “школьных” специальностей. В среднем стоимость платного обучения на педагогические специальности – около 130 тысяч тенге. Для сравнения: обучение на других факультетах обходится казахстанским студентам примерно в 180 тысяч тенге в год.

Александра МЫСКИНА, Руслан ПРЯНИКОВ (фото)

Загрузка...