Опубликовано: 1158

Неугодных – в психушку?

Неугодных – в психушку?

15 мая Виктор Ершов позвонил в корпункт нашей газеты и попросил помощи: “Если со мной что-то случится, пожалуйста, помогите жене”.

Как показали дальнейшие события, основания для тревоги у него были. В начале недели в корпункт редакции пришла его жена Ольга и рассказала жуткую историю: 19 мая 2009 года полицейские увезли Виктора Ершова из собственного дома в неизвестном направлении. Жене сказали, что мужа отправили… в закрытую психиатрическую больницу.

В селе Есиль, что находится в Осакаровском районе Карагандинской области, народ живет небогато. Ершовы – как все. Подворье, три коровы. Ольга работает в детском интернате. Виктор, всю жизнь работавший водителем КамАЗа, последние два года по хозяйству трудится. Трое сыновей растут. В общем – обычная семья. Была…

Все рухнуло 29 августа 2008 года.

Тем памятным утром Виктор пошел на поклон к главе местного крестьянского хозяйства – тот якобы ему уже давно обещал работу.

– Вернулся весь избитый, – вспоминает Ольга, – все лицо в крови...

На следующий день Виктор пошел в сельскую амбулаторию, “снял побои” и с этой справкой поехал в райцентр, в суд. Там оставил “жалобу частного обвинения о привлечении к уголовной ответственности обидчика за нанесение телесных повреждений”.

И стал ждать справедливости.

Фемида играет в жмурки?

В конце октября судья Осакаровского суда Р. РЫМБАЕВ, изучив материал по заявлению Ершова, установил, что “подателем жалобы не соблюдены требования статьи 390 УПК РК”, а посему постановил: “Отказать Ершову В.В. в принятии жалобы частного обвинения”.

Для читателей поясним: статья 390 УПК РК “Возбуждение дел частного обвинения” содержит перечень требований, которые должны быть соблюдены при подаче жалобы. Куда подавать, кому, какие документы прилагать, сколько копий… То есть своего рода неукоснительная инструкция. Если в жалобе не хватает даже запятой, то суд формально имеет право отклонить жалобу.

Виктор больше не стал обращаться в суд, решил – бесполезно. Но тут выяснилось, что 19 ноября уже фермер подал встречную жалобу частного обвинения о привлечении к уголовной ответственности В.В. Ершова – за клевету. И 1 декабря суд рассмотрел обе жалобы, объединив их в одно производство.

Судебное разбирательство было недолгим. Из постановления Осакаровского районного суда: “В ходе судебного заседания вменяемость Ершова В.В. у суда вызвала подозрение, так как в материалах дела имеется справка врача-психиатра КГКП РМО п. Осакаровка от 2 сентября 2008 года (запомним эту дату. – Прим. авт.), согласно которой Ершов состоит на “Д” учете у врача-психиатра… При таких обстоятельствах у суда имеются основания для назначения амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы в отношении Ершова В.В.”.

Психическая атака

– Откуда взялась эта справка?– недоумевает Ольга. – Ни на каких учетах он нигде и никогда не стоял…

А действительно, откуда? Инцидент произошел 29 августа. Получается, что уже 2 сентября кто-то взял справку в районной больнице и затем отнес ее в суд. Кто и зачем?

Виктор не сомневался: врачи подтвердят, что он нормальный человек. И безропотно прошел обследование в областном психоневрологическом диспансере. Мы не знаем, какое заключение дали эксперты. Как нам сказали в облпсихдиспансере, эта информация может быть предоставлена только суду или представителю законных интересов Ершова. Корреспондент газеты таковым не является. Но…”законная супруга тоже не является представителем интересов мужа, а потому и ей мы ничего не скажем”, заявили врачи.

А вопрос возник потому, что 12 февраля 2009 года Осакаровский суд выносит очередное решение: Ершову надо… пройти еще одну судебно-психиатрическую экспертизу – уже в условиях стационарного обследования в облпсихдиспансере.

Для Ершовых это стало

потрясением. 23 февраля Виктор написал жалобу и на следующий день собирался ехать в областной суд. Но 24 февраля его увезли в стационар психиатрической клиники. В наручниках. Забирали с боем, отбивая от жены и сыновей. Полицейские настолько перестарались в своем рвении, что ударили Ольгу Ершову. По этому факту управление собственной безопасности ДВД области проводило проверку. Правда, Ольга говорит, что о результатах ей не сообщили.

Ей многого еще не сообщили из того, что обязаны были по закону сообщить люди, которым государство дало в руки власть и правосудие.

Нет человека – нет проблем?

В стационарном отделении Карагандинского областного психоневрологического диспансера Виктор Ершов пролежал “для уточнения диагноза” с 24 февраля по 19 марта. Черным был этот месяц…

Когда он вернулся домой, на семейном совете решили: уж лучше теперь Виктору никуда больше не обращаться. Ну нет в этой жизни справедливости…

– Месяц прожили спокойно, – говорит Ольга. – Муж все ждал: должен же он получить какой-то документ из суда. За что он просидел в психушке? В чем виноват? 5 мая записался на прием к прокурору. А 6 мая у нас дома с утра опять были полицейские, опять затолкали его в машину и увезли в психдиспансер. Но врачи его уже не приняли.

Вернувшись домой, Виктор заявил жене, что будет добиваться приема у прокурора области и председателя областного суда.

12 мая он пришел в Осакаровский суд, чтобы забрать постановление суда. Секретарь суда попросил у него удостоверение личности, велел подождать. И… вызвал наряд полиции. Полицейские отвезли Ершова в отделение. Потом отпустили.

В тот же день Виктор уехал в Караганду искать защиты. А вечером полицейские снова его искали. “Они обыскивали наш дом, сараи. Ночью явились к нашим родственникам, там искали… Брат не пустил их, сказал: на каком основании, где ордер на обыск? Они ушли. Но всю ночь вокруг патрулировали”.

15 мая Виктор Ершов позвонил в корпункт нашей газеты и попросил помощи: “Если со мной что-то случится, пожалуйста, помогите жене, – умолял Виктор. – Мы с Ольгой сейчас идем на прием к председателю областного суда”.

– Председатель нас выслушал, – говорит Ольга, – и при нас позвонил КЕНЖИНУ, председателю Осакаровского суда, спросил: чем вы там занимаетесь? А нам сказал: езжайте домой. 18 мая в 9.30 утра приходите на прием к Кенжину. Он вас примет и разберется. В

9 утра мы были в Осакаровском суде. Но Кенжин нас не принял. Вышла какая-то сотрудница и сказала: ваше дело передано на рассмотрение в Караганду.

А 19 мая в 6.30 утра к дому Ершовых вновь подъехал наряд. Полицейские сказали: тебя вызывают в суд, собирайся и возьми теплые вещи. Дома были только двое младших сыновей. Они позвонили матери: папку опять увезли!

Больше Виктор домой не вернулся.

– В полиции мне сказали, что мужа увезли под Алматы, в Талгарский район, в закрытую психбольницу, – плачет Ольга.

Она не знает точно, где ее муж. Не видела и постановления суда. А ведь в закрытую психиатрическую больницу специализированного типа человека могут поместить ТОЛЬКО ПО РЕШЕНИЮ СУДА!

Испытанный метод

Газета – не надзорный орган и уж тем более не судебный. Мы не можем подвергать сомнению решения Осакаровского суда, действия полицейских, компетенцию врачей-психиатров. Потому лишь изложили обстоятельства этого странного дела, рассказанные нам Ольгой Ершовой.

В Бюро по правам человека нас заверили, что проведут самое тщательное расследование дела. “Если полицейские не предъявили никаких официальных постановлений и ордеров при увозе Ершова, то тогда можно подавать заявление о похищении человека” – считают правозащитники.

В прокуратуре области сообщили, что заявление Ершова, которое он успел отправить

15 мая, получено и зарегистрировано. Ответ будет непременно. Что ж, ждем.

…Много лет назад в частной беседе один старый психиатр открыл мне некоторые секреты советской “карательной психиатрии”. Самый распространенный диагноз тех времен – вялотекущая шизофрения – ставился так же легко, как и ОРЗ. Основание – “мания правдоискательства”, “повышенный интерес к общественным и политическим проблемам”, “склонность к реформаторству”, “бред антикоммунизма”…

По некоторым данным, в начале перестройки более трех миллионов граждан с такими диагнозами были сняты с психиатрического учета. Но старый психиатр открыл маленький секрет: в личных делах этих людей, как правило, не значится полное выздоровление, а лишь – “стойкая ремиссия”.

Это значит, что душевное расстройство может вернуться. Когда? Когда понадобится, тогда и вернется!

Татьяна ТЕН, Караганда

Загрузка...