Опубликовано: 1751

Несъедобные цены

Несъедобные цены

Почему терпит крах замысел чиновников создать вокруг Алматы продовольственный пояс, который бы позволил кормить горожан по доступным ценам? Цены на прилавках города растут. Сельчане-производители разоряются. Где же оседают миллионы тенге, которые ежедневно выплачивают алматинцы за продукты питания?

МОЛОЧНЫЙ ЗАГОВОР

Кто взвинчивает цены?

Хозяйка коровы

Вокруг мегаполиса много “молочных” сел. В одно из них мы выехали по просьбе его жителей. Когда-то это село давало в сутки 10 тонн молока, но сегодня многие сельчане уже распродали своих коров. Село – на грани разорения. Люди говорят, что их заставили пойти на крайние меры скупщики молока, которые устроили настоящий шантаж ценами. В это трудно поверить, но у сельчан скупают сырое молоко всего по 25 тенге за литр.

– А на прилавках в городе цены какие? Они зарабатывают на нас с вами! – сельчане срываются на крик, но терпеть больше нет сил.

– Я разорился. У меня было четыре коровы, но выкормить их нет возможности, я продал их, – говорит сельчанин Айдос Коржаев.

Местные жители утверждают, что цены на молоко скупщики “ломали” изощренным способом. Еще зимой за литр людям давали по 50–60 тенге. Но с приходом весны, когда отелились коровы и молоко прибыло в больших количествах, скупщики перестали брать молоко вообще, сославшись на то, что завод на ремонте… При этом, как выяснили местные жители, никакого ремонта не было, потребности в сырье перекрывались за счет Киргизии, которая поставляла молоко по 30 тенге. Через месяц скупщики молока появились в селе и предложили новую цену – всего 25 тенге за литр.

– Нам сказали: не хотите сдавать, мойте этим молоком полы и огороды поливайте, – жалуется местная жительница Наталья. – Кто-то отказался из принципа, а мы сдаем – у меня семь коров, молоко киснет…

Сельчане утверждают, что сдают молоко себе в убыток. Чтобы содержать только одну буренку, необходимо ежемесячно выплачивать по 1 тысяче тенге за пастбище. Чтобы перегнать скот до пастбища по частным землям, а они взяли села в плотное кольцо, нужно отдельно платить за прогон, по 250 тенге с табуна. В день корова съедает тюк сена (450 тенге), три килограмма отрубей (50 тенге). В среднем затраты в сутки составляют 550 тенге. Дальше мы считаем статью доходов с одной коровы.

– В среднем корова дает 15 литров молока – это вечерний и утренний надой, – отдавая молоко скупщикам по 25 тенге, мы получаем всего 375 тенге! – говорит Наталья.

В своих бедах и в том, что молоко в городе стоит слишком дорого, они винят сборщиков молока.

Скупщики молока

Найти сборщиков молока не составило труда. Утром в села приходит сразу несколько молоковозов. Один из них нам удалось поймать прямо на трассе.

Андрей работает уже год на “трехтоннике”. Собирает молоко для завода, который производит достаточно известную марку. Молоко в тетрапакетах от этого производителя стоит 200 тенге. На вопрос, вы почему сельчан обижаете, парень ответил: “У нас большие затраты: транспортные расходы, заморозка молока, мы же сами и холодильные установки берем, и экспертизу их делаем. Многие машины у нас в лизинге – за них платить надо”.

Транспортные расходы – основная затратная часть для сборщиков, и мы пытаемся просчитать ее вместе. От города до села – всего 19 километров. Плюс на обратный путь – еще столько же. Учитывая, что машина крутится по селу и движется по самому Алматы (пусть водитель “наматывает” даже 100 км за один рейс), перевозка трех тонн молока обходится от силы в 1500 тенге (из расчета, что автомобиль заправляется 92-м бензином). Теперь, чтобы вычислить транспортные расходы на один литр молока, делим 1500 тенге на 3000 литров (столько помещается в цистерны молоковозов ЗИЛ). Получаем 0,5 тенге, или 50 тиын. Но, чтобы не мелочиться, округляем до двух тенге (на случай, если, например, завод находится на очень большом расстоянии от пункта приема молока). Вот такие транспортные расходы!

– Не мы людей обижаем, – вздыхает сборщик. – То, что дешево молоко берем, – да, но это заводы нам цены диктуют!

Перерабатывающий завод

На молочном заводе, который скупает молоко за копейки и выставляет готовый продукт в тетрапакетах по цене почти в 10 раз дороже, нам отказались давать какой-либо комментарий о процессе ценообразования.

– Это все скупщики виноваты, а не мы, они нас постоянно третируют: хотят – везут молоко, хотят – нет, вот к ним с вопросами и обращайтесь. Да и вообще это коммерческая тайна… – ответили нам и повесили трубку.

Выходит, скупщики накручивают свою маржу, а заводы могут ставить любую цену в зависимости от своих аппетитов? Пресловутые механизмы рынка, который должен сам держать в узде цены за счет конкуренции, не срабатывают… У нас молоко дороже, чем в соседних странах!

КАК УМЕРИТЬ АППЕТИТЫ “МОНОПОЛИСТОВ”?

Профессор Казахского национального аграрного университета Галижан МАДИЕВ:

– На рынке сельскохозяйственной продукции сегодня складывается парадоксальная ситуация. Цены на реализуемую продукцию для конечного потребителя слишком высокие, и при этом у самого сельчанина, который выращивает этот продукт, его скупают по минимально низким ценам, которые даже не возмещают затраты. Молоко – в пять раз дешевле… Мясо – по нереально низким ценам. А сколько стоят эти же продукты, но уже с прилавков магазинов и базаров? Думаю, это знает каждый из нас: страдаем в итоге мы – потребители. Цены продолжают расти. При этом сезонность, которая очень важна в сельском хозяйстве, выгодно используется производителями только в вопросе повышения цен, но никак не снижения. Зима – мало молока. Цена растет. Весна – молочная пора, но стали ли цены на молоко в магазинах ниже? Нет. При этом сам колхозник продолжает сдавать молоко за копейки. Пропасть между ценами скупки и перепродажи увеличивается с каждым годом.

Мы являемся очевидцами дикого капитализма, каждый урывает, сколько может.

Причем мощности перерабатывающих заводов загружены минимально. Но при этом они умудряются иметь прибыль, рентабельность обеспечивается за счет дикого ущемления сельских производителей. Отсюда и цены. Они выжимают всю возможную прибыль с литра молока. И за эту жадность расплачиваются потребители.

У нас нет признаков цивилизованных отношений. Завод должен поддерживать поставщика сырья. Но у нас каждый руководствуется сиюминутной выгодой. Сельскому товаропроизводителю не дают возможности работать, не формируют стимул дальше развивать производство. За рубежом есть два способа, как решить эту проблему. Первое – организовать продажу продукции через товарную биржу. Без посредников. Ведь у них оседает львиная доля доходов.

Второе – объединять производителей и признать монополию в сельском хозяйстве. А именно заводы, которые скупают у производителей то же молоко. И принимать такие же меры к ним, как к естественным монополистам. В сфере энергетики цены регулируют, а чем отличается сельское хозяйство? Комитет по антимонопольной политике должен регулировать цены на услуги переработчиков. Должен быть контроль за ценами, на реализуемую продукцию – также.

Вы посмотрите, на наших прилавках цена на многие продукты выше, чем в развитых западных странах. Если мы завтра при имеющейся ситуации откроем границы в рамках ВТО, наше сельское хозяйство придет к обвальному падению.

Другой вопрос – демпинг цен со стороны соседних стран… Сейчас принимается закон по повышению таможенных ставок на импортную продукцию. В том числе на сельхозсырье. Тем самым мы защитим уровень цен, выгодных для наших товаропроизводителей. Но это может сработать не в пользу потребителя, если не умерить аппетиты переработчиков и перекупщиков.

МОНИТОРИНГ ЦЕН

Почем картошка?

Стоимость картошки на базаре этой весной бьет все рекорды. За килограмм молодой картошки в Алматы просят 150 тенге. При этом себестоимость этого килограмма, по словам сельчан, составляет не более 50 тенге за кило! А скупщики умудряются понижать цену. За несколько десятков километров от Алматы производители чипсов, например, скупают картофель высшего качества всего по 25 тенге за килограмм!

Почем мясо?

Стоимость килограмма говядины на одном из рынков Алматы составляет 850 тенге. Всего в 15 минутах езды от мегаполиса в одном из сел на местном рынке цена за такой же кусок говядины дешевле на 200 тенге. А еще в пяти минутах езды от этого села в степи скупщики берут килограмм мяса за 350 тенге у чабанов, которые держат “ходоков” – скотину, которая не стоит на месте, а всегда кочует с одного пастбища на другое.

Места сбыта

О реальных ценах на сельхозпродукцию алматинский потребитель даже не догадывается. По статистическим данным, сырое молоко в Алматы стоит 140 тенге. Но во дворах опять же мы имеем дело в большинстве случаев с перекупщиками, которые берут свою маржу. Себестоимость молока в селах около 50 тенге. На рынке стоимость продуктов вырастает почти в два раза…

На одном из базаров стоимость места для торгующих мясом составляет 31 тысячу тенге в месяц плюс три тысячи тенге оплачивается за каждый день. За экспертизу с каждой туши мяса берут 5 тысяч тенге и негласно – по пять килограммов самого отборного мяса. Все затраты продавцы перекрывают за счет нас – потребителей.

Городские ярмарки, которые устраивают акиматы, больше похожи на рекламный ход по созданию “продовольственного пояса”. Но, как признались нам сами сельчане, они даже не знают, когда и где им можно выставить свою продукцию…

Александра МЫСКИНА, Руслан ПРЯНИКОВ (фото)

Загрузка...