Опубликовано: 1151

Не прячь руки, не чеши нос!

Не прячь руки, не чеши нос!

В творческом активе Ирэн Аравиной эпатажные рок-эксперименты, джазовые импровизации и даже колокольный звон. Одна из самых заметных женщин на музыкальной сцене страны сегодня в гостиной “Каравана”.

Ирэн Аравину все знают не только как дочь великолепного казахстанского музыковеда Юрия Петровича Аравина. Она сама – музыковед, певица, композитор, поэт, мать, автор и движущая сила многочисленных творческих проектов. Ирэн исполняет все: классику, фольклор, джаз, регги, боса-нову, великолепно импровизирует. И называет свои многочисленные перевоплощения переодеванием.

Вокруг музыки

– Ирэн, в твоей семье два поколения до тебя были музыкантами. Это предопределило твой выбор профессии?

– Я на самом деле хотела быть режиссером, работать на телевидении, в кино. Постаралась все для этого сделать. Я очень люблю эту сферу, училась на режиссера. Но мне стало неуютно там.

– А до режиссерского образования ты окончила музыкальное училище...

– Это было естественно. Я совершенно не разбираюсь ни в чем, кроме музыки.

– Родители никак не влияли на твой выбор?

– У нас в доме всегда звучала музыка, все разговоры были вокруг нее, в гостях постоянно были музыканты. Поэтому я и не мыслила себе другого.

Чистые деньги

– Десять лет ты проработала певчей и звонарем. Как ты освоила эту специфичную профессию?

– Когда открылся Вознесенский собор, все туда пошли, и я в том числе. А поскольку хорошо читала ноты, то была принята в качестве певчей. Параллельно изучала устав служений и много других искусств, которые нужны при церкви. И рисование, и вышивку, и звон колоколов.

– А как называлась твоя должность?

– Певчий звонарь. Зарплата была три тысячи тенге. Но я их не променяла бы ни на какие три тысячи долларов. Потому что все деньги, которые заработала в церкви, потратились очень правильно. Каждая копейка пошла в доброе дело, и ничего дурного со мной не случилось. Никаких обманов, никакого воровства. А мои друзья постоянно жаловались, что во время кризиса пропали сбережения на счетах, они теряли огромные суммы, когда был обмен денег. А еще отнимал рэкет, грабили бандиты, обманывали аферисты и различные фонды. У меня же ни копейки не пропало.

– И все-таки, как ты стала звонарем? Это, наверное, непросто, помимо слуха нужен и навык?

– Колокола сюда привезли люди знающие, они показали все местным пономарям. Те передали знания другим. Меня, например, учила наша регентша Дуся. Потом я проходила повышение квалификации в Москве. Поехала по Золотому кольцу России. Знакомилась со звонарями, звонила с ними, писала звон. Покупала аудио- и видеозаписи. Изучила огромное количество разных ритмов.

Педагогика Аравиной

– Сейчас ты востребована и как певица, и как педагог. При этом занимаешься различными некоммерческими, творческими проектами. Какие из них тебя больше всего занимают?

– Есть, например, совместный проект с молодым и очень талантливым пианистом Олегом Переверзевым. Также меня волнует судьба нового джаз-бара в Алматы. Чтобы там могли выступать и самовыражаться все джазовые музыканты, без каких-либо ограничений по репертуару.

– Ты стала появляться в качестве актрисы на подмостках театра “АРТиШОК”. Продолжится ли сотрудничество?

– Конечно. В сентябре в театре будут мои музыкальные проекты, где я выступаю как организатор концертов. А то, что я стала появляться в спектаклях, для меня самой было неожиданностью. Скоро в театре состоится “Концерт №2”, и я не хочу быть одним из его персонажей, потому что ребята “АРТиШОКа”, которым я преподаю вокал, должны чувствовать себя полноправными солистами на сцене. А то они начинают рядом со мной комплексовать и принимать мой опыт за превосходство. Мое мастерство лишь во времени, потраченном на занятия музыкой. А ребята только в начале пути. И думают, что плохо поют. Я же вижу, что из этого можно сделать, и всегда мыслю перспективно.

Ненавижу музыкальные школы, большинство из которых ставят на детях крест, когда ребенок, к примеру, просто разволновался. Говорят, что он никогда не сможет заниматься музыкой. В результате происходит серьезная психологическая травма. Больше половины моих учеников рассказывают мне об этом. И потом мы выступаем на концертах, и они великолепно поют.

Люблю и любима

– Вот все эти бесконечные проекты, ученики, работа. Ты восстанавливаешься дома, в семье?

– Меня все поддерживают. И дочки тоже. Младшая, правда, пока только веселит, успокаивает. Я обожаю понедельники, когда могу побыть дома. Очень люблю проводить время с семьей. До невозможности.

– Успеваешь участвовать в семейных посиделках, которые устраивает папа?

– Как раз в выходные у нас будет такой большой сходняк. Родители собирают всех своих друзей на даче. Папа просит принести музыкальные инструменты. Будем делать сейшн.

– Признайся, Ирэн, папа все еще учит тебя, дает наставления, советы?

– Он просто меня любит, и все. Дает советы, если я спрашиваю или если видит, что мне действительно нужен совет. Он мне говорит: “Не делай нисходящую интонацию, когда ты здороваешься”. Делает замечания по поводу элементарных вещей в работе, на которые я не обращаю внимания: “Не прячь руки, не чеши нос”. Он мне помогает распознать невербальные жесты, которые отрицают ту информацию, которую я говорю.

– Ты уже столько успела сделать. А какой видишь свою жизнь, скажем, лет через десять?

– Не хочу так далеко планировать. Я хочу просто любить и быть любимой. И в том и в другом я никогда не нуждалась. Хочу быть здоровой, чтобы делать то, что я делаю. Потому что самая большая проблема, когда не можешь заниматься любимым делом. Но при этом я думаю: как Бог даст, так и будет. Зачем загадывать?

Творческие проекты постоянно возникают. Попадаются хорошие люди. Еще год назад я плакала, что мало работы, а сейчас плачу от того, что с ней не справляюсь. Но худа без добра не бывает, благодаря перерыву возникли эти многочисленные творческие проекты. Я очень рада этому обстоятельству.

Наталья БОЙКО

Загрузка...