Опубликовано: 2514

Нашим буренкам нужен Айболит!

Нашим буренкам нужен Айболит!

С января 2011 года предприниматели Таможенного союза, Россия – Беларусь – Казахстан, для экспорта скота, мяса и шкур используют единый ветеринарный сертификат. Специалисты министерств сельского хозяйства трех стран, разрабатывавшие документ, уверены – это упростит провоз через границу товара. Казахстанские же предприниматели этим документом еще не пользовались и осваивают российский рынок пока лишь полулегально.

Но почему полулегально? По словам предпринимателей, на границе казахстанское мясо обычно перегружают в машины с российскими номерами и дальше везут уже как российский товар, чтобы не было проблем с российскими контролирующими органами. “А получение всех этих сертификатов, разрешений, ветеринарных, санитарных, – говорит президент Алматинской ассоциации таможенных брокеров Геннадий ШЕСТАКОВ, – особенно с 1 января – это полный убой! Официальных документов стало больше раза в два”.

Получается, что единый ветеринарный сертификат, на который возлагались надежды, проблему с экспортом казахстанского мяса в страны Таможенного союза пока решить не помог.

Мы копнули тему глубже. И оказалось, что дело вовсе не в трудности получения необходимых бумаг! Эксперты говорят, что наше мясо просто не соответствует современным требованиям ветеринарной безопасности.

Мечты и реальность

По официальным данным, в год в Россию завозится около 1,7 миллиона тонн импортного мяса из Латинской Америки, Австралии, Новой Зеландии. Но и казахстанская говядина могла бы стать доходной статьей экспорта нашему северному соседу.

В мечтах наши чиновники видят ни много ни мало создание казахстанского бренда экологически чистого мяса, организацию племенного мясного скотоводства мирового уровня и обеспечение к 2020 году валютной выручки от него в сумме до одного миллиарда долларов.

В реалиях же казахстанцы пока больше покупают на базарах и в магазинах свинину и говядину из Китая, Узбекистана и Киргизии. Наше казахстанское мясо из-за неполного соответствия санитарно-ветеринарным нормам даже в Россию проникает с трудом. А племенной скот в Казахстан завозят из США и других стран, поскольку собственное поголовье, к примеру, элитной казахской белоголовой породы, утеряно.

Сами поедим и еще продадим!

В середине января в Аккорде на рабочем совещании под председательством Нурсултана НАЗАРБАЕВА было решено: отныне мы должны полностью обеспечить не только свой внутре­нний рынок, но и реализацию казахстанского мяса на экспорт.

Пока ввоз в Россию казахстанской говядины разрешен только с аттестованных Россельхознадзором предприятий четырех областей Казахстана: Северо-Казахстанской, Костанайской, Акмолинской и Мангистауской, куда российские инспекторы регулярно совершают контрольные визиты.

Но вот незадача: именно в этих областях эпизоотическая ситуация в 2010 году оказалась весьма неблагоприятной.

В связи со вспышкой сибирской язвы 20 июня 2010 года в округе Жолкудук в Павлодарской области скончался один человек, еще четверо попали в больницу. 20 июля 2010 года из-за вспышки ящура в селе Новодолинка Россельхознадзор запретил ввоз в Россию мясопродукции из Акмолинской области. В целом Минсельхоз Казахстана признал прошлогоднюю эпизоотическую ситуацию во всех областях страны тревожной.

– В 2010 году по республике было зарегистрировано 205 очагов особо опасных инфекций, – сообщил на ведомственном рабочем совещании вице-министр сельского хозяйства РК Сакташ ХАСЕНОВ. – Вспышки ящура и сибирской язвы в Акмолинской, Алматинской и Павлодарской областях привели к человеческим жертвам. И это вызвало серьезный общественный резонанс, который негативно отразился в целом на имидже страны. Не менее критическая ситуация сложилась по бруцеллезу. По республике был зарегистрирован 191 очаг бруцеллеза животных…

– И есть, наверное, поголовье, которое наши инспекторы в глаза не видели, – откровенно сказал вице-министр. – В Павлодарской области один лицензиат обслуживал поголовье скота четырех сельских округов! В связи с большим объемом работ он физически и по времени не успевал осмотреть всех животных. Часть из них вообще не была охвачена вакцинацией.

Весь скот лучше уничтожить!

– Я, честно говоря, не знаю, как наше мясо будет идти на экспорт, – говорит врач-инфекционист, профессор, академик Международной академии экологии и безо­пасности Андрей ДМИТРОВСКИЙ. – У нас низкий уровень животноводства, слишком много зоонозных инфекций. Животные содержатся в основном на пастбищах, там и заражаются. Если бы были стойловое содержание, нормальная заготовка кормов, не было контакта между этими животными, другая была бы ситуация. Единственный выход из этого положения – просто одномоментно уничтожить больное поголовье, выждать время, продезинфицировать эти территории, обработать помещения, загоны, где животные содержатся. И потом завести других, здоровых. Но на это нужны политическая воля и деньги, потому что никакой частник этого не осилит, даже самый богатый. А наши фермеры – люди далеко не богатые. Но пока это не будет сделано, наше мясо ни на какой экспорт не пойдет, никто его покупать не будет. Любая зарубежная экспертиза сразу обнаружит какую-нибудь инфекцию.

– Значит, мы сами едим это инфицированное мясо?

– Да. В принципе, на вкусовых качествах это не сильно отражается. Вы же сырое мясо не едите? Просто нужно соблюдать меры безопасности. У нас, к сожалению, к мясу животных надо относиться, как к потенциально заразному материалу.

Паспорт для буренки

Сейчас Минсельхоз создает компьютерную базу данных сельскохозяйственных животных с учетом их перемещения и выбытия. Идет паспортизация скота.

– Конечно, это все хорошо, – говорит профессор Дмитровский. – Надо скорее прекратить бесконтрольную миграцию животных. Это первый шаг к профилактике зоонозных инфекций. Вот смотрите: в Туркестане до 2000 года не было очага конго-крымской геморрагической лихорадки. А кто-то завез неизвестно откуда пораженных клещами овец. Клещи расползлись, и постепенно сформировался новый очаг опасного заболевания. И в 2009 году это привело к вспышке в Туркестане конго-крымской геморрагической лихорадки и гибели нескольких врачей, женщины и ребенка.

Вице-министр сельского хозяйства Сакташ Хасенов признает:

– С введением единого ветеринарного сертификата процедура провоза продукции животного происхождения упрощается, но это налагает на нас с вами большую ответственность. Если мы не обеспечим эпизоотическое благополучие, то наша программа развития животноводства будет просто пшиком.

Загрузка...