Опубликовано: 978

На проходную журналистов не пускать!

На проходную журналистов не пускать!

Администрация ОАО “Central Asia Cement” объявила нашего корреспондента персоной нон грата в своих владениях – за “однобокое освещение проблем цементного завода”.

Наконец­то на экономической карте нашей родины нашелся райский уголок! Островок, так сказать, полного благополучия. Записывайте адрес: поселок Актау, цементный завод АО “Central Asia Cement”.

И как же так случилось, что в предыдущих публикациях газета неоднократно писала о проблемах цементников, о том, что люди там работают в тяжелых условиях на опасном устаревшем оборудовании, за низкую зарплату, о вопиющих нарушениях техники безопасности, а теперь вот оказывается, что там все хорошо, спросите вы. Ну это, знаете ли, с какого боку посмотреть. С одного боку, вроде все так, а с другого – совсем наоборот.

Администрация, сказали нам на заводе, осталась очень недовольна публикациями в нашей газете “за однобокое освещение проблем”.

Ну что ж, мы готовы осветить и другой бок, который предложат к осмотру!

Прессу велели не пускать!

Именно с такими дружественными намерениями мы прибыли на цементный завод. Но сразу отметим, прибыли не просто так. На прошлой неделе рабочие из Актау позвонили нам и попросили: приезжайте к нам 7 октября в 12 часов на митинг, все законно, митинг санкционированный. На вопросы, что случилось, по какому поводу митинг, ответ был один: приезжайте, все сами увидите и услышите! В областной федерации профсоюзов информацию подтвердили: да, и мы тоже выдвигаемся туда 7 октября.

В означенный день, в означенный час мы были у заводской проходной. Вот тут­то и выяснилось, что корреспондент нашей газеты объявлен на территории цемзавода персоной нон грата.

Прибежавший на проходную председатель профкома АО “Central Asia Cement” Айкын Ахметов замахал руками: “Нет­нет­нет! Вас приказано не пускать ни в коем случае! И генеральный директор против, и председатель совета директоров господин Хавьер не разрешил! Вы пишете про завод очень однобоко!”.

Другой, надо полагать, правильный и красивый бок цементного завода, нам предложили изучать в дальнейшем исключительно в письменном виде, путем направления вопросов по почте и записей на прием к начальству. Высказав эти пожелания, председатель скрылся за воротами, полагая, что выполнил приказ: удалить прессу!

“Из­за вас нам премию не дали!”

Но какой, скажите, нормальный журналист, проделав неблизкий путь, уйдет несолоно хлебавши, с пустым блокнотом, даже если его выставили за дверь? Послонявшись у проходной, мы без труда нашли рабочих, которые (при условии анонимности) изложили нам свое видение ситуации.

– Ничего на заводе не изменилось, – сказали нам рабочие. – В августе, когда газета про нас написала, к нам аким области приезжал. Руководство обещало и зарплату поднять, и условия труда улучшить, бонус выплатить в сентябре. Ничего не сделано. А теперь сказали, что будут сокращать 400 рабочих мест. Поэтому народ волнуется. Но никто вам ничего теперь говорить не будет. Все боятся сокращений. В поселке ведь работы другой нет. Митинг отменили. Провели просто собрание. А вас что, не пустили? Нам сказали, что из­за вас нам премию не дают. Говорят, после статьи в вашей газете банк заводу в кредите отказал...

У рабочих нет вопросов?

Вот это, я понимаю, сила печатного слова! Но это ж каким боком надо было все повернуть, чтобы придумать для рабочих такую версию?!

Мы спросили об этом председателя профкома АО “Central Asia Cement” Айкына Ахметова. Сразу после митинга (ну, или, как сказали нам рабочие, собрания) председатель поспешил в Караганду и собрал экстренную пресс­конференцию:

– Ха­ха­ха, – было ответом на вопрос про банк и кредит. – Кто вам наговорил такую ерунду? Кого вы слушаете! И вообще вы не имеете права собирать информацию из непроверенных источников, брать интервью по телефону, приезжать на завод, когда вам вздумается, и писать однобоко!

Список того, что еще запрещено делать журналистам, председатель профкома оглашал довольно долго. Даже пришлось напомнить, что собрались мы не для того, чтобы обсуждать закон о СМИ, а чтобы поговорить о проблемах цемзавода.

– А кто сказал, что на заводе проблемы? – воскликнул Ахметов. – У нас нет проблем. Да знаете ли вы, что у нас рабочим два раза в год выдают летнюю спецодежду и один раз – зимний комплект! Каждый месяц – 400 граммов мыла и бутылку минеральной воды каждый день! Погребение умерших и родственников первой линии – за счет завода. Молоко за вредность! 35 человек летом отдыхали по путевкам. Детей в цирк вывозим. Да у нас уборщица получает зарплату 19 тысяч! Какие сокращения? Никаких сокращений! Безработицы у нас нет и никогда не будет! Митинг никто не запрещал, просто мы подумали, зачем людей на улице морозить? (7 октября в поселке Актау, как и на всей территории Карагандинской области, температура воздуха была около 20 градусов выше нуля. – Прим. авт.). Вот и собрались в зале. 180 человек. Все прошло красиво. У рабочих не было никаких вопросов!

Вот, в общем, и все, что сказал председатель профкома о проблемах цементного завода в поселке Актау. Надеюсь, на этот раз ни у кого не будет претензий за однобокое освещение проблемы. Другой бок освещен почти дословно. И мы даже не будем говорить, что все вышеперечисленное, не должно ставиться в заслугу профкому: выдавать молоко, спецодежду и прочее на вредных производствах – прямая обязанность работодателя.

Когда “все хорошо” – это плохо

И вот тут хочется сделать небольшое отступление. Долгие годы непростой дружбы связывали меня с председателем профкома одного крупного промышленного предприятия. Вместе мы пережили очень много событий, страшных, нервных, трагичных. Немало копий поломали в бурных спорах, но и трубок мира выкурили столько же. Но при любых обстоятельствах оставались по одну сторону баррикад. На дежурный вопрос: “Как дела?” он так же дежурно отвечал: “Плохо!”. Это была его позиция: никогда у профсоюза не может быть “хорошо”. Даже если рабочим на обед будут подавать ананасы и рябчиков, профсоюз должен бороться за то, чтобы ананасы были свежее, а рябчики – жирнее. Мой друг­председатель – теперь уже “бывший”. А у его преемника – все хорошо.

Татьяна Тен, Караганда

Загрузка...