Опубликовано: 1972

Любовь к себе подобным

Любовь к себе подобным

Недавно мир отметил знаковый юбилей международного дня борьбы с гомофобией, то есть неприятием гомосексуальных отношений. 20 лет назад – 17 мая 1990 года – Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) исключила гомосексуальность из списка психических заболеваний. Это была не просто сексуальная революция, а настоящий переворот в сознании.

Правда, в Казахстане день этот прошел как-то незаметно. Так же незаметно, как у нас стараются жить гомосексуалисты – да и не только у нас. Потому что как только в мире заговорили о терпимости к людям другой ориентации, так уровень этой самой терпимости резко пошел вниз. И гомофобия выросла до невиданных масштабов со стороны гетеросексуалов. Опросы говорят, что 80 процентов жителей Казахстана осуждают однополые отношения. Обозвать “нетрадиционалов” нехорошим словом считают своим долгом четверо из пяти представителей среднего поколения казахстанцев – об этом говорят данные опроса одного из республиканских общественных фондов. Да чего уж там! Противники однополой любви готовы “содомитов” даже избивать. На этот шаг пойдут две трети из опрошенных!

Прав не надо, просто не трогайте!

По словам врача-психиатра из Киргизии Ирины КАРАГАПОЛОВОЙ, сторонники однополой любви наших республик не требуют особенных так называемых “гей-прав”, они хотят, чтобы им предоставили обычные права. В том числе на здравоохранение, потому что врачи зачастую не скрывают гомофобию. Полицейские, по словам геев, не проводят должным образом разбирательств по случаям нападения на них. Поэтому обращение в правоохранительные органы в подобных случаях они считают делом бесполезным. Половина гомосексуалов предпочитают до конца жизни не раскрывать своего статуса даже перед родными – из опасений, что их не поймут и не примут.

Сегодня в Казахстане, по данным опроса, относительно спокойно себя чувствуют геи и лесбиянки только в Алматы. Здесь есть гей-клубы и другие места встреч, где они могут встречаться, не боясь осуждающих взглядов. Особый разговор о “плешках” – публичных точках сбора, которые имеются в южной и северной столицах, а также в Караганде.

В остальных городах места встреч более закрытые, например, съемные квартиры. Большая часть гомосексуалов, согласно данным опросов, работают в сфере обслуживания, торговле, образовании и индустрии развлечения, а наименьший процент – в госслужбе, и те, кто там трудится, ведут двойную жизнь до глубокой старости.

Все так же, как у всех, но есть нюанс…

Гомофобия весьма сильна в нашем консервативном обществе. До сих пор лесбиянок и геев у нас воспринимают как психически больных людей и шарахаются словно от прокаженных.

– Почему это происходит?

– В ряде стран гомосексуальные отношения считали преступлением – в советском Уголовном кодексе даже статья такая была – за мужеложство, – поясняет психиатр Ирина Карагаполова. – В истории медицины влечение к лицам своего пола воспринимали как патологию. Лишь в 1990 году гомосексуальность исключили из классификации болезней ВОЗ и из числа правонарушений в большинстве стран постсоветского пространства.

– Рядовому обывателю трудно понять, почему гомосексуальность – это норма, а геи и лесбиянки – не отбросы общества и позор семьи...

– Это люди, у которых своя сексуальность в виде влечения к лицам своего пола. Оно не патологическое или криминальное. Сексуальный интерес у всех людей разный. Есть свои предпочтения – цвет глаз или волос, повадки, голос, манеры. Гомосексуальная любовь формируется точно так же, как и у гетеросексуалов. Имеется только один нюанс – влюбляются они в людей своего пола. И, кстати, не всегда это подразумевает именно секс.

– Но общественность воспринимает гомосексуальность только через призму секса...

– Когда муж и жена занимаются сексом, никто же не лезет к ним под одеяло подсматривать? В однополой связи люди доставляют друг другу удовольствие, но своим способом. Просто на постсоветском пространстве “секса не было” вообще. То есть дети-то появлялись, но говорить о сексуальных отношениях было не принято. В итоге разговоры на эту тему – традиционно циничные или насмешливые.

– Насколько тяжело гомосексуалам раскрыться перед родными?

– Родительские переживания – это отдельная тема. Взрослые люди росли в обществе, где, повторюсь, подобное считалось преступлением или болезнью. Мамы и папы, если и принимают новость об ориентации своего ребенка, то осознают, что общество это примет весьма неоднозначно.

Лечить пробовали?

– Некоторые женщины пытаются “исправить” геев, и, наоборот, мужчины надеются “вылечить” лесбиянок, в которых влюбились…

– Что это не болезнь, которую лечат, мы говорили. Но, бывает, лесбиянки и геи обзаводятся традиционными в понимании общества семьями. Одни – для того чтобы скрыть свою ориентацию. Другие искренне верят, что у них “это” со временем “рассосется”.

Однако, например, из всех геев, женатых на женщинах, которых я знаю, никто не перестал быть геем. Не знаю, насколько счастливы члены их семей, но они сами несчастны. Они приводят в дом невесток, которые понравились их мамам, но любви ищут на стороне. Лесбиянки чаще всего разводятся с мужьями. Зато в качестве ширмы от нападок получают статус замужней женщины, хотя и разведенной.

– Другое твердое убеждение в том, что геи – сплошь женственные, а лесбиянки – мужеподобные…

– Это стереотип. Мужская гомосексуальность – явление, где мужчина привлекает именно мужчин. Значит, симпатичны именно мужские качества – внешность, фигура. Излишняя манерность тут особым успехом не пользуется. Есть геи, в силу своего социального положения скрывающие ориентацию, например, политики или чиновники, так в них нет и намека на женственность. Опять же, если лесбиянка с короткой стрижкой ходит всегда в брюках, сигаретой в зубах и разговаривает матом, то разве гетеросексуальная женщина обязательно должна носить только юбку, длинные волосы и говорить лишь приличные слова?

– Есть мнение, что часть молодежи становится гомосексуальной под влиянием звезд эстрады.

– Я встречала геев, которые жили в глухих отдаленных селах, где по телевизору показывают полтора телеканала – вряд ли можно говорить о каком-то влиянии. Просто когда в желтой прессе пишут про геев, то создают им гламурный образ – частая смена партнеров, богемные тусовки… Хотя по-настоящему поговорить с геями никто не пытался. Побеседовали бы и узнали, что они, как любые люди любой ориентации, мечтают о любви. Просто у них меньше возможностей ее встретить.Ризабек ИСАБЕКОВ, Павлодар

* * *

Лишь бы по согласию…

Когда мы готовили это интервью к печати, к нам на электронную почту пришло письмо. Страшное. Отчаянное…

Цитирую его полностью, только название вуза убрала, скажу лишь, что находится он в одном из областных центров страны.

“Не знаю, как дальше быть, что делать, не знаю, кто мне и как поможет!

Я – студент, параллельно обучаюсь на военной кафедре. Около четырех месяцев назад начальник военной кафедры принудил меня вступить с ним в интимные отношения. Он ведь начальник. Я пытался избегать, иногда не приходил на занятия, но он находил меня по телефону, грозился, кричал, орал, приказывал приходить на другой день и “отрабатывать” пропущенное. Может, после лета еще надо было бы что-то придумать, а недавно он мне сказал, что летом он будет меня вызывать на “отработки”. И если я не буду приходить, он выгонит меня с кафедры, ведь, по его словам, “он для меня царь и бог”.

Некоторые друзья стали как-то косо смотреть, да и дома постоянно докапываются, когда прихожу с военки. А как дальше быть?

Вокруг стена, последнее время появилась еще петля.

Если я вдруг покончу с собой, то записи, которые у меня есть, как начальник кафедры ко мне пристает, я отправлю вам и в Интернет.

Даже не знаю, как дальше жить, как помочь себе, быстрее избавиться от этого и забыть, ведь если кто-то узнает…”.

Тяжело даже представить, насколько безнадежной кажется парнишке ситуация. И дело, наверное, даже не в унижении изнасилования, а в этой самой боязни огласки. Именно этим и пользуется насильник в погонах. От этого все происходящее выглядит еще более омерзительным.

Единичный ли это случай? Боюсь, что нет. Несколько лет назад разгорелся было, но быстро потух скандал с одним из высокопоставленных чиновников, которого тоже вроде обвиняли в том, что он принуждает подчиненных к однополому сексу.

Главное тут, конечно, не сам однополый секс, а принуждение к нему. По большому счету, действительно не важно, как удовлетворяют свой основной инстинкт два взрослых человека, – если они делают это по взаимному согласию и к взаимному удовольствию.

Каждый имеет право шагать не в ногу и быть не таким, как большинство, – без разницы, в чем это выражается, в сексуальной ориентации, в музыкальных пристрастиях или в одежде. Лишь бы другим свои взгляды не навязывали!

Но точно так же, как есть воинствующие гомофобы, призывающие (в лучшем случае!) лечить гомосексуалистов в психушках или изолировать их от общества, существуют и воинствующие поклонники однополой любви, насильно “вербующие” в свои ряды. А насилие – хоть на словах, хоть на деле – отнюдь не способствует конструктивному диалогу.

И можно хихикать над этой темой, пересказывать друг другу “голубые” анекдоты и судачить об этом на форумах в Интернете. Но давайте признаем – проблема гомофобии уже давно гораздо глубже, чем мы можем себе представить.

…А что посоветовать несчастному парнишке, написавшему нам это отчаянное письмо, я даже не знаю. Может, читатели подскажут?Лариса УВАЛИЕВА, Алматы

Загрузка...