Опубликовано: 1115

Круговорот добра в природе

Круговорот добра в природе

Совершая добрые дела, люди изменяют мир к лучшему

Пять лет назад Лидия и Илдус Ахметовы открыли двери дома, в котором, как ни старайся, по-настоящему тепло не бывает никогда. Его называют детским, хотя нигде в другом месте вы не встретите таких взрослых глаз.

Ахметовы приехали сюда, принарядившись в лучшее, не для того, чтобы изменить свою жизнь – скорее, чтобы не менять. А еще раз прожить то, что уже было. Позади были долгие семейные советы, споры и обсуждения как вдвоем, так и с тремя взрослыми уже сыновьями. Ахметовы-старшие твердо решили взять на воспитание троих детей. Дескать, один раз вырастили, хватит нас и на второй заход.

Без права выбора

В рудненском детдоме им вывели весь подлежащий на тот момент усыновлению состав: восемь мелких дошколят. “Выбирайте!” – сказали воспитатели Ахметовым. Детей в курс не вводили, но детдомовские такие вещи нутром чувствуют. Стояли, сопели, исподтишка наблюдая за взрослыми, – кого они выберут? Особо смелые пытались завести разговор...

Короче говоря, с собой в село Аманкарагай Аулиекольского района Лидия и Илдус, которым тогда уже было под шестьдесят, увезли всех восьмерых. Ну как было выбирать? Не смогли – это же люди, не платья на вешалке.

Детей оформили на так называемое патронатное воспитание, которое предусматривает небольшую финансовую помощь государства.

Старое наследство

Пять лет назад восемь мордашек от года до семи светились счастьем. А их патронатные родители прикидывали, за что хвататься в первую очередь. У одного из малышей подозревали дебилизм – а откуда нормальному развитию взяться, если отроду ребенок рос как трава? У шестилетней Рады одна нога короче – пьяная мамаша в свое время на ногах не удержалась, упала на малышку. Сложный перелом, с таким и в больнице-то докторам обычно приходится основательно повозиться. А тут какие доктора – как срослось, так и срослось. В итоге, чем старше становилась девочка, тем сильнее ее кособочило – искалеченная нога отставала в росте. И пока неясно, дадут ли операции улучшение. Радик заикался так, что сомневались, сможет ли мальчишка нормально учиться. В детдоме объяснили: мамка напилась и оходила пацана поленом по голове.

Да чего там, у любого из восьмерых истории были одна другой страшнее. Все нуждались в лечении, реабилитации, дополнительных занятиях. Но больше всего – в любви.

Новый дом

Предполагались финансовые вложения, поскольку, как ни крути, а наша бесплатная медицинская помощь всегда оборачивается заметными расходами. Равно как и педагогическая.

Расходов Ахметовы в принципе не боялись. Дом у них чистый, ухоженный, укомплектованный всем необходимым, хозяйство справное. Старшие дети – люди успешные, помогают. Когда Ахметовы в одночасье стали многодетными, сыновья купили им “ГАЗель” (а на чем еще такую ораву возить?) и видеокамеру, чтобы все торжества на память оставались.

Но для многодетной семьи денег много не бывает. И хотя патронатным родителям государство выплачивает 10 минимальных расчетных показателей (на сегодня это чуть больше 10 тысяч тенге), их даже на обычные семейные расходы не хватает. А тут только Раду уже трижды прооперировали, летом предстоит четвертая операция на больной ноге. Операция бесплатная, но все остальное-то требует денег! Но ведь не зря они тратятся: хромота почти прошла, и девчонка вытянулась, красавица растет.

А всем курточки, дубленочки, джинсы и те же колготки? А обувь? А специальные занятия? Вон Радику до сих пор надо с логопедом заниматься, хотя успехи налицо, говорит уже неплохо и в школе хорошист.

Ахметовы вообще стараются, чтобы каждый из воспитанников мог индивидуально заниматься со специалистом. Интеллектуальное, творческое и нравственное развитие – это у Лидии Яковлевны просто пунктик. Она считает, что дети, которые так опоздали получить первые уроки, должны усиленно нагонять. Ребятня и нагоняет.

В доме у Ахметовых два шкафа набиты гуашью, тетрадями, альбомами, красками, кистями и прочими атрибутами счастливого детства.

“Ремня не держим”

В семье, где несколько детей, не каждый ребенок может похвастаться своими индивидуальными санками, велосипедом и игрушками, которые принадлежат ему лично. У Ахметовых все это есть у каждого. Излишняя роскошь, скажут многие. “Вовсе нет, – пожмут плечами Лидия и Илдус, – у них же с детства не было своего. А потому и чувство собственности повышенное. Делиться умеют еще не все – вполне могут подраться из-за взятого напрокат велика. Привыкнут иметь свое, потом начнут отдавать”.

Ребятня в доме Ахметовых имеет не только необходимые вещи, но и святые обязанности. Для мальчишек святое – помочь отцу управиться с немалым хозяйством, в котором лошади, свиньи, корова, бычок... Подворье солидное, но вот телку, например, планируется завести еще одну. Девчонки – на подхвате у мамы: убрать, помыть, помочь приготовить. Благо у кондитера пятого разряда есть чему поучиться. Она такие торты печет, что детвора аж пищит от восторга.

За проказы и шалости, которые, конечно же, случаются, мама может и в угол поставить, и сладкого лишить. Отец обычно обходится внушением, а ремня в доме вообще нет. “Муж подтяжки носит”, – смеется Лидия.

Работа над ошибками

За пять лет семья Ахметовых претерпела некоторые изменения. Двое из тех восьмерых больше не живут с ними. Тема эта для Лидии Яковлевны особенно болезненная. Тем более что в происшедшем она винит себя. Говорит, главный урок за истекшую пятилетку – не умение управлять многодетной семьей, как можно было ожидать, а наработанная аксиома: взял детей – не ищи их родственников.

Она наступала на эти грабли дважды. Сначала с девочкой, бабушку которой нашла лично. Считала, дети должны знать своих родственников, потому что это родная кровь, и заменить ее никто не может. Вторым, и относительно недавно, был Тимур. Его сестренок в детдоме она тоже нашла сама. Ее приемыши ушли вслед за “кровью”. Судьба обоих ее продолжает волновать, хотя никаких прав на них больше нет.

Но в семье появились новенькие – пятилетняя Айсулу и ее старший брат Бауыржан.

Русская плюс татарин равно...

Ахметовых в поселке все знают, причем не только из-за приемных детей. Их дом – самый заметный. Их дети – сытые, нарядные. Поглядишь и не скажешь, что еще недавно любой из них представлял собой наглядный образец семейного неблагополучия. Ахметовых односельчане уважают: живут красиво, работают много, от людей не прячутся. Что детей много – так этим в Аманкарагае никого не удивишь. А вот что у русской и татарина семеро шустрых и все как один казахи – это, конечно, народ интересует. С чего бы, мол?

“Нас у родителей четырнадцать было, – улыбается Лидия Яковлевна.– 1947 год, голод, сроду бы не выжили. Родители и увезли нас в Тургай. В поселке мы были единственной русской семьей. Нас очень тепло встретили, помогли кто чем мог. Мои старшие братья и сестры окончили казахскую школу. И я разговариваю свободно!”.

Илдус Хазиевич тоже из многодетной семьи. Был шестым ребенком. Отец сидел как враг народа, так что семья жила очень трудно. Илдус в пятом классе учился, когда впервые сахар увидел. Говорит, с тех пор все делает, чтобы его дети нужды не знали. Придет время – тем же озаботятся те, кого вырастили Ахметовы. Вот такой круговорот добра в природе получается.

Ольга КОЛОКОЛОВА, Костанай. Фото Зульфии Набиевой

Загрузка...