Опубликовано: 2360

Когда самолет – не роскошь…

Когда самолет – не роскошь…

Говорят, от судьбы не уйдешь. Говорят, в удел человеку дается только одна стихия. “Врут!” – парирует Дмитрий Кригоров. И своим собственным примером доказывает: не так уж они далеки – земля и небо. А летает он на самолете СВОЕГО производства!Представьте: родился человек “на земле” – в селе Ростовка Карагандинской области, в крестьянской семье. Окончил сельскохозяйственный институт, вернулся в родные края… Спустя годы

возглавил крестьянское хозяйство, снискав ему славу одного из лучших в области. Казалось бы, типичная история о человеке, живущем “на земле”. Но все, кто знаком с директором производственного кооператива им. Кирова, что в Бухаржырауском районе, Дмитрием Кригоровым, знают: на земле его никак не удержишь!

С высоты птичьего полета

В маленькой кабинке похожего на стрекозу самолета помещаются четыре человека – пилот, инструктор и два пассажира. Самолетик берет разбег на асфальтовой “взлетке” и мягко отрывается от земли. Украдкой бросаю взгляд на привязной ремень (хорошо ли пристегнулась?), достаю из сумки фотоаппарат и наконец заставляю себя посмотреть вниз. Боже, как красиво! Под нами проплывают ровно очерченные прямоугольники пашен, извилистые серебристые дорожки реки, кажущиеся игрушечными домики…

Инструктор и наставник Кригорова – бывший военный летчик Валерий Лазоренко – протягивает мне наушники. В них – спокойный голос Дмитрия Антоновича:

– Освоились? Посмотрите налево – там туча. Видите? Там дождь идет. Хотите ближе посмотреть? Да? Тогда поворачиваем… Я словно завороженная смотрю туда, куда мне показал пилот Кригоров. Через все небо, словно огромная перевернутая улыбка, сияет радуга. Так хочется остановить мгновение, удержать эту красоту!

– Посмотрите – это у нас картофельные поля, – в голосе Кригорова слышится гордость. – Сейчас полетим посмотрим на зерновые. Потом плотины вам покажу.

Показывая свои владения, “летающий” директор, словно настоящий гид, перемежает серьезные комментарии забавными подробностями:

– Смотрите: наши дождевальные машины. А сейчас пролетим над домом бригадира, который сидит слева от вас. Посмотрим, что его жена делает. Мы сейчас летим на высоте примерно 50 метров, время полета – 20 минут. Хорошо летим…

Я вдруг ловлю себя на том, что мне не страшно. Страх растворился, уступив место искреннему восторгу! Словно услышав мои мысли, Кригоров оборачивается с улыбкой:

– Во-о-о-от! Так и я – после рабочего дня поднимусь в небо, и всю усталость, весь негатив как рукой снимает.

Первым делом – самолеты!

После полета мы сидим прямо в поле, разговариваем. Все вокруг кажется удивительным – запах омытой дождем степи, вкус свежего меда, кролик и коза, игриво прыгающие вокруг нас… Самолет, сделанный руками крестьянина, кажется мне почти живым существом.

– С восьми до шести я на работе, а с восьми вечера и до ночи – в гараже, – смеется Дмитрий Антонович. – Самолет делаю.

 – А как же семья?

– У меня замечательная семья: жена, две дочки и две внучки! Они понимают, что по-другому я жить просто не смогу.

– Как вас, потомственного земледельца, вдруг поманило небо?

– Сколько помню себя, всегда хотел летать. Мечтал даже поступать в авиационный, но отец сказал: иди в сельхоз­институт. Думал завалить экзамены в сельхоз и пойти в авиационный. Но сдал все экзамены и прошел. Выучился, вернулся в родные края. А мечта летать как была со мной, так и осталась. Сначала делали самодельные машины с авиационными моторами – аэросани. Запчасти брали со списанных самолетов. Я на этих санях изъездил всю Карагандинскую область. А в 1987-м узнал, что в Москве пройдет слет конструкторов летательных аппаратов. И я на пять дней полетел! Там было представлено 97 аппаратов со всего Советского Союза. Я вокруг них ползал, смотрел, считал. Приехал домой и за полгода сделал свой первый самолет.

– Ого! Но ведь сделать самолет и научиться им управлять – не одно и то же.

– Друзья помогли, – смеется директор. – Когда разогнали Карагандинский аэропорт, летчики, летавшие на Ан-2, приезжали ко мне, чтобы полетать. Потому что летать им было не на чем. Они и меня натаскивали. Почувствовали, как мы сели? Во-о-от… Это заслуга моих инструкторов! Сейчас у меня в мыслях еще один самолет! Прикидываю, как его лучше сделать. Если человек перестанет мыслить, он перестанет жить.

Диван – враг мужика

По признанию Дмитрия Антоновича, самолет он построил для души. Но это хобби и для дела пригодилось. “Мои все уже знают, что за ними постоянное наблюдение с воздуха, и стараются работать хорошо”, – смеется Кригоров. Работать хорошо – его основополагающий принцип. Чем бы ни занимался, должен дойти до самой сути:

– Вот смотрите: наше хозяйство специализируется на выращивании зерновых культур и картофеля. Если на зерно в этом году нет урожая, то спасает картофель. И наоборот. Мы за все годы ни одного кредита не взяли – своих денег хватает. Потому что расчет верный.

На государство Дмитрий Кригоров не надеется. Он привык анализировать и планировать, опираясь на собственные опыт и знания. Сейчас общая площадь земель крестьянского кооператива – 31 тысяча гектаров, из них посевные – 24 тысячи гектаров.

– Человек, который летает, видит все в трех плоскостях, – объясняет свои достижения Дмитрий Антонович. – Любую ситуацию я вижу в трехмерном пространстве. И сидеть без дела не могу. Прийти с работы и лечь на диван – как это?! Как человек к дивану приклеится – пропал! Диван для мужика – враг!

Наверное, счастливый человек отличается тем, что все вокруг заражает частицами своего счастья. А Дмитрий Кригоров – по-настоящему счастливый человек: “Я мог бы иметь больше, но зачем? Живу по потребностям. Если человек берет больше своих потребностей, то он захлебнется.  Я не хочу захлебнуться, я хочу жить”.

Амина ЮСУПОВА, Караганда

Загрузка...