Опубликовано: 3790

Как закалялась "Живая сталь"

Как закалялась "Живая сталь"

Он мог испортить проект, а мог совершить феноменальный прыжок в сознание зрителей. “Живая сталь” – фильм, после которого режиссера Шона Леви запомнят надолго. Корреспонденту “Каравана” удалось познакомиться и пообщаться с “отцом” всех роботов-боксеров в сентябре, на премьере картины в Москве.Шон Леви начинал как заправский сериальный режиссер. Потом были удачные комедийные фильмы вроде обеих частей “Ночи в музее”,

“Молодожены”, “Оптом дешевле”, “Розовая пантера”. С 2011 по 2014 год в почти двух десятках кинопроектов под грифом “в развитии” значится имя Шона Леви. С ним хотят работать и работают голливудские бонзы – Стивен Спилберг и Джеймс Кэмерон.

Полюбите Атома

– Вас продюсирует Стивен Спилберг, сколько он вложил в создание фильма “Живая сталь”?

– Самая большая роль, которую сыграл Спилберг, это когда он позвонил мне и мы встретились. Я очень четко понимал, что, если возьмусь за картину о роботах, это будет очень человечный фильм, трогательный. Он защищал и поддерживал мои планы на протяжении полутора лет. Пока переписывался сценарий, моделировались роботы, я все время делился со Стивеном своей работой. Он давал хорошие советы, но позволял творить самостоятельно. Это своего рода наставничество. Когда мы только встретились, он сказал: “Шон, все будут говорить тебе сделать робота по технологии CGI (изображения, сгенерированные компьютером), потому что все так делают. Но в “Парке юрского периода”, прежде чем работать с CGI, мы создали настоящего динозавра. Это разные вещи. Даже если ты не можешь сделать всех роботов CGI, не делай, построй настоящего робота”. В итоге мы сделали восемь настоящих роботов на пульте управления. Это полностью изменило фильм!

– Какой ваш самый выстраданный и любимый робот?

– Самый любимый робот – это Метро. Он смешно выглядит, у него вместо кулака молоток, и сам он – как дребезжащий перфоратор. Он очень неуклюжий и безобразный из-за этого кулака. Но если бы я покупал игрушку, то выбрал бы его! Что касается сложности дизайна, то самый выстраданный робот – это, безусловно, Атом. Он единственный робот, у которого нет лица. Это парадоксально – он ведь герой фильма, а у него нет лица. Все, что вы видите, – это его глаза, их свет. Роберт Земекис (режиссер “Форреста Гампа”) пришел в мой офис и, когда я показал ему дизайн Атома, сказал, что “отсутствие лица заставляет нас проецировать все наши эмоции на него”. Люди так эмоционально реагируют на Атома, словно они любят этого робота. Хотя он и без лица. Это решение было большим риском, который мы взяли на себя. И получили большой выигрыш.

Комедии – залог успеха

– Какой киножанр вы бы еще хотели освоить?

– Я всегда смотрю на карьеру Рона Ховарда, она для меня – образец, который вдохновляет. Он начинал с картин “Всплеск” и “Ночная смена”, а теперь делает “Фрост против Никсона” и “Код да Винчи”. Я хотел бы попробовать другие жанры, но, уверен, буду возвращаться к комедии, как к наиболее любимому, легкому и успешному для меня жанру. Хотелось бы сделать чистую драму – вроде “Умницы Уилла Хантинга”. Еще хотелось бы создать характерного героя, как в “Джерри Магуайере”, или малобюджетный фильм типа “Маленькой мисс Счастье”. Все фильмы должны быть эмоциональными, человечными.

– У вас ведь есть актерский диплом – какую роль хотели бы сыграть в собственном фильме?

– Два года назад сценаристка Тина Фей попросила сыграть в сериале “Студия 30” и написала роль для меня. Я сыграл такого наглого, прилизанного телевизионного продюсера. Это было смешно смотреть, но не смешно делать. Я забыл, как играть, – все-таки десять лет этого не делал. Всякий раз, когда режиссер говорил “Снято!”, я спрашивал: “Хорош ли я? Или это отстой?”. Те съемки стали хорошим “напоминателем”. Я обожаю играть, но у меня всегда были те 10 процентов смущения, чувства неловкости и застенчивости. Они не позволяли по-настоящему наслаждаться актерством. Я всегда наблюдаю за собой – вот почему я режиссер, а не актер.

В будущем – четыре свадьбы!

– Правда, что вы планируете еще один фильм с Хью Джекманом?

– Я надеюсь. Но это еще не совсем точно. “Живая сталь” – одна из лучших наших совместных работ. Когда я нахожу актера, который мне нравится, то стараюсь поработать с ним еще раз. У меня было два фильма с Беном Стиллером, два – со Стивом Мартином.

– А что скажете насчет вашего участия в проекте “Как говорить с девочками”, по книге девятилетнего ребенка-писателя?

– Если вы посмотрите мою страничку на imdb (Сетевая кинобаза), то я там имею отношение к 18 будущим фильмам. Какого фига? Я уже давно должен быть мертвым! Что было бы неплохо, учитывая, что у меня четыре дочки, а это значит – четыре свадьбы в будущем! Ну так вот… Этот фильм тоже об отношениях между взрослым мужчиной и ребенком. Вы видели комедийную мелодраму с Хью Грантом “Мой мальчик”? Они похожи. Проект уже скоро запускается, но не уверен, что я в нем буду режиссером.

– А какой проект лично с вашим участием будет железно?

– Я буду работать с Джеймсом Кэмероном в фильме “Фантастическое путешествие”. Также принимаю во внимание проект о Франкенштейне. Это фантастический сценарий, об отношениях между Виктором Франкенштейном и Игорем (помощник доктора Франкенштейна). Это драма о дружбе, предательстве, искуплении. Она чем-то похожа на “Живую сталь”…

Это вам не побоище!

“Живая сталь” – один из самых ожидаемых фильмов этой осени. Как уверяет режиссер, он не хотел делать из фильма “побоище” или вторых “Трансформеров”.

В основе лежит трагедия “живых человеческих сердец”. Фильм поставлен на основе рассказа культового писателя Ричарда Матесона “Стальной человек”. Актеры были подобраны идеально! Например, маленький Дакота Гойо, сыгравший Макса, явно переиграл всех взрослых коллег и роботов. Талантливого мальчишку нашли в Канаде, неподалеку от Торонто.

Отец Макса – Чарли (в исполнении Хью Джекмана) – увлекается “стальными боями”. Неожиданно в его жизни появляется сын, которого он никогда не воспитывал. Ветреный Чарли скупает роботов, а затем выставляет их на боксерских поединках. Отношения между Чарли и Максом не бог весть какие. Отец – не авторитет для сына, сын – не дорог для отца. Однако сталь оттого и живая, что оживляет эти закостенелые семейные узы. Когда в команде Чарли и Макса появляется робот Атом (в переводе с греческого – “неделимый”), жизнь двух этих людей обретает общую веру. Как сказал один из продюсеров фильма, “в “Живой стали” каждый найдет что-то свое. Мужчинам понравится бокс, детям – роботы, дамам – Хью Джекман”.

В Казахстане фильм вышел в прокат на этой неделе – в четверг, 6 октября.

Москва – Алматы 

Загрузка...