Как казахстанские журналисты “воевали” в “горячих точках”

День первый. Мы, группа алматинских журналистов, грузимся в военный самолет С-295 и отправляемся на семинар, организованный департаментом СМИ министерства обороны. Через два часа приземляемся в Караганде, дальше следуем в город Спасск, что в 30 километрах от областного центра. Только мы прибыли на полигон, как наша веселая компания испытала настоящий шок: в автобус ворвались вооруженные люди в масках и открыли стрельбу. Нас силой вытолкали из машины, заставили лечь на землю, в хаосе смешались выстрелы, крики журналистов, громкие команды нападавших. Затем, построив в цепочку, погнали – кого гуськом, кого на коленях, а кого и ползком. Перед каким-то зданием нападавшие сняли маски, убрали стволы и громкими аплодисментами, и теплыми словами… поздравили нас с прибытием на семинар. Вот так с первых минут мы на себе испытали опасность работы журналиста в ЗВК: инструкторы, бойцы спецназа минобороны, добились своей цели – по-военному оперативно ввели нас в соответствующую атмосферу.

Второй день начался в 7 утра с обязательной утренней физзарядки – три километра бега. После завтрака – лекции.

– Практика без теории, как и теория без практики, – неполноценная подготовка, – рассказывает офицер спецназа, один из разработчиков “Военного дискурса” Руслан. – Если журналист не знает, как работать в ЗВК, его жизнь и жизнь коллег может оказаться в опасности. А сохранение жизни – это самое главное.

Руслан рассказал, что журналист в ЗВК имеет статус гражданского лица, должен освещать события без предпочтений к какой-либо стороне конфликта. Он – нейтралитет. В таком статусе он попадает под защиту Женевской конвенции. Однако если он нарушит одно из четырех условий, то автоматически выходит из-под защиты конвенции: первое условие – не держать в руках оружие, не иметь на себе военную одежду, не получать подарки (не быть кому-то обязанным. – Прим. ред.) и не находиться на военных объектах.

Командир подразделения спецназа Рустам рассказал, что перед отправкой в ЗВК журналисту необходимо изучить положения международного гуманитарного права, аккредитоваться в международных организациях. Также необходимо изучить местность, обычаи, расположение дипломатических и государственных объектов в ЗВК. Обязательно иметь рюкзак, в котором должны быть аптечка, запасная одежда, сухпай, средства индивидуальной защиты и связи, валюта страны пребывания и деньги в твердой валюте. Это помимо видеокамеры, фотоаппарата, диктофона и соответствующих аксессуаров.

На занятиях по медицине обучали, как остановить кровотечение, эвакуировать раненого, оказать помощь получившему контузию и переломы, а по военной топографии – как работать с картами и ориентироваться на местности.

Инструкторы рассказали о ныне существующих так называемых гибридных войнах, которые включают в себя обычные открытые военные конфликты, дипломатические, экономические, партизанские, гражданские, информационные и кибернетические войны. Учитывая профессию обучаемых, лекторы подробнее остановились на информационных войнах.

– Надо уметь высчитать индекс агрессивности публикаций на какую-либо резонансную тему, уметь сделать анализ контента и целевой аудитории публикаций, рассчитать коэффициент вероятности угроз, последующих после публикации каких-либо волнующих общество событий, – рассказывает Руслан.

На этой лекции все журналисты получили практические задания на вычисление этих параметров и по предоставленным формулам рассчитали, а затем защитили свои выводы. Инструкторы, к слову, похвалили всех.

Послеобеденные лекции прервались из-за новостей от разведчиков: “террористы” захватили заложников в расположенном неподалеку населенном пункте. Нам разрешили принять участие в операции по освобождению людей и уничтожению “террористов” в качестве военных репортеров. Мы надеваем бронежилеты весом около 10 килограммов, каски и на БМП и танке приближаемся к поселку. За 300 метров спешиваемся и, прячась за броней боевых машин, следуем в сторону разрушенного здания.

После остановки техники одна группа бойцов спецназа пошла штурмом на здание, а наша заняла позицию на расстоянии 30–40 метров от него:

– У нас есть портативные переговорные рации, мы всегда на связи и действуем сообща, – рассказывает спецназовец в маске, за которым мы шли. – Сейчас наша группа оказывает поддержку первой группе: если кто-то из террористов выскочит из здания с другой стороны, мы его заметим. А если их сообщники прибудут к ним на помощь извне, отразим их атаку.

Бойцы первой группы сработали отлично – три заложника были освобождены, двое террористов уничтожены, один взят в плен.

После операции инструкторы показали различные виды противопехотных мин, рассказали о характеристиках и как не подорваться на них. Кстати, они развеяли киношный миф, что если наступить на мину и не двигаться, то можно спастись: после надавливания на любую противопехотную мину она тут же взрывается.

Третий день оказался самым тяжелым. Поступили разведданные: “противник” движется к нам.

Отразить нападение не получится, поэтому командир Рустам принимает решение покинуть территорию и в поле дождаться прибытия основных сил. КамАЗы, на которых мы выехали, подорвались на минах, и нам пришлось идти пешком. По рации командиру дали координаты нахождения основных сил, и он повел туда нас колонной, предварительно выставив головной и тыловой дозоры. Идем в темноте, практически вслепую, за плечами тяжелые рюкзаки, местность каменистая и неровная – не знаешь, где ямы, а где густые кусты, то поднимаемся в гору, то идем на спуск. Нельзя разговаривать, включать фонари и курить. Чуть позже по рации сообщили координаты выброски авиацией продовольствия – в радиусе 50 метров от отдельно стоящего здания примерно в пяти километрах от нас. Через час видим в темноте силуэт здания. Выстроившись в цепочку, начинаем поиски. В 30 метрах от него в кустах обнаруживаем консервы, хлеб и воду.

Дальше узнаем, что пятеро наших коллег бесследно исчезли: неосторожно удалившись от основной группы во время передвижения и поиска продуктов, они были похищены разведчиками противника. Теперь надо успеть к точке, где нас ждет автотранспорт. Но, увы, к назначенному времени не успеваем, и машины уезжают. А это значит, что нам надо добраться вовремя до следующей точки – еще 7 километров. Позже мы все-таки садимся в КамАЗы и следуем в район, где террористы удерживают наших коллег: четверых журналистов связали, надели на головы мешки. Одного раздели и, окуная головой в ведро, выбивают из него информацию. Бойцам спецназа минобороны понадобилось всего несколько секунд, чтобы провести спецоперацию – все террористы были уничтожены, а заложники освобождены.

После боя, сидя у костра, на котором мы разогрели консервы, ели хлеб и пили чай, инструкторы признались, что периодически проверяли нас на стрессоустойчивость: случай с уехавшими прямо перед носом машинами был одним из элементов психологической проверки.

– Я рад, что никто не жаловался во время этого марша и не пожалел, что приехал на этот семинар, – сказал командир Рустам.

СПАССК – АЛМАТЫ