Опубликовано: 895

Изготовитель хитов

Изготовитель хитов

Один из именитых европейских продюсеров Патрик Пульсингер (Patrick Pulsinger) учил уму-разуму алматинскую творческую молодежь. В перерыве между мастер-классом и ударным выступлением в ночном клубе он дал единственное в Казахстане интервью нашему изданию.

Это вам не Марлен Карабас!

Чтобы не возникло неясностей, нужно сказать, что Патрик Пульсингер – не продюсер типа россиянина Иосифа Пригожина или казахстанца Марлена Карабаса, которые в большей степени занимаются административными вопросами и поиском денег для своих подопечных. В сфере электронной и клубной музыки продюсерами называют людей, которые эту музыку создают. Звание композитора для них – слишком громкое, а продюсер (то есть изготовитель) – самое оно.

Основатель известного австрийского лейбла Cheap records, авторитетный и неординарный Патрик Пульсингер прибыл в Алматы с просветительской миссией. Он рассказал алматинцам об уникальном проекте “Red Bull Music Academy”, который собирает талантливую молодежь со всего мира. Начинающие продюсеры, диджеи, инструменталисты и вокалисты учатся, как создавать все самое актуальное и непопсовое на этих двухнедельных курсах по повышению мастерства.

Путешествуя из года в год по мировым тусовочным столицам, ближайшей осенью “Музыкальная академия” остановится в Барселоне. Приятно отметить, что в число ее нынешних

60 слушателей вошла техно-диджей из Алматы Ольга Бохан. Это уже второй участник от нашей страны. В 2004 году казахстанским пионером стал известный диджей Рустам Оспанов.

На своем алматинском мини-мастер-классе, на модный манер названном инфо-сессией, Патрик Пульсингер ставил собственные треки и отвечал на вопросы “учащихся”. Австрийский гость произвел впечатление на продвинутую молодежь нашего города. Парни дарили ему диски со своими записями, а девушки называли Патрика не иначе, как “душка”.

Австрийская фишка: из парикмахеров – в продюсеры

– Патрик, общаясь с нашими музыкантами, ты успел что-то понять о них?

– Вопросы, которые мне задавали, очень схожи с теми, что задают в любых других местах. Поэтому я делаю вывод, что люди сталкиваются с одними и теми же проблемами во всем мире. Кроме того, несколько человек подарили мне свои записи, которые я обязательно послушаю при случае.

– Ты, я слышал, прежде чем писать музыку, был парикмахером. И даже работал в том же салоне, что и Питер Крудер (Peter Kruder – участник известного австрийского электронного дуэта Kruder & Dorfmeister. – Прим. ред.) Это так популярно у ваших парикмахеров – переквалифицироваться в продюсеры?

– Думаю, да (смеется). Во всяком случае, это так выглядит. Когда-то мы действительно работали вместе с Питером Крудером, но особо не общались. Только когда каждый из нас стал всерьез заниматься музыкой, то и познакомились поближе. Причем в том же салоне работал еще один парень, который стал впоследствии известным музыкантом. Это Родни Хантер (Rodney Hunter). На самом деле, многие парикмахеры в Вене в начале 90-х годов помимо своей основной работы параллельно занимались записью музыки и диджеингом. И в конечном итоге они уходили из салонов, когда понимали, что деньги от музыки перевешивали их заработки как парикмахеров.

После Моцарта хоть “Буль-буль”

– Интересно, какой музыкальной жизнью живет сейчас Австрия? Мы знаем классических композиторов – Моцарта, Штрауса, Малера. Из современных музыкантов можно вспомнить эйсид-джазовую команду “Count Basic”. А кто еще?

– В Австрии своих последователей имеют самые разные стили. Если говорить об электронике, то в Вене хорошая драм-н-бейс-сцена. Любят там даб-степ, техно, электро. И, может быть, поэтому я в последнее время очень плотно работаю с различными группами, которые приходят ко мне и просят спродюсировать их пластинку. В большинстве случаев это очень хорошие музыканты, которые классно играют, у них много хороших идей, но им не хватает технических знаний и оборудования. И я им в этом помогаю.

Если тебя интересуют названия, то одна из самых успешных на сегодняшний день австрийских групп называется “Буль-буль”. Они играют рок с небольшим вкраплением электроники. Недавно ребята записали альбом в Германии.

Знаешь, в Вене очень хорошая джазовая сцена. “Count Basic”, которых ты назвал, были очень популярны в 90-х годах. Сейчас им на смену приходит много молодых музыкантов. Работая в Вене, я обнаружил для себя один положительный момент. Туда приезжает учиться музыке большое количество студентов из разных стран. Как правило, у них денег немного. И когда мне нужно записать какую-то вещь, то я всегда могу найти среди них очень хороших исполнителей.

– То есть ты интересуешься не только электронным звуком, но и живой музыкой?

– Меня больше всего интересует звук вообще. И если честно, то дома я мало слушаю электронную музыку. Создавая свою музыку, я беру из каждого жанра по маленькому кусочку, который мне нравится. Самое важное и интересное я стараюсь трансформировать в те композиции, которые сочиняю.

Родом из спальни

– Правда, что первые свои треки ты делал в спальне?

– Да, правда. Это была очень маленькая комнатка, в которой у меня даже не было возможности слушать музыку и включать колонки, поскольку соседи сразу начинали жаловаться. И потому первые свои треки я писал используя наушники. Тогда мы с другом пользовались одним сэмплером Akai на двоих. Еще у меня был компьютер Atari и очень маленькая драм-машина Korg.

– Сейчас, надо полагать, у тебя с "железом" нет проблем: мощные компьютеры, все дела…

– Насколько это вообще возможно, я стараюсь не использовать компьютеры. Прежде всего, я создаю музыку на своем оборудовании и вручную записываю большую часть материала, не полагаясь на компьютерные секвенсоры. Допустим, для записи живых инструментов у меня есть 16-дорожечный пленочный магнитофон. Я считаю, что использование компьютера при производстве музыки делает ее очень однотипной. У меня, конечно, есть “Макинтош”, куда я скидываю окончательные результаты работы и свожу все в нем.

– Расскажи о создании твоего лейбла Cheap records. Для чего он создавался?

– До того как создать собственный лейбл, мы с моим другом рассылали свои демо-записи в самые разные места. Но никто нам никогда не отвечал. Кроме того, у нас были друзья, которые писали великолепную музыку. Но и у них не было возможности ее выпускать. Вот так появилась идея создать свой лейбл, где бы мы сами решали, кого издавать. Но с 2003 года я перестал быть активным членом этого лейбла. Им сейчас занимается мой друг. А я больше времени посвящаю собственным проектам.

– А название Cheap (с англ. – дешевый) records говорит ли о его сути? У вас так дешево было записываться?

– Когда мы создавали лейбл, денег у нас особо не было. И мы услышали, что существует какая-то технология перепечатки винила. То есть на пластинке со старыми треками можно было сделать оттиск с новой музыкой. И в тот момент, когда мы уже были готовы этим заняться, компания, осуществлявшая техническое обеспечение, обанкротилась. Вот так фирма исчезла, а имя осталось.

Артем КРЫЛОВ, Руслан ПРЯНИКОВ (фото)

Загрузка...