Опубликовано: 1237

Иран, которого мы не знаем

Иран, которого мы не знаем

Об особенностях иранской международной политики, об имидже страны и “плохом” паспорте, а также о взаимоотношениях с Казахстаном – в эксклюзивном интервью “Каравану” рассказал президент Американо-Иранского совета, профессор, политолог Хушан АМИРХАМИДИ.

Ревность западных СМИ

– В западных СМИ сложился стереотип, что Иран – это своеобразная ось зла. Но есть и противоположная точка зрения: некоторые утверждают, что Иран – символ свободы в современном мире, вы согласитесь с этим?

– Нет. Потому что это очевидное преувеличение. Я думаю, для региона Иран это не то, как США или западные страны пытаются его представить. Не “королева демократии” и не “символ диктаторства”. Так что оба взгляда неверны.

– Не могу не спросить: недавно в западных СМИ была опубликована “утка” о том, что Казахстан якобы планирует продать Ирану свыше 1300 тонн урана...

– Это нонсенс! Казахстан был первой державой, которая отказалась от ядерного потенциала, ваша страна очень миролюбива. Казахстан был лидером движения нераспространения. Многим странам есть еще чему у вас поучиться. Так что это полный абсурд! Причина, по которой западные СМИ сделали такой шаг, в том, что они… как бы это сказать… пускают пыль в глаза. Если Иран и Казахстан дружат и близки друг другу, почему бы не привнести неприятных впечатлений? Это ревнивое отношение западных СМИ к нашей стране.

– Почему столь пристальное внимание к Ирану во всем мире? Дело только в ядерной программе или в чем-то еще?

– Дело, конечно, не только в этом. В Иране была исламская революция. Это чуть ли не единственное теократическое государство в мире. Американцы не научились жить в мире со странами, где была революция. Доказательство тому – Куба, с которой американцы за 50 лет не смогли выстроить нормальных отношений. Они не могли создать отношений с СССР, пока тот не разрушился. С Китаем у них чисто товарные отношения. Второе: американцы не могут смириться с идеалами политического ислама. К сожалению, они не понимают, что такое политический ислам. Между исламом Бен Ладена и исламом Ирана они выбрали первое. И это их ошибка. Ведь ислам – это реальность, публичность ислама – тоже реальность. По всему миру 1,3 миллиарда мусульман, их число растет даже в США. Если бы я был американцем, то предпочел бы ислам, который представляет Иран, а не Бен Ладен.

Но, к сожалению, ислам – это не основной вопрос. В отношения между США и Ираном каждый пытается привнести грязь: Европа, арабский мир, Россия, Израиль, Китай. Две страны пытаются очиститься от этой грязи самостоятельно. Но это не помогает. В этих отношениях есть два проигравших – это Иран и США, все остальные – победители. Знаете, что говорят русские? “Иран борется со Штатами, чтобы представлять ислам в мире”… Стоп! Это не то, что мы делаем. Отношениям между Ираном и Западом 250 лет, верите ли, но первое время они были замечательные, они устраивали Иран. Только за последние 50 лет они пришли в не очень хорошее состояние.

Иранцы тоже ходят на вечеринки

– Чувствуют ли иранцы на себе влияние имиджа “плохой страны”, созданного в западной прессе?

– Они ненавидят этот имидж. Потому что знают – это неправильный имидж. Западные СМИ делают иранцев террористами. А иранцы – не террористы. 75 процентов иранцев хотят улучшения отношений со Штатами. Более того, в глобальном смысле мы хотели бы развить хорошие отношения с международным сообществом, жить в мире и гармонии, как все. Конечно, иранцы недовольны, что их имидж во всем мире такой мрачный. Они действительно страдают от этого. Особенно когда путешествуют. Вы знаете, что иранский паспорт – это проблемный паспорт? Почему так? Почему мой паспорт недостаточно хорош? Это очень неприятные чувства, которые испытывает вся нация.

У нас есть немало проблем в экономике, политике, международных связях. В течение 30 лет мы находимся в очень жесткой ситуации. Западные масс-медиа и силы якобы направлены не против иранского народа, а против иранского правительства. Это полный абсурд! Правительство – всего несколько человек, при чем тут остальной народ? Но их санкции вредят людям, а не правительству.

– У нас очень мало информации о том, как живут обычные иранцы, чем занимаются в свободное время, о чем мечтают?

– Иранцы, как и граждане других стран, ходят на вечеринки, в рестораны, в спа-салоны, гуляют по магазинам, ездят на машинах, носят красивую одежду. Они веселятся. Я серьезно. Но в то же время бедные люди есть повсюду, даже в самой Америке. Но в отличие от них у нас нет бездомных, у нас никто не голодает!

Мир делится на друзей, врагов и сомнительных

– Какая выгода простым иранцам от ядерного потенциала страны?

– Это вопрос прав. Я не могу указывать, что вам, к примеру, нельзя носить это черное платье. Это не мое дело. О’кей, я сам могу отдать вам мои права, но забрать их без моей воли вы не можете.

Второе – это вопрос интересов. Иран – сосед тех, кого бомбили, и вокруг много других врагов. Вот у Казахстана нет врагов, все в друзьях. Но у Ирана все враги – арабы, Израиль, Европа, США. Если бы вы жили в перманентной вражеской ситуации, чтобы вы сделали? Иранцы заинтересованы в своей безопасности. В течение ирано-иракской войны все помогали Саддаму Хусейну бомбить Иран, применять химическое оружие. Иранцы, мол, плохие ребята, их защищать не нужно. Что же в итоге вышло? И Хусейн оказался плохим…

У Ирана есть опыт в том, что называется двойными стандартами международной политики. Все страны развивают ядерные технологии – американцы, европейцы, даже страны Карибского бассейна. Почему Иран не может этого делать?

– Почему бы Ирану не скооперироваться с арабскими странами, чтобы вместе работать, вы ведь живете в одном регионе?

– Для всего региона хорошо бы работать вместе, нас объединяет географическое расположение. Но внешние силы не позволят этому случиться. Кроме того, у нас много внутренних проблем: иранцы – шииты, арабы – сунниты. Иран предполагал, что станет членом GCC (Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива). Почему нет, ведь Иран – тоже страна Персидского залива. Но сейчас в GCC только арабские страны. Знаете почему? Потому что этот совет создала еще администрация Рейгана, а не арабы. Для баланса. Идея GCC не в том, чтобы нести сотрудничество между арабами и США, а чтобы противостоять Ирану. И вот что еще любопытно: ислам – не исконно иранская религия.

Когда-то арабы вторглись в Иран и принесли с собой ислам. Я сам мусульманин, но говорю, что ислам – это не иранское, это арабское. Иран порицают за то, что принадлежит всему миру!

– Вы сказали, что у вашей страны – одни враги. Но хочет ли сам Иран заводить друзей?

– В иранском сознании есть разделение на три категории: друзья, враги и так называемые сомнительные. Казахстан – друг, Россия, Китай – сомнительные, Америка – враг, европейцы – враги, которые сейчас переходят в категорию сомнительных. Это реальность иранской международной политики. Хорошо, когда нет врагов. Иногда враги становятся друзьями, и наоборот. Если и мой, и твой интерес работают совместно – ты становишься другом.

Фото Руслана ПРЯНИКОВА и Тахира САСЫКОВА

Марина ХЕГАЙ

Загрузка...