Опубликовано: 2537

Городской “трек” с Денисом Прашкевичем

Городской “трек” с Денисом Прашкевичем

Один из самых популярных диджеев Алматы Денис ПРАШКЕВИЧ откликнулся на предложение “Каравана” сделать веселый и модный “трек”, используя звуки города. Мы прошлись по музыкальным местам мегаполиса, порассуждали о том, как изменились дискотеки за последние 10 лет, и узнали некоторые личные тайны диджея.Там, где зажигали наши

деды…

Начали мы наш музыкальный тур по Алматы с исторического места, которое любят и алматинцы, и приезжие – с Центрального парка культуры и отдыха. Здесь на танцах зажигали наши дедушки и бабушки не хуже нынешнего поколения. В центре парка стоят деревянная сцена, лавочки, на одну из них мы и присели поговорить о прошлом. Немногие знают, что модный диджей Денис Прашкевич – не алматинец:

– Диджейством занимаюсь уже много лет, просто люблю это. Я мечтал об этом еще в ранней юности. Я сам из Новосибирска. В раннем возрасте переехал в Павлодар. В 16 лет занялся диджейством. С мамой мне повезло, она меня поддержала в этом намерении. А когда мне начала мешать учеба в моем любимом деле, я ее бросил. Сначала пошел в клуб работать официантом. Но через месяц я уже был в диджейке. У меня есть музыкальное образование по классу фортепиано. Мне было 18 лет, когда я решил поехать в Алматы, и первым моим местом работы здесь стал… летний детский лагерь. Задержался я там ненадолго, ведь работа сезонная. Но в город уже влюбился. Было тяжело, посещали мысли о возвращении. Однако я остался. Алматы – особый город, здесь хорошая энергетика. Сначала начал работать в мелких клубах, потом брался за разные проекты. Сейчас я уже считаю себя местным, ведь столько лет прошло. Было всякое –  и ошибки, и победы.

– Как изменились клубы за последние годы? В 90-х это были не самые безопасные места...

– В 90-х в клубах были и криминал, и наркотики. Были времена, когда диджей сидел в закрытой диджейке с глазком и туда порой врывались лихие парни с требованием поставить их любимую музыку. Сейчас диджей стоит среди людей – все открыто, спокойно. В клубы сейчас ходят перспективные молодые ребята, с хорошей работой, потому что те, у кого нет доходов, вряд ли могут позволить себе это.

Немного о личном

Рядом с нами около старой деревянной сцены шумно – свадьба. Кто-то горланит песни, другие на подтанцовке. И мы решили спросить у Дениса о личном – есть ли у него вторая половинка и на что могут надеяться поклонницы.

– Поклонниц становится больше, мне это нравится, – говорит Прашкевич. – Сейчас мое сердце свободно. Я очень много работаю, и остается не так много времени для личной жизни. По этой самой причине закончились мои прошлые отношения.

Под звуки домбры

Мы отправляемся в следующее историческое “музыкальное место” города – в Музей национальных инструментов. Оказывается, Денис, несмотря на то что рядом находится клуб, где он часто играл, здесь не был ни разу. Но национальные инструменты взяли за душу:

– К сожалению, я никогда не был в этом музее, но здесь действительно волшебно. Настоящая магия звука, старые забытые инструменты. У каждого своя история. У меня мама – казашка, и национальная музыка вызывает особые чувства. Из национальных инструментов больше всего люблю домбру. Казахская народная музыка – очень красивая, я вообще люблю восточную музыку, поэтому часто ищу треки с такими мотивами. Бывало, что играл чисто казахскую музыку на мероприятиях. В планах – весьма креативная идея сделать ремиксы на одного популярного казахского певца. И новые хиты местных исполнителей – очень даже неплохие…

Выступать на улице – это классно!

Нашим третьим “аккордом” стали звуки алматинского Арбата. Место – легендарное. Долгие годы это была бесплатная сцена для уличных музыкантов. Здесь показывали свои таланты брейкеры, местные певцы исполняли Цоя, и поражал прохожих человек-оркестр, играя на десятке инструментов. Прашкевич здесь бывает нечасто. Прогуливаемся и видим очередную местную звезду – колоритного музыканта, который исполняет кубинскую музыку. За полученное удовольствие кидаем в шляпу деньги – артист безмерно рад.

– Многие западные звезды начинали свой творческий путь с “подмостков” метро и Арбата. Тебе приходилось играть на улице?

– К счастью или к сожалению, мне не приходилось выступать на улицах. Хотя в юности я играл в рок-группе. Выступать на улице – это классно, нужно перебороть себя. Здесь многие играют не для того, чтобы заработать, а для того, чтобы показать свое творчество и получить внутреннее удовлетворение. В Европе это вполне нормально.

– Современный Арбат выглядит сегодня удручающе, раньше это была широкая пешая улица. Сегодня он перегорожен заборами, превратился в подобие общепита…

– Да, здесь уже не особо хочется погулять с девушкой, здесь не всегда собирается адекватная публика. Я больше люблю широкие улицы типа проспекта Достык. Вообще, я стараюсь меньше ходить по городу. До сих пор мой внешний вид не всегда нормально воспринимают прохожие. У меня прическа необычная. Не все могут пройти мимо спокойно…

– Твоя фирменная прическа как-то называется?

– Это сложно назвать ирокезом. Раньше у меня были длинные волосы, потом я носил реальный ирокез. Я не получаю удовольствия, если одет во что-то обычное. На работе стараюсь выразить себя именно с помощью одежды, я выделяюсь из толпы. У меня несколько военных мундиров. Мы шьем их к разным мероприятиям. Считаю, что лучше шить одежду на заказ. Это позволяет подчеркнуть именно твой стиль.

– Мимо нас сейчас проходят десятки алматинцев, большинство из них одеты в черно-серые тона. Какие бы ты дал советы по стилю от Прашкевича?

– Многие вынуждены носить черно-серое. Люди работают в офисе, и там – дресс-код, но даже лишняя расстегнутая пуговка – уже глоток свободы. Хотел бы пожелать людям найти как можно больше возможностей выражать себя и получать от этого удовольствие.

Алматы


Загрузка...