Опубликовано: 2277

Французская одиссея уральского “казака”

Французская одиссея уральского “казака”

Карьера известного в прошлом казахстанского волейболиста Виктора Козика прошла, по сути, в двух клубах – алма-атинском “Дорожнике” и французском “Бордо”. Не склонный к перемене мест обладатель Кубка СССР-1991 и бронзовый призер Всемирной универсиады того же года по окончании игровой карьеры остался работать во Франции.

Волейбол до Алма-Аты довел

Сегодня Виктор возглавляет клуб из пригорода Бордо, играющий в первой французской лиге.

– Помимо “Дорожника” и “Бордо” у меня был небольшой трехлетний испанский период, – рассказывает Козик. – На Пиренеи я переехал вместе со своей супругой Ириной Герлиц, олимпийской чемпионкой 1992 года по баскетболу, как раз после тех Игр в Барселоне.

– Ваша волейбольная карьера началась в Алма-Ате, куда вы в 14 лет приехали из родного Уральска…

– Да, два года я провел в спортивном интернате. В 1986-м меня пригласили попробовать свои силы в “Дорожнике”. Оказаться в команде мастеров в то время было очень сложно из-за бешеной конкуренции. У меня было дикое желание играть, пусть ростом я не вышел – 193 см для волейбола немного. Но я нашел свой конек – скоростную игру, при которой пасующий выводил меня на одиночный блок. В этом случае, как правило, у блокирующего нет шансов: двухметровые ребята не успевали сместиться в зону атаки.

– В 80-е годы алма-атинский “Дорожник” был середняком советского волейбола. Над командой не довлел моральный груз побед предыдущего поколения?

– Первое, что меня удивило в Алма-Ате, – это большое количество поклонников волейбола и среди партийного руководства, и среди простых людей. В “Дорожнике” во второй половине 80-х играли великолепные волейболисты: капитан Борис Гребенников, пасующий от Бога Сережа Кривошеев, Михаил Столяров, Андрей Патраков… Однако, несмотря на сильный состав, мы не могли соперничать с такими клубами, как рижский “Радиотехник”, ленинградский “Автомобилист”, не говоря уже о московском ЦСКА, который был фактически сборной СССР.

Стимул для джигита

– Одной из причин волейбольного бума в Алма-Ате в 80-х были успехи женского АДК. Какой-то спортивной ревности у вас они не вызывали?

– Ревности не было, но победы АДК нас, конечно, подхлестывали. Думаю, в 1991 году мы могли попытаться повторить чудо наших девчонок – в первый же сезон после возвращения в высшую лигу выиграть чемпионат СССР… В 1990-м многие игроки покинули “Дорожник”, и команда опустилась в первую лигу. Пришло время вчерашних дублеров – у них был хороший, сыгранный состав. Как-то наша команда заняла даже второе место в чемпионате дублеров вслед за московским “Динамо”. Поэтому за один год мы вернулись в высшую лигу и в 1991-м шли там лидерами в компании “Радиотехника” и донецкого “Шахтера”. Думаю, не развались Советский Союз, мы были бы в призерах. Ведь в том же сезоне “Дорожник” завоевал последний Кубок СССР и составил костяк студенческой сборной Союза, которая привезла бронзовые медали со Всемирной универсиады в английском Шеффилде.

– Во второй половине 80-х сборную СССР и рижский “Радио­техник” возглавлял наш земляк, ныне наставник сборной Казахстана Геннадий Паршин…

– Не скрою, он звал меня в Ригу. Как приглашали и в ЦСКА-2. Но я не уехал из Алма-Аты, потому что тренер “Дорожника” Евгений Сивков очень искусно, в своей манере убедил меня, молодого игрока, остаться в команде.

Приглашения… не дождался

– А почему не остались в “Дорожнике” в 1992 году?

– Тогда наступили сложные времена, каждый начал устраивать свою жизнь как мог. Вспомните те годы: на прилавках магазинов пусто, нет возможности даже какие-то лекарства найти. Поэтому, когда подвернулся шанс уехать по контракту за границу, мы его даже не обсуждали. Если бы в Казахстане сохранили прежнюю волейбольную систему, с удовольствием бы вернулся. Как-то мне позвонил тренер сборной Казахстана Ербол Молдажанов и позвал сыграть за национальную команду. Но все было так неорганизованно: ни мячей, ни зала, ни программ подготовки. Естественно, команда результата не показала. Трудно кого-то винить в том, что золотой фонд казахстанского волейбола не сохранили. Представляю, сколько было в то время проблем – не до спорта. Оттого сейчас такой большой провал. А ведь в Казахстане была очень своеобразная школа, у “Дорожника” был свой стиль, рисунок игры.

– В 2002 году сборная Казахстана впервые в истории пробилась на чемпионат мира. В то время вы были еще действующим игроком. Ждали приглашения в сборную?

– Конечно. Для меня выступать за сборную своей страны всегда было большой честью. Помню, как впервые, еще школьником, попал в сборную республики и как, вернувшись домой в Уральск, с гордостью ходил в спортивном костюме с надписью “КазССР” – Казахская ССР… Естественно, я надеялся, что смогу пригодиться сборной на чемпионате мира. Тем более в том сезоне в чемпионате Франции я по статистическим показателям игры в нападении занимал восьмое место. В “Бордо” на меня, как на иностранца, ложилась большая ответственность. Я ведь приехал во Францию еще в то время, когда в местном чемпионате существовал лимит – не более двух легионеров в команде. Место нужно было завоевывать игрой. Помню эти матчи по два с половиной часа, бешеную нагрузку, после чего бьющая рука немела так, что не было возможности даже причесаться.

Бог миловал

– “Бордо”, за который вы выступали, был лидером французского волейбола или за медали не боролся?

– Это был клуб с традициями, в него приглашали лучших французских игроков. Команду серьезно спонсировала строительная компания. Но, когда в 1995 году я пришел в “Бордо”, спонсор ее покинул. Команда откатилась на те позиции, что занимал “Дорожник” в чемпионате СССР. Но и тогда с “Бордо” мы добились неплохих результатов. К примеру, играли в полуфинале Кубка Франции. А в сезоне, когда к нам присоединился Бахытжан Байтуреев, обыграли в четвертьфинале чемпионата страны лидеров сезона – волейболистов клуба “Кан”. Они так расстроились, что не пожали нам руки после матча. Так что чемпионат Франции достаточно силен. Это вам расскажет и Марат Имангалиев – последний из казахстанцев, игравших здесь. Не случайно на недавнем чемпионате Европы сборная Франции завоевала серебро, обыграв в полуфинале Россию.

– А что за история с рухнувшим на вас баскетбольным щитом?

– Этот случай я предпочитаю не вспоминать. Даже родителей в него не посвящал, боясь расстроить. В декабре 1998 года мы играли сразу после баскетболистов. Кто-то из работников, видимо, закрутил на щите не то крепление, и, когда я разминался, сидя на паркете, он всей тяжестью рухнул на меня. Несколько сантиметров в сторону, и мы бы сейчас с вами не разговаривали. Бог миловал. Удар прошел вскользь, задев позвоночник. Восстановление длилось долго. Теперь, заходя в спортзал, стараюсь подальше обходить баскетбольные щиты. По жизни я оптимист, все перевожу в шутку, но от того случая осадок остался тяжелый.

Смертин может себе позволить

– Знаю, что вы дружили с бывшим футболистом “Челси” и сборной России Алексеем Смертиным, когда он играл в “Бордо”…

– Мы продолжаем дружить. Вот только неделю назад ужинали у него в доме на берегу океана. Алексей сейчас очень занятой человек: депутат, комментатор, член комитета по выдвижению России на право принять чемпионат мира по футболу.

– Смертин коллекционирует французские вина. А какое хобби у вас?

– Футболисты с их доходами могут себе это позволить. Я же с удовольствием бы здесь порыбачил. С ностальгией вспоминаю Уральск, утреннюю тишину, зыбь по реке. Во Франции этого сильно не хватает. Для того чтобы получить разрешение на рыбалку, надо собрать кучу бумаг. А так свободное время провожу за просмотром спортивных трансляций. Мне повезло, моя супруга тоже бывшая спортсменка, поэтому споров у телевизора, какой канал смотреть, не возникает. Недавно в Бордо проводился этап велогонки “Тур де Франс”. Очень переживал за Александра Винокурова, громко болел – не знаю, слышал ли он меня. Мне показалось, что Винокуров был готов лучше Контадора, но его почему-то сделали только вторым номером в команде.

21 год вместе

– Ваша семейная пара с Ириной Герлиц видна издалека (рост Ирины – 192 см)…

– Наверняка. Спортсменам, выступающим на высоком уровне, очень сложно устроить личную жизнь. Все время мы проводим на сборах да в разъездах. Во всяком случае, так было в советские годы. Ирина – знаменитая баскетболистка, но я посчитал, что раз мы из одной республики, то имею право подойти и спросить, как у нее дела. Спросил, и 11 августа мы отметили 21 год совместной жизни.

– А спустя два дня 20-летний юбилей был у вашей дочери Кристины…

– Да, мы даже посмеялись, что дата пришлась на пятницу, 13-е. У нас многие приятные события произошли в августе. К примеру, 29 августа исполнится пять лет нашему второму ребенку, Максиму. Кристина в спорт не пошла, учится на втором курсе юридического факультета в местном университете. А вот Максим, наверное, будет нашей спортивной надеждой. Хотя мальчик он очень добрый, а с мягким характером в спорте тяжело.

Сергей РАЙЛЯН

Загрузка...