Опубликовано: 4389

Евгений БЫЧКОВ: Мемуары писать рано

Евгений  БЫЧКОВ:  Мемуары писать рано

Евгений БЫЧКОВ – известный радиоведущий, ставший одним из отцов казахстанского независимого радиовещания, ныне обитает в Канаде. Представляем вашему вниманию его интернет-переписку с музыкальным обозревателем “Каравана”.

Казахстанцам постарше радиожурналист и профессиональный музыкант Евгений Бычков знаком по его программам, которые сначала выходили на Казахском радио, а в 90-х годах – на первых независимых станциях. То, насколько грамотно и авторитетно Евгений Бычков делал свои музыкальные программы, вспоминают до сих пор и приводят в пример нынешним ведущим.

Последние 12 лет Евгений Бычков живет в Канаде. Раз в два-три года бывает в Алматы. Например, в январе он приезжал сюда на юбилейный концерт, посвященный памяти его отца, народного артиста Казахстана, композитора Анатолия Бычкова. За океаном Евгений преподает музыку и работает ведущим на русскоязычной радиостанции.

Однако, несмотря на физическую удаленность, Евгений вот уже несколько лет присутствует и в казахстанском радиоэфире вместе с передачей под названием “Две жизни спустя. Психоделический трип от берегов Онтарио до Заилийского Алатау”. Она посвящена классическому року 60–70-х годов.

Эфир перегружен попсой

– Евгений, что вас сейчас связывает с Алматы и вообще с Казахстаном?

– Это мой родной город. А связывает все: друзья, воспоминания, оставшаяся родня. Также и с Казахстаном.

– Ваша радиопрограмма “Две жизни спустя” тоже, как мне кажется, сродни воспоминаниям...

– Это малость другое. Я всегда любил рок 60–70-х и довольно много чего делал о нем на радио, на ТВ и в печати. И когда я был четыре года назад в Алматы, мне показалось, что радиоэфир абсолютно перегружен попсой, народ просто забывает какие-то хорошие вещи. Так и появилась эта программа.

– Когда вы в 80–90-е годы проигрывали своему слушателю записи, которые нельзя было свободно достать, рассказывали об исполнителях, альбомах, тогда это воспринималось как откровения. В наше время такая музыка и информация о ней стали более доступными. Почему же тогда вас слушают сейчас?

– Тут существует такой механизм. Вы не обращали внимания, когда вы от нечего делать, сидя перед телевизором, переключаете каналы и вдруг натыкаетесь на какое-то хорошо известное кино, то начинаете его смотреть. Хотя если бы минут за пять до этого вы подошли к своему шкафу с дисками, и среди них – то же кино, то вам и в голову бы не пришло его включить. А по ТВ – смотрите. Здесь два момента. Первый – момент ежеминутного соучастия с такими же, как вы, слушателями и зрителями. Это работает психологически, даже где-то на уровне подсознания. Вы знаете, что еще много людей в эту же минуту смотрят или слушают то же и получают такое же удовольствие.

Второй момент – неожиданность. Почему люди слушают радио, когда есть возможность просто поставить диск? Потому что никогда не знаешь, что будет дальше, в этом интрига.

Гламурные куклы есть везде

– Можно ли сказать, что ваша аудитория, слушая эту музыку, тоскует об ушедшей молодости, ностальгирует?

– Отчасти это, конечно, ностальгия. Но на концертах ветеранов рока я вижу довольно много молодых людей, они чувствуют, что “та” музыка им дает гораздо больше, чем сегодняшний целлулоид и гламур...

– “Целлулоид и гламур” – это вы говорите в отношении Канады? Я думал, в этой стране как-то с музыкой получше…

– Получше, потому что здесь есть традиции. Ни одна из популярных у вас гламурных кукол здесь просто не прошла бы отбор. Но в изобилии есть собственные куклы. Профессионально уровнем разве что повыше. Но при этом существуют огромные ниши для других музыкальных жанров – от высокой классики до самого экзотичного фолка.

Кстати, из музыки в последнее время я довольно много слушал подборки Putumayo – это такой музыкальный лейбл, специализируется на этнической музыке со всего мира. В этнической музыке осталось то настоящее, чего в попсе уже давно нет.

– Наверняка многих ваших слушателей в Казахстане интересует, почему ваша программа “Две жизни спустя” поменяла станцию?

– На прежнем радио сменилось руководство, а на новом мне предложили более интересные варианты – в первую очередь по охвату аудитории. Кстати, сейчас на подходе еще одна программа. Там тоже будет хорошая, проверенная музыка.

Запускали радио с автобуса

– Погрузимся в историю. Вы стояли у истоков создания первой независимой станции в Казахстане “Радио Максимум”. Что это было за время?

– Веселое. Все было впервые, никто ничего не знал, деньгами не испорчен. Мы зарегистрировали частоту, у государственной организации арендовали автобус, с него и запустились. Это уже потом пошли лицензии и прочее.

Когда пошла первая реклама – появились конкуренты ну и все такое. Сначала мы назывались “Радио Максимум” и предполагали сотрудничать с москвичами, так как была еще память о СССР, типа, общий дом... Но они быстро отпали, и мы стали “Радио Макс”. Потом был внутренний конфликт, и мы стали “Радио- и ТВ-М”… Мне кажется, об этом все хорошо знают. Или уже не знают?

– Во всяком случае, напомнить об этом было бы не лишним. Тем более вы были инициатором всего проекта, музыкальным директором, продюсером программ и своими руками лепили то, чего в Казахстане просто не было.

– Лепить было несложно, поскольку именно мы были первыми – сами все открывали и тут же делали. Слово “формат” еще никто не знал, слова “джингл” и “спот” ввели мы, а “саунд-дизайнер” вообще по приколу придумал Саша Кириченко, ну и много еще чего. Главный инженер у нас был просто гениальный – Сергей Баскин (светлая ему память). Как-то виртуозно он все решал...

А какую музыку крутить, какую не крутить, каждый диджей, в общем, определял сам, а я всех, типа, строил, чтобы дрянь не ставили. Много ругались, потому что у каждого были свои представления о дряни. Но было весело. Команда была сильнейшая – Нур Махамбетов, Саша Кириченко, Маша Трескунова, Гарик Сырцов, Рома Райфельд, Нелик Шаяхметов, Илья Солодилин, Таня Рау, Лариса Коковинец... Сорри, если кого-то пропустил. А потом выяснилось, что мы очень много немузыкального болтаем, и нас лишили лицензии…

“А давай Маккартни позвоним!”

– Следующую часть интервью условно назовем “Бычков и великие”. Интересно узнать, как вы смогли дозвониться в Лондон и пообщаться с самим Полом Маккартни. Было такое?

– Было такое, но это не совсем моя заслуга. Я тогда делал музыкальные программы для молодежной редакции Казрадио, и мне позвонил редактор Гена Шашин со словами: “А давай сегодня Полу Маккартни позвоним!”. Я ответил: “А давай!”. Мы и позвонили. Просто в тот день радио BBC объявило прямой эфир с Полом и предложило звонить всем желающим. И нам повезло.

– Вы так спокойно говорите об этом, это же историческое событие! Кто еще из казахстанских журналистов задавал вопрос хоть кому-то из экс-битлов?

– Крутились плохо другие журналисты... А тогда мы сидели ночью в пыльной редакции Казрадио, пили чай и накручивали Лондон. Слышимость была ужасная, ждали долго, как дураки, но дождались, попали в историю казахстанской журналистики, с ума сойти! А сейчас после стольких лет чего мне прыгать?! Мало ли с кем я встречался. Они-то об этом уж точно не помнят.

– Ну, например?

– Из русского рока встречался практически со всеми легендами. Цой, Башлачев, Кинчев, БГ, Макаревич, Градский, “Секрет”, “Наутилус” – все в период расцвета. Иных уж нет, а те – далече... БГ вот до сих пор радует. Слава Бутусов недавно в Торонто был, мы их на Ниагару возили.

За те времена, кстати, спасибо Артему Троицкому, известному российскому музыкальному критику, мы довольно близко общались. Он тогда привез в Алма-Ату Питера Дженнера и Джо Бойда (британский и американский музыкальные продюсеры, работавшие с Pink Floyd и другими артистами. – Прим. авт.) и взялся раскручивать “Голос Азии”. Но это отдельная история…

Также спасибо Рашиду Нугманову. Он вернулся из ВГИКа и взялся снимать “Иглу”. Они с Цоем вечерами приходили ко мне смотреть вестерны Серджио Леоне – у меня уже тогда был видик... А Саша Башлачев был у Рашида на свадьбе, на даче в горах, под Алма-Атой.

– А как-то фиксируются все эти встречи, общения? Я знаю, у вас книга есть о Pink Floyd. Но, может, что-то из собственного опыта можно сложить в стройное повествование?

– Из собственного опыта – это типа мемуаров? Времени жалко, столько интересного вокруг!

– Во-первых, сколько интересного? Во-вторых, ваши мемуары могут быть кому-то интересными, как и программа.

– Да всего интересного! Жизнь, блин, прекрасна и удивительна. Вот, программы делаю… А мемуары рано еще писать.

Фото из архива Евгения БЫЧКОВА

Артем КРЫЛОВ

Загрузка...