Опубликовано: 1214

Дорога в космос

На космодроме Байконур отмечается самый главный для этого города праздник – День космонавтики. Нынче он совпадает с вековым юбилеем первого начальника космодрома генерала Алексея Ивановича Нестеренко. 30 марта ему исполнилось бы 100 лет.

За прошедшие полвека у космодрома Байконур было много начальников. Но такой героической личности, как Алексей Нестеренко, больше не было. В финскую кампанию он – капитан, а уже в 1943-м – генерал-лейтенант. Командовал гвардейской дивизией легендарных “катюш”, потом стал основателем первого в стране Реактивного института. “Будь начальником Байконура в тот момент другой человек, полигон не решил бы тех задач, которые он потом решил в итоге”, – считает ветеран космодрома полковник Николай Борзов.

На долю Нестеренко выпал самый тяжелый период жизни космодрома: зарождение и становление.

– От первого колышка до пуска первой межконтинентальной баллистической ракеты с Гагаринского старта прошло всего полтора года! – говорит Антонина Богданова, директор Музея космодрома Байконур.

Как создавался полигон

В 1955 году, когда Нестеренко возглавил космодром, никто не знал, какой должна быть площадка для запуска ракет в космос. В голой казахстанской степи были только маленькая железнодорожная станция Тюратам и несколько воинских подразделений.

Расположение космодрома было выбрано не случайно – далеко от больших трасс, железнодорожных путей и от границы. С точки зрения климата этот район для стартов ракет был очень благоприятен – более 300 солнечных дней в году, мало осадков, низкая влажность, короткая зима. Место для космодрома было выбрано из трех вариантов – северокавказского, дальневосточного и казахстанского. Размещение космодрома южнее было нежелательно из-за расположения трасс и основных полей падения отработанных ступеней в Китае или густонаселенных районах Средней Азии. Для обеспечения секретности объекта было начато строительство ложного космодрома. На северных отрогах хребта Алатау есть поселок Бойконыр, или по-русски Байконур. В начале

50-х годов там возвели макет стартовых устройств космодрома. Ни дорог, ни источников водо- и электроснабжения не было – прятать было нечего.

Американские разведывательные самолеты Байконур вниманием не жаловали. Тем не менее “космодром” на Байконуре охраняли вплоть до начала 70-х годов. Все сообщения в советской печати о запусках спутников местом старта указывали Байконур. Постепенно это название стало ассоциироваться с настоящим космодромом. Хотя, “чтоб никто не догадался”, этот настоящий космодром имел кодовое название “Тайга”. А жилой город получил вполне официальное название Ленинск.

Фактически космодром начал формировать в апреле назначенный его начальником генерал-лейтенант А. И. Нестеренко. В этом же году первые стройбаты приступили к земляным работам для будущего космодрома. Жили в палатках и землянках. Ели пищу из походных кухонь и пили неочищенную воду, которую привозили водовозками из Сырдарьи. В конце 1955 года космодром был сформирован из 20 частей и отдельных подразделений общей численностью 1900 военных и 664 вольнонаемных служащих и рабочих. Численность же солдат и офицеров стройбата доходила до 20 тысяч.

Космодром начинали строить практически на пустом месте – ни рабочей силы, ни базы стройиндустрии, ни источников электроэнергии там не было. Параллельно рос и город Ленинск. Для немногочисленных жителей Тюратама он был закрыт. В период расцвета космических программ население Ленинска, включая военнослужащих, достигало 150 тысяч человек. К маю 1957 года все основные элементы инфраструктуры космодрома были готовы к эксплуатации. Всего за полтора года был возведен стартовый комплекс “Площадка №2”, впоследствии названный Гагаринским стартом.

Жить здесь непросто

Климат на космодроме хорош для стартов, но не благоприятен для людей. Летом жара до плюс 45, зимой мороз до минус 40 градусов. Летом – песчаные суховеи, зимой – снежные бураны. Грунты засоленные, подземные воды агрессивные. Трубы и электрические кабели, уложенные в грунт, через 3–4 года, а иногда и через год выходят из строя из-за коррозии. После обмеления Сырдарьи в конце 80-х годов космодром, жилые районы и зеленые насаждения не получали нужного количества воды. По засоленности и бактериальной зараженности вода в районе космодрома никогда не удовлетворяла требованиям санитарных норм. Обилие ядовитых змей, каракуртов, скорпионов, фаланг и тучи комаров – дополнение постоянного напряжения от эпидемиологической опасности заболевания холерой и чумой. Но главным бедствием космодрома стал гепатит. Иногда из-за этой болезни из строя выходили целые роты.

Таким непростым было становление первого в мире космодрома. Но он выжил, выстоял в непростые времена. И сегодня отсюда по-прежнему стартуют ракеты.

Елибай ДЖИКИБАЕВ, Кызылорда

Загрузка...