Опубликовано: 2379

"Дети важнее карьеры"

"Дети важнее карьеры"

Ничего нет важнее семейного благополучия, убеждена победительница Азиатских игр и рекордсменка Азии казахстанская прыгунья в высоту Марина Аитова. Но, наверное, и без спорта ей тоже было нелегко. По крайней мере, тренировки Марина возобновила уже через десять дней после того… как родила сына Ефима. Тренироваться в

class="tag">Алматы негде

Прыжки в высоту в Казахстане всегда были сильны. Ольга Турчак, Светлана Залевская… Любой из болельщиков может добавить сюда еще фамилии. Сейчас традиции казахстанской прыжковой школы продолжает Марина Аитова. С рекордсменкой Азии, уроженкой Караганды мы встретились на следующий день после исторической победы команды этого города – “Шахтера” – в футбольном чемпионате Казахстана.

– Очень рада за карагандинских футболистов, но, честно говоря, никогда за этой игрой не следила, – признается Аитова. – Папа мой не болельщик, да и среди знакомых фанатов нет.

– Тем не менее вы связали свою жизнь со спортом, начав заниматься на Карагандинском легкоатлетическом манеже…

– Да, в Караганде единственный в Казахстане стандартный манеж, где можно проводить соревнования по легкой атлетике. Насколько я знаю, там сделали ремонт, поменяли дорожку, но я давно в этом зале не выступала.

– В Казахстане действительно большие проблемы с аренами, базами, как об этом говорят в Федерации легкой атлетики?

– Конечно. В Алматы зимой вообще негде тренироваться. Был один манеж, но там убрали секторы, постелили корты – теперь в теннис играют. Возможно, поедем в Шымкент, где недавно открыли новый манеж, постелили резину. Дорожки, говорят, там нестандартные, но мне важнее, чтобы секторы для прыжков были хорошие. Еще в Европе выступлю на коммерческих стартах.

Не великие деньги

– Такие соревнования дают возможность подзаработать?

– Если бы не зарабатывали, то какой смысл на них ездить? Конечно, не великие деньги – у меня, по крайней мере. Кроме того, это хороший опыт, интересно посоревноваться с девочками высокого уровня – Бланкой (Влашич. – Прим. автора), Чичеровой, Школиной.

– У вас, как у многих ведущих спортсменов, есть личный контракт с кем-либо из производителей спортивной экипировки?

– Был, но после травмы (из-за нее Аитова пропустила весь 2010 год. – Прим. автора) меня с контракта сняли. Чтобы его снова возобновить, надо себя зарекомендовать. К примеру, попасть в восьмерку на чемпионате мира.

Организм – не железный

– Если все ваши травмы выписать на отдельный лист – длинный список получится?

– Нет. У меня до последнего времени не было серьезных травм. Разрыв ахилла случился впервые.

– Все произошло внезапно или постепенно накапливалось?

– Все происходило постепенно. Сначала это место болело, но я его недолечила и продолжала выступать. Воспаленное место начало надрываться и в итоге полностью оторвалось. Это мне все врачи рассказали, когда зашивали.

– А они не предупреждали вас раньше, чем все может закончиться?

– Говорили, конечно. Но спортсмены сами виноваты в своих травмах, потому что не прислушиваются к своему организму, боятся лишний раз отдохнуть, считая, что тогда весь сезон пойдет насмарку. Организм же требует передышки – он ведь не железный, изнашивается.

“Нужен кураж, адреналин!”

– Вся элита женских прыжков в высоту состоит из спортсменок в возрасте под 30 лет. Ваша дисциплина не для “зеленых” девчонок?

– У нас действительно очень важен опыт. Техника нарабатывается годами. Это в других дисцип-линах можно хорошо прыгнуть, метнуть или пробежать один раз и стать чемпионом. У нас же планка поднимается постепенно, и каждый следующий прыжок должен быть лучше предыдущего. А для этого нужна стабильность. Могу сказать про себя: когда была молодая, прыжок не шел так хорошо, как сейчас. Теперь вроде болит и там и сям, а прыгаешь лучше.

– С какими чувствами шли на первый прыжок после травмы?

– Все движения вспомнились сразу, они и не забывались. А вот психологически было очень сложно, присутствовал какой-то страх, все время прислушивалась к ноге. Первое время чуть-чуть заболит, и уже начинала паниковать.

– Другой психологический барьер для вас – высота 2,00 метра (рекорд Азии, принадлежащий Аитовой, составляет 1,99 метра)…

– Как и любой личный рекорд. Чтобы его превзойти, надо быть к этому готовой, в первую очередь морально – физически к таким высотам подойти легче. Знаете, рекордная высота давит на тебя, ты начинаешь ломать технику, и прыжок не получается. А еще нужен кураж, адреналин, при котором физические возможности человека вырастают. Без этого рекорда не будет.

“Перед беременностью страхов не было”

– После Олимпиады в Афинах вы решили родить ребенка. В тот момент осознавали, что идете на определенный риск, ставя под сомнение свою спортивную карьеру?

– Нет, я не думала об этом. Я просто хотела ребенка, который был для меня важнее спортивной карьеры. Меня не волновало – вернусь я после этого в спорт или нет. Мне кажется, что для любой женщины ребенок и семья намного важнее всего остального. При этом я знаю многих спортсменок, которые не родили вовремя, до 25 лет, и им потом было тяжелее в жизни. Чем позже рожаешь, тем меньше вероятность возвращения в спорт. К тому же спорт – не навсегда, и у некоторых получается так, что с завершением спортивной карьеры заканчивается жизнь. Это на самом деле тяжело пережить: вроде у тебя все было, и тут все рушится как карточный домик – ни ребенка, ни семьи, ни работы. Поэтому никаких страхов перед беременностью у меня не было, и я очень рада, что родила ребенка.

– Сколько времени длился ваш декретный отпуск?

– У меня его не было. Я отдыхала, пока была беременной. Тренироваться пошла через десять дней после того, как родила.

– У вашего сына достаточно редкое имя – Ефим. Кто его выбрал – вы или муж?

– Вместе. У знакомых был сын Ефим, прикольный мальчишка. Я тогда была в положении. Ну и решили так назвать. Лучше редкое имя, чем обычное, а то крикнешь во дворе – 15 человек обернутся.

И юрист, и экономист

– Вы сейчас получаете юридическое образование в дополнение к уже имеющемуся экономическому. Значит, в тренеры после завершения карьеры не пойдете?

– Нет, не пойду – я ж “поубиваю” всех (смеется). Вдруг попадется ученица с таким характером, как у меня, что я буду с ней делать? Моему тренеру (Михаилу Фролову. – Прим. автора) памятник надо ставить. Неприятностей я ему стараюсь не доставлять, но у меня тяжелый характер. Могу спорить с ним на тренировках, доказывать что-то. Мне кажется, что тренер меня за это и любит.

– И кто чаще побеждает в этих дискуссиях?

– Тренер, конечно. Он видит со стороны те ошибки, которые мы не всегда чувствуем. Тренер мой очень хорошо разбирается в технике прыжка, ставит ее обалденно.

– Сколько лет вы работаете вместе?

– С тех пор, как переехала из Караганды в Алматы. Так что в ноябре будет уже девять лет. Мой переезд был связан с замужеством, и уже в Алматы я пришла к Фролову. Я его давно знала. Другой вопрос: взял бы он меня к себе? Потому что такие тренеры всех подряд не берут, они работают со спортсменами, в которых видят перспективу.

“В Караганде мне не хватает… деревьев”

– Вы достаточно долго прожили и в Караганде, и в Алматы. В чем, на ваш взгляд, самое главное различие этих городов?

– Когда приезжала к родителям в Караганду, то долго не могла понять, чего мне там не хватает. Вроде родной город, но чувствовала я себя дискомфортно. И только недавно поняла – мне не хватает деревьев. В Алматы столько зелени, а в Караганде деревьев очень мало.

– Можете вспомнить, когда в последний раз проигрывали соревнования в Казахстане?

– Да. В 2005 году, через три месяца после родов. В Алматы проходил то ли чемпионат Казахстана, то ли Кубок. Так вот там с результатом 1,75 метра я заняла третье место – но нас всего трое прыгало.

Не замечаем хорошего

– Сможете предсказать, как долго еще будет держаться рекорд Стефки Костадиновой – 2,09 метра, которому в этом году исполнилось уже 24 года?

– Думаю, что скоро его побьют. И сделает это россиянка Аня Чичерова. Хорватка Влашич, как мне кажется, уже подустала. Для любого спортсмена очень тяжело столько лет держаться на высоком уровне. Каким бы великим ты ни был, рано или поздно наступит спад.

– Знаю, что вы интересуетесь психологией. К жизни относитесь философски?

– Да. Считаю, что все происходящее надо принимать как лучшее на данный момент. Если к жизни так относиться, то все хорошее будет притягиваться. И не надо отчаиваться в сложных моментах – они есть у каждого. В жизни хорошего гораздо больше, чем плохого, только мы этого не замечаем. 

Загрузка...