Опубликовано: 2366

Чемпион мира по дзюдо Максим РАКОВ: Тренировки – лучшее лекарство от стресса

Чемпион мира по дзюдо Максим РАКОВ: Тренировки – лучшее лекарство от стресса

Главный дзюдоист сборной Казахстана, золотой и серебряный медалист чемпионатов мира дал эксклюзивное интервью “КАРАВАНУ”.

Максима Ракова списывали в тираж не раз. После Олимпиады-2008 в Пекине, которую он смотрел дома по телевизору. И после Игр-2012 в Лондоне, когда первый номер мирового рейтинга прекратил борьбу, толком ее и не начав. Чемпиона мира-2009 отправляли на покой и в прошлом году, когда дзюдоист долго боролся с травмами и неудачно выступил на первенстве мира. А Максим снова в строю и на коне! В мае он стал первым спортсменом из нашей страны, завоевавшим золото на престижном турнире “Гранд Слэм”.

Время, чтобы привыкнуть

– Что для вас значит большая победа в Азербайджане на “Гранд Слэме”?

– Я бы не сказал, что она большая. Просто название красивое. Еще сказалось то, что в нашей стране на нем никто не побеждал. Но для меня это был просто турнир – как этап подготовки к Азиатским играм. Благодаря победе получил уверенность: после Олимпиады в Лондоне я много не выступал. У меня были травмы, потом поменялись правила, борьба изменилась. В общем, было тяжело вернуться на прежние позиции.

– Получается, вам сложнее бороться по новым правилам?

– Нет. Просто обстоятельства так сложились: был замкнутый круг. Ты травмирован и не можешь выступать, а значит, не способен адаптироваться к правилам. Когда все стало приходить в норму со здоровьем, мне понадобилось время, чтобы привыкнуть.

– У вас есть версия, почему в последние два года вас преследовало столько травм?

– Когда готовишься к Олимпиаде, забываешь обо всем. А после того, как закончился этот старт, все болячки начинают вылезать. У меня было несколько операций, и после них начиналось испытание: когда ты восстанавливаешься, то становишься сильнее. Потому что ищешь в себе силы, чтобы выйти на прежний уровень и не сломаться.

– Возвращаясь к победе в Баку, замечу: этот турнир приносит много баллов. До золота вы были 17-м в мировом рейтинге, после него сразу взлетели на шестое место.

– Я давно считаю, что основные старты – это Олимпиада, чемпионаты мира и Азиатские игры. Вот на них надо показывать свой максимум. Все остальное – лишь подготовка. Ты приезжаешь на турнир, делаешь свое дело и получаешь удовольствие, если хорошо борешься.

“Это физкультура лечит, а спорт здоровье забирает”

– Помню ваш рассказ, как вам было тяжело смотреть Олимпиаду в Пекине дома…

– После выступления в Лондоне мне было еще тяжелее.

– Я вел к тому, что после травмы вы уже через год стали чемпионом мира. Хотя все складывалось для вас непросто.

– В 2007-м рассчитывал на медаль чемпионата мира, так как на взрослых турнирах был в призерах. А тут раз – и травма плеча. Мне быстро сделали операцию, и, наверное, надо было дольше восстанавливаться, а я уже через два месяца вышел на ковер. Представьте – у меня левая рука рабочая, а она травмирована. Пришлось всему учиться практически заново: захватам, броскам. А потом произошел рецидив, и Олимпиаду я смотрел дома.

– Когда я общаюсь с профессиональными спортсменами, понимаю: выражение “спорт лечит” требует корректировки.

– Это физкультура лечит, а профессиональный спорт, наоборот, здоровье забирает. Зато он делает тебя сильным внутри.

– Правда ли, что в 2008-м вы хотели завершить карьеру?

– Да. Но меня тогда отговорили тренер и отец.

– После Олимпиады в Лондоне таких мыслей не возникало?

– Нет. Я сразу сказал тренерам, что остаюсь. Но не знал, что у меня будет такой тяжелый 2013 год. Чем больше нахожусь в дзюдо, тем больше начинаю болеть своим видом спорта, и хочется оставаться в нем.

– Даже несмотря на то, что до Гран-при в Дюссельдорфе и турнира в Баку крупных успехов у вас практически не было?

– После одного поражения я посидел, подумал: да сколько можно проигрывать? Хватит! Как-то получалось, что все вытекало из мелочей. В этот момент мне здорово помогли тренеры. Они успокаивали, говорили: “Все нормально, работай, все у тебя получится”.

Лучшее лекарство от стресса – тренировки

– Поражения каждый переживает по-разному. Как это делаете вы?

– По-разному. Но самый лучший способ прост. Если нет настроения, иду в зал. Поборешься, и сразу все налаживается. И самочувствие улучшается, и ощущаешь, что находишься в тонусе.

– На каком турнире в Европе вам нравится больше всего выступать?

– В Дюссельдорфе. Не знаю почему, но там я всегда борюсь хорошо. В этом году дошел до финала, но бороться за золото не вышел, потому что в полуфинальной схватке сломал ребро. Тренеры говорят: “Тебя могут обез­болить, но есть ли смысл рисковать?”. Я с ними согласился. Вот если бы это был чемпионат мира или Олимпиада – тогда другое дело.

– Может, в Дюссельдорфе вам климат подходит?

– Может быть. Когда там проходит турнир, погода – то что надо: не холодно и не жарко. Для меня это хорошие условия. Кстати, именно в Дюссельдорфе у меня был первый серьезный успех на взрослом турнире. А вот в Париже мне бороться почему-то всегда неудобно.

– А как же чемпионат мира-2010?

– Да, там я стал вторым, но на четырех “Гранд Слэмах” оставался без медалей. Мне нравится там бороться, но в Париже что-то идет не так: может, стоит строить по-другому подготовку. А то мы находимся на сборах и потом приезжаем в “Берси”. Те, кто там борется в первый раз, в шоке. Зал здоровенный! А уже после Франции едем в Дюссельдорф, и там уже все по-другому.

– Болельщики из какой страны теплее всего вас встречают?

– Казахстанские. В России, как мне показалось, болеют немного иначе – не просто за своих, а за спортсмена из своего региона. В Казахстане же главное, что ты – свой. Вне зависимости от того, где проходит турнир, в каком городе, тебя всегда поддерживают.

– Интересно: что чувствовал человек, который собирался уходить из спорта в 2008-м, а на следующий год выиграл чемпионат мира?

– Самое главное, что тогда я себя очень хорошо чувствовал. Хотя больших задач перед чемпионатом мира не ставил: ехал выиграть одну-две схватки. А тут одна победа, затем еще и еще. И когда оказался в полуфинале, понял: могу победить. В Париже все было по-другому: я ехал за победой, но не вышло.

– Серебро – это же очень хорошо! В истории нашего дзюдо только у двух спортсменов такое достижение.

– Это так. Но тогда мне хотелось большего.

Надо реабилитироваться

– Как вы считаете: нужно ли работать спортсмену с психологом?

– Не знаю. С психологами я работал. Может, кому-то из спортсменов они и нужны. Просто в сложные моменты всегда надо самому вытаскивать себя, а еще – надеяться на помощь тренера. У нас же как порой происходит: проиграешь – от тебя все отвернулись, и бороться уже сложно.

– У вас после Лондона так же было?

– К счастью, нет. Но увидел, как многие люди, которые раньше хотели находиться рядом со мной, отдалились.

– Еще у нас любят ругать спортсменов комментаторы из Интернета. Выиграл – красавец. А проиграл – мешок.

– Это-то как раз нормально. Многие не понимают специфики спорта. Я никого и не виню за разные слова, что говорили про меня в 2012-м. На меня возлагались надежды, а я их не оправдал.

– После Игр в Лондоне общался с Сериком Сапиевым. Олимпийский чемпион сказал: “Сейчас я, наверное, лучше всех понимаю Максима Ракова. Потому что в Пекине испытал то же самое, что и он в Лондоне. Надеюсь, через четыре года он ощутит то, что чувствую я сейчас”.

– Хорошо сказано. Серик – великий спортсмен. Он многого добился и остался прекрасным человеком. Мне его, кстати, приводили в пример, говоря: “Видишь, он в Пекине остался без медали, но рук не опустил”. Если возвращаться к выступлению в Лондоне, то я получил очень хороший урок. Такой урок не заменит ничто. Конечно, если бы его не случилось, было бы хорошо. Но раз уж так вышло, надо жить дальше, делать то, что любишь. И стараться реабилитироваться.

Эйфелева башня не уйдет

– В футболе очень любят делить победы на “красивые” и в “результате парковки в штрафной автобуса”. В дзюдо есть что-то подобное?

– Конечно. Под красотой у нас понимают броски, приемы, досрочные победы. С одной стороны, это не только эффектно смотрится, но и облегчает спортсмену жизнь. Если ты ведешь схватку тактически грамотно, но не выигрываешь иппоном, то напрягаешься все пять минут. А когда соперника бросишь, то можешь немного передохнуть. И тогда весь соревновательный день не превратится в одну сплошную схватку. При этом мне очень нравится, когда выигрываю тактически, потому что в таком успехе есть все: сила, концентрация и работа головой. Но, конечно, приятнее всего просто побеждать. Особенно на крупных турнирах.

– Спортсмены бывают во многих странах, но мало что видят. Что из увиденного запомнилось вам?

– Япония. Страна-экзотика.

– Думал, вы назовете Париж.

– Многие меня спрашивают: почему ты пять раз был в Париже, а на Эйфелеву башню не забрался? А я несколько раз приходил, видел толпу, стоящую в очереди, и желания потерять столько времени не возникало. В Японии же меня привлекает все: люди, кухня, культура. Но обычно, когда выезжаешь за рубеж, ничего не видишь: прилетел – и сразу на тренировку. Потом – выступать, а как отборолся – на следующий день домой.

“Задушить” друга

– Какие у вас отношения с соперниками из вашей весовой категории?

– Со всеми общаемся нормально. В последний год много времени проводим с узбеками, часто бываем на совместных сборах.

– Насколько сложно вам бороться против людей, которых хорошо знаешь?

– Легко. Я же борюсь с Рамзиддином Саидовым из Узбекистана. Мы с ним хорошо общаемся, но на ковре сражаемся друг с другом. Во время схватки друзей нет: надо будет, я его “задушу”.

– В этом году в Дюссельдорфе вы победили Саидова за 15 секунд.

– Я его бросил и “задушил”. А когда судья остановил схватку, он раз – и “уснул”! Я начал радоваться победе, а потом пришло понимание: другу же плохо. Мне стало неловко.

– Он на вас обиделся?

– Нет. Он меня тоже два раза “душил”. Правда, я не “засыпал”.

Загрузка...