Опубликовано: 1600

Булат Аюханов: На болезных не обижаюсь

На Запад за красивые глаза не приглашают, даже если они восточные

После июльских гастролей в столице Великобритании Государственный академический театр танца скромно встретил свой сорокалетний юбилей. О круглой дате, пока не замеченной на родине, и громком успехе на лондонских подмостках рассказывает руководитель коллектива Булат Аюханов.

Он остается сердечной мышцей своего детища

Пугающий диагноз вроде полагающегося кризиса среднего возраста, похоже, не страшит труппу и ее руководителя. Равно как чиновничье непонимание и потерявшийся за день до важного выступления багаж артистов…

Уже пятое поколение танцоров проходит через коллектив, появившийся в 1967 году. Тогда это был "Молодой балет Алма-Аты". Сейчас, спустя сорок лет, профессиональная и зрелая труппа внешне так же молода. И не последнюю роль в этом играет ее основатель и бессменный руководитель Булат Аюханов, профессор искусствоведения, народный артист Казахстана и самый известный хореограф страны.

Неутомимый и всегда острый на язык Булат Газизович был и остается сердечной мышцей своего детища. "Я могу бороться с нашей действительностью только силой красоты моего ремесла", - говорит мэтр балетного искусства и хитро улыбается, готовясь выдать очередную хлесткую тираду.

Сейчас в цене - лахудры из Петербурга

- Булат Газизович, поздравляю! У вас нешуточная дата…

- Да, помимо многих ярких событий этот год для нас знаменателен тем, что 1 августа нашему коллективу исполнилось сорок лет. Сейчас я будто кинопленку обратно прокручиваю, вспоминая, что за эти годы произошло… Конечно, много стрессов пришлось пережить, особенно когда наступили рыночные отношения. В завтрашний день я, в общем, смотрю оптимистично.

1 октября мы, даст Бог, проведем сорокалетие на одной из сцен Алматы. Но тут безумные платы за аренду! Шестьсот, если не восемьсот тысяч тенге. И когда делаешь билеты по пятьсот тенге, наши очень непатриотичные алматинцы говорят: "Ой, как дорого". Когда же приезжают эти лахудры из Петербурга и Москвы, которые нашли здесь кормушку, публика идет за двести, двести пятьдесят долларов. Хотя потом, выходя, плюется.

- В вашем театре есть разграничение на звезд и кордебалет? Кто играет Гамлета, а кому достаются роли контрабандистов?

- Говоря о нашем коллективе, я считаю, что здесь все - звезды. У нас нет как такового кордебалета. Существует постоянная взаимозаменяемость - сегодня он Гамлет, завтра контрабандист, послезавтра тореро… Мне очень важно предложить артистам работу, делать под каждого из танцоров спектакли, соответствующие их индивидуальности. Это делает интересным работу в нашем театре. Если у тебя есть творческий потенциал, старание, любовь к этой профессии, я готов подставить свои руки. Допустим, что-то идет не так - мы на самых демократичных условиях выясняем, что не нравится, почему. То есть это лаборатория, которая открыта каждому артисту, потому что я вижу в них завтрашних педагогов, хореографов, режиссеров.

В Казахстане - не замечают, в Англии - аплодируют

- Ваш коллектив уже получил какие-либо официальные поздравления? От министерства культуры, например?

- К сожалению, министерство культуры даже не сочло нужным поздравить нас с сорокалетием. Они оживают только при сообщении о чьей-то кончине. Они НЕ не хотят идти нам навстречу, они просто не понимают задачи моего искусства. Поэтому я на болезных не обижаюсь. Тем более я к этому уже привыкаю, хотя считаю, что это нонсенс. Ведь на самом деле коллектив заметный. После нашего выступления в Лондоне газеты писали: "Дух Дягилева чувствуется в этом русско-казахском балете из Алматы".

- Да, хотелось бы подробнее узнать о вашей поездке в Англию.

- Это наши вторые гастроли в Лондоне. В прошлом году мы выступали на сцене театра Бернарда Шоу по приглашению моей бывшей ученицы Марины О'Нейл, возглавляющей продюсерскую компанию. После той поездки сразу же поступило предложение приехать и в этом году. Англичане очень хотели увидеть национальную постановку, поэтому в этот раз мы повезли премьерный балет "Гак-ку" ("Клич лебедя") на музыку Аиды Исаковой. Мы с ней давно и с удовольствием работаем. В свое время она написала для нас балеты "Гамлет", "Жарыс", "Батыры". Кроме того, мы показали три картины из "Лебединого озера" в моей сценической версии, "Кармен-сюиту", уже полюбившуюся им с прошлого года, а также большую концертную программу.

Масло по сердцу текло

- Но в Лондоне вы смогли добраться даже до радиостанции Би-би-си!

- Нас пригласили в эфир радио Би-би-си, где мы выступили с нашим ведущим артистом Элдияром Данияровым. В этот же день ко мне в гостиницу пришел видный театральный и балетный критик сэр Петер Каган. Он выразил свои восторги и сказал, что хочет написать обо мне книгу. Я согласился, но уточнил, что книга, скорее, будет о моем субъективном взгляде на место балета в Казахстане.

- Значит, прошло все гладко?

- Зато началась наша поездка с еще какой нервотрепки! Гастроли в Лондоне чуть не провалились, поскольку при посадке в Амстердаме потерялся наш багаж. И это при том, что завтра уже концерт. Стараниями Марины О'Нейл и нашего посольства удалось мелкими партиями все-таки доставить вещи к обеду следующего дня. Только представьте, какой это стресс! Тем не менее я могу сказать, что остался доволен труппой. В нужный момент она смогла собраться. Вот это делает мою работу удовольствием. Ведь на Запад за красивые глаза не приглашают, даже если они восточные. И на фуршете после концерта я слышал только два слова: fantastic и excellent (превосходно. - Ред.)

- Приятно слышать такие слова от прихотливой английской публики…

- Лондонцы произвели на меня потрясающее впечатление. Мы говорим: английская публика - холодная. Ничего подобного. Они очень внимательные, хотя неспешные, но выражают свои эмоции бурно: аплодируют, встают, кричат. Я все это видел, и у меня масло по сердцу текло. Хотя для меня нет хороших или плохих зрителей. И я понимаю, что халтуру нельзя везти ни в Талдыкорган, ни в Лондон, ни в Париж, ни в Саратов. Искусство - оно или есть, или его нет. Щепкин, знаменитый русский актер, сказал: "Или священнодействуй, или убирайся вон". Вот это моя позиция в жизни и творчестве.

Поневоле станешь чиноненавистником

- Ну и традиционный вопрос. Кроме празднования сорокалетия что еще планируете в этот юбилейный год?

- Задумывать что-то масштабное, как "Барбаросса", я не могу, потому как мои планы не срастаются с нашими материальными возможностями. А с министерством у меня чаще всего непонимание. Конечно, государство не дойная корова, но поскольку мы являемся Государственным академическим театром, все-таки должна существовать какая-то помощь. Складывается впечатление, что им наш театр не выгоден, потому что мы создаем невыгодный фон коллективам, которые ничего не делают. С людьми надо, конечно, ладить, но не со всеми получается. Я имею в виду чиновников. Существуют женоненавистники, так вот я чиноненавистник. Я уже не в том возрасте, чтобы льстить. А взятки давать я не умею, да и давать мне нечего! Вот вам материал. Довольны?

- Да. Спасибо.

Николай ТРАЦЕВСКИЙ, Тахир САСЫКОВ (фото)

Caravan.kz

Загрузка...