Опубликовано: 953

Бой с бедой

Бой с бедой

Сейчас Александр Винокуров безработный. Один из лучших велоСИПЕДИСТов планеты отлучен от любимого дела, от команды, от гонок.

Во время веломногодневки “Тур де Франс” в июле капитана команды “Астана” Александра Винокурова обвинили в переливании крови, то есть в допинге. А это двухлетняя дисквалификация. По законам велоспорта в команде вынуждены были уволить своего капитана. Но Вино настаивает на своей невиновности и готов защищать свою честь в суде. Казахстанская сторона намерена обратиться в Международный арбитражный спортивный суд в Лозанне.

Что испытывает человек, попавший в такую ситуацию? Страх, отчаяние, унижение? Все это уже пережито. Поплыли томительные месяцы ожидания. Один из лучших велосипедистов мира надеется, что до конца этого года его будущее станет светлее.

О том, о чем уже и не хочется говорить, а также о семье, детях и о прошедшем дне рождения мы побеседовали с Александром в одной из кофеен Алматы. Периодически разговор прерывался. Вино узнавали, просили автограф…

Любил, люблю и буду любить!

– Изменилось ли ваше отношение к велоспорту после обвинений?

– Нет. Я любил, люблю и буду любить велоспорт. Но это две разные вещи: мое отношение к велоспорту и сама система. Еще три-пять лет движения в таком же направлении – и наш вид спорта погибнет.

– Какие чувства у вас вызывает вся эта кухня?

– Есть разочарование. Но я не хочу закончить карьеру вот так! Поэтому и борюсь с несправедливостью. Велоспорт, я думаю, тут ни при чем. Если нет виноватых, то их всегда можно найти. В моем варианте чувствуется, что это умело подстроено. Нужно было каким-то образом поднять шум на “Тур де Франс”. Они же не будут этого делать с “маленьким” гонщиком. А так как я был одним из претендентов на победу, мне кажется, поэтому выбрали меня.

– Вы заявили, что ноги вашей не будет на “Тур де Франс”. Это было сказано сгоряча?

– Я после падения на пятом этапе старался продолжать ехать. Бился, сражался, когда мог бы послать всех в одно место и сказать: “Я поехал домой, восстанавливаться. Пока!”. Конечно, неприятно. О победе на “Тур де Франс” я уже не думаю. Мне 34 года, где мне взять столько мотивации, опять отдавать всего себя, чтобы они снова какую-нибудь историю выдумали?!

– Есть ли вообще желание оставаться в спорте?

– Если мы победим в суде и получится выступить на Олимпийских играх в Пекине, этого для меня будет достаточно, чтобы закончить карьеру. Хотя после Олимпиады видно будет, что дальше. В начале 2007 года я предполагал, что еще максимум пару лет покатаюсь.

Бивер – это наша ошибка

– Вы с “Астаной” поддерживаете связь?

– Только с пацанами. С кем еще мне там общаться? С Бивером (швейцарец Марк Бивер был генеральным менеджером “Астаны”. – Прим. авт.)? Он теперь пишет, что это мы – я и Андрей Кашечкин – развалили команду и мешали ему работать!

– Бивер имеет в Европе влияние?

– Нет, конечно. Кто такой Бивер? Это была наша оплошность, что выбрали его. Команду же собирали быстро. Он не был никогда гонщиком – экс-директор велогонок “Тур Швейцарии” и “Тур Романди”. Его можно было привлечь как администратора.

– Допинговые скандалы больно ударили по имиджу “Астаны”?

– Нет, все нормально. На те гонки, куда команда потом ездила, к ней относились с уважением, Болельщики даже кричали: “Вино”… Разве что другие клубы, может, злятся.

Жизнь под колпаком

– Друзья и вправду познаются в беде?

– Да, действительно, когда человек на коне, все за тебя. Когда случается несчастье, то сразу все выходит наружу, кто действительно был с тобой, а кто притворялся, что был. В ком-то я действительно разочаровался. Не буду называть имен, это мои проблемы, но я сделал для себя выводы.

– Когда обвиняли в допинге знаменитейших гонщиков Яна Ульриха, Ивана Бассо, вы могли подумать, что когда-нибудь окажетесь в подобной ситуации?

– Никто от этого не застрахован. Моя жена Света до этого боялась, что меня используют, чтобы поднять шум. Так все и вышло. Я не ехал в желтой майке лидера на “Тур де Франс”, но имя себе давно заработал. Если захотеть, всегда можно сделать так, чтобы найти у гонщика что-то запрещенное. Никогда не знаешь, что ты ешь в ресторане. У нас есть свой повар, но он не в состоянии уследить за всем. Или, например, на гонке каждый бидон подписан. Кто-нибудь подсыпет чего, никто не узнает – и “финита ля комедия”.

– Пока проблема допинга лично вас не коснулась, вы о ней не задумывались?

– Задумывался. Когда в прошлом году с “Тур де Франс” сняли Бассо, Ульриха и меня, забастовку ведь никто не устроил? “Тур” благополучно прошел. Случись это в футболе, никто бы даже не вышел на поле. А в велоспорте солидарности нет. Велогонщики рады, что кто-то уходит и освобождает место.

Многое подтверждает: “Астану” хотели закопать

– Как вы стали работать с адвокатом американца Флойда Лэндиса, которого лишили звания победителя “Тур де Франс-2006”?

– Когда мы возвращались домой после “Тур де Франс”, он мне сам позвонил. Выразил сочувствие по поводу случившегося. Спросил, как можно помочь, и оставил номер своего адвоката, сказав, что он компетентен в таких делах.

– Но команда Лэндиса недавно проиграла его дело, вам не страшно?

– Нет. У нас разные ситуации. У Лэндиса тестостерон нашли, у меня в крови ищут проблему. Конечно, я не уверен на все 150%, что история закончится благополучно, но пробовать всегда надо! Почему я должен соглашаться с тем, что я использовал допинг, если это не так? Мне на “Туре”, знаете, что сказали: “Будете делать вторую пробу или сразу признаетесь?!”

– А вы не боитесь, что судебная тяжба может довести вас до финансового истощения, как Лэндиса?

– Мое дело так далеко не пойдет, и потом, в Америке совсем другая система правосудия. Ему надо было пройти множество инстанций. А у нас по-другому: сейчас в Алматы пройдет второе слушание, которое собирает Федерация велоспорта Казахстана. Потом состоится суд в Лозанне.

– Вы уловили связь между вашим случаем и Кашечкиным (гонщика “Астаны” Андрея Кашечкина также обвиняют в переливании крови. – Прим.авт.)?

– Это только подтверждает то, что действительно нашу команду “Астана” хотели закопать! У Андрея до сих пор нет на руках никаких официальных документов из лаборатории, где брали анализ, подтверждающих, что результат позитивный.

Один в поле – еще какой воин!

– Ритм тренировок сбавили?

– Сейчас конец сезона, зачем себя мучить? Колени зажили только два месяца назад. Катался дома в Монте-Карло три раза в неделю, вместе с нашими пацанами: Сергеем Яковлевым, Андреем Мизуровым, Максимом Иглинским, Асаном Базаевым.

– Попытка доказать свою невиновность не напоминает вам борьбу с ветряными мельницами?

– Я оптимист. Конечно, можно опустить руки, но я хочу посмотреть, что можно сделать.

– Один человек может противостоять целой системе?

– И один в поле – тоже воин!

А утки летят…

– За прошедший год что-нибудь успели сделать, не связанное с велоспортом? Где отдыхали?

– Я весь был в работе, посвящал себя тренировкам, ни на что времени не хватает. В августе только съездил на открытие охоты. Дома, в Петропавловске, аким области подарил мне ружье. Стреляли по уткам, я пять штук подбил.

– Вы что-нибудь потом приготовили из добычи?

– Нет, я только стреляю. Сразу могу разочаровать всех – готовить не умею!

– Какую кухню вы предпочитаете?

– Люблю итальянскую, тайскую, казахскую. Когда приезжаю домой в Казахстан после 5–7 соревновательных месяцев, хочется плова, бешбармака. Мяса, одним словом. Наедаешься на весь год.

– Прибавили ли в весе, после того как перестали интенсивно тренироваться?

– После “Тур де Франс”, конечно, набрал 4 килограмма, но это нормально. У меня, в принципе, каждый год после сезона 4–5 кило лишнего веса. Когда начинаю тренироваться, он уходит.

Каждому наследнику – по велосипеду

– Сколько у вас дома велосипедов, не считая вашего собственного?

– Три! Мальчики (пятилетние сыновья Винокурова Кирилл и Николя – двойняшки. – Прим. авт.) в этом году научились ездить на двухколесных велосипедах. Они по двору гоняют в касках. Втроем, вместе со старшей дочкой Ирой.

– Дети у вас спортивные?

– Дочка в прошлом году ходила на плавание и гимнастику. Выбрала плавание. Но также хочет попробовать себя в баскетболе – ведь все девчонки в классе записались. Я летом во дворе повесил корзину, они кидают мяч. А мальчишек записали на таэквондо.

– Ваша супруга Светлана занимается только воспитанием детей?

– В прошлом году она хотела пойти на курсы визажистов и открыть свое предприятие, но потом передумала. Сказала: пока рано, дети еще маленькие.

– Дети осознают, что их папа – известный велогонщик?

– Они же телевизор смотрят! В этом году дочка приезжала со Светой на “Тур де Франс” и спрашивала ее: “Почему все за папой так бегают? Это же наш папа!”

Вино и кальян

– Саша, с прошедшим вас днем рождения (16 сентября Вино исполнилось 34 года. – Прим.авт.)! Что вам в этом году подарили?

– Я долго думал, нужно ли его справлять или обойтись посиделками в узком семейном кругу. Потом все же решил собрать близких друзей. Было приятно не подарки получать, а само общение. Хотя подарки были классные! Мне вот этот портфель подарили (показывает на коричневую сумку, с которой пришел на встречу.) и кальян! Дети нарисовали рисунки нашей семьи и вручили мне.

– Переживали ли, что пропустили сентябрьский чемпионат мира в Штутгарте?

– Я смотрел последние три круга групповой гонки. Разделку не получилось увидеть – в это время как раз летел в Казахстан. Видно было, что трасса групповой гонки была сложная, как раз под меня. Но – СЕ ЛЯ ВИ!

– Капитанское место в “Астане” ждет вас?

– Будущее покажет, а вообще – да…

Марина ХЕГАЙ, Иван БЕСЕДИН (фото)

Загрузка...