Опубликовано: 593

О добрых чувствах, которые легче убить, чем пробудить

В любой ситуации должно находиться местечко здоровому цинизму. А иначе - нельзя. Если ко всему подходить серьезно, с точной меркой, тебе же в нее отсыпят - не унесешь.

Поэтому никого не удивлю, если скажу, что добрым человек обычно бывает, очутившись наедине с собой. Или с чем-то прекрасным, не раздражающим, не напоминающим о смерти или грязи. Например - бескрайним морем, поющими наушниками или замирающей от восторга собакой, уткнувшейся мордой в руки. Когда людей больше чем один, в дело вступают иные законы. Притяжения-отталкивания. Слияния-отторжения. Концентрации-расслабления. Когда с мерцающих экранов призывают помогать людям, ах, как хочется верить этим призывам. Суровой метлой отгонять предательские мысли о том, что они продиктованы не сердцем, а желанием "набрать очки". Создать реноме, заработать авторитет, выглядеть лучше, чем на самом деле. Собираем и отдаем деньги - где они? Собираем и отдаем одежду - кто ее носит? Собираем и отдаем продукты - кто-то испытал недолгое чувство сытости... А тем временем наша благотворительность процветает. По-западному окрепнувшая и многоликая: фонды, марафоны, балы, концерты, базары, обеды … Конец прошлого - начало нынешнего года тоже были щедры на благотворительность. Или на громкие акции. Трудно сказать. Тотальную проверку ведь не устроишь, а, между прочим, неплохая тема для журналистского расследования. Что да как нынче на благотворительном фронте. Какие перемены? Первой ласточкой после того, как 5 декабря 2004 года на шахте "Шахтинская" в Карагандинской области произошел взрыв (напомню, погибло 23 шахтера) на предприятии был создан благотворительный фонд, перечислены средства от 10 различных организаций Казахстана, России, Германии: в размере 4 млн. 731 тыс. 749 тенге. В январе, после декабрьского природного катаклизма в Тихоокеанском регионе был открыт специальный счет на имя К. Ормантаева, для добровольных пожертвований, которые предполагалось направить в страны Юго-Восточной Азии, пострадавшие от цунами. В марте по инициативе акима области Болата Жылкышиева организован благотворительный фонд для помощи пострадавшим от наводнения в ЮКО. В конце апреля подведены итоги трехмесячного благотворительного марафона в ВКО, в итоге собранная сумма составила более 15 млн. тенге. Деньги должны были пойти на помощь малоимущим гражданам, в основном - на микрокредиты малообеспеченным, чтоб те открыли свое дело и имели постоянный доход (хотя, и тут позвольте напомнить, что в 1998 году уже был создан Общенациональный Фонд по поддержке малообеспеченных граждан, как он интересно нынче поживает…). 25 апреля в Казахстане получил жизнь еще один благотворительный фонд, разумеется, в преддверии празднования 60-летия со Дня победы - для поддержки ветеранов Великой Отечественной войны (ВОВ), который так и назвали: "Женис" - "Победа". Учредители фонда - представители общенационального Союза предпринимателей "Атамекен" и Международного фонда имени Динмухамеда Кунаева. Их целью провозглашено жизнеобеспечение и лечение ветеранов за счет новой организации. Странная вещь - вроде бы один в благотворительном поле - не воин. Обычный рядовой член общества (сам по себе) не может сделать счастливым никого, если не знаком с ним лично. Он не может, принеся игрушку своего повзрослевшего ребенка, заставить учащенно биться сердце сироты, если в детдом до этого приезжали богатые спонсоры и привезли воз новых, с этикетками. Так уж устроен индивид, ему легко даются и надолго запоминаются сравнения. А еще человек не может и сам, отдав какую-то копейку, прочувствовать последствия содеянного. Разве что при непосредственном контакте с древней старушкой на улице, когда она, трясясь и обливаясь слезами, пытается поцеловать вашу руку, бросившую серебро в горстку медяков. Но согласитесь, только законченное чудовище может почувствовать при этом прилив благодушия и самодовольства… А с другой стороны - велик ли прок от общественного и вроде бы большого и солидного фонда? Кому, как и достается ли вообще добро (не материального свойства)? Чем оно измеряется? Миллилитрами слез радости? Шириной улыбки? Толщиной талии? Почему мы не перестаем и публично, и в повседневной жизни, сталкиваясь с чужими страданиями, мусолить давно протертые до дыр слова "милосердие", "любовь к ближним", "сострадание", "человечность"? Ведь сами понятия, прикрытые ярлыками слов, существуют априори. Они обозначают то, что нельзя потрогать. А вот создать или уничтожить - запросто! Хотя нет, еще добро можно размножить. Как на ксероксе. Но это и будут КОПИИ. Пустышки. Настоящее ведь не обсуждается. Оно внутри. Как тяжкий груз или праздник, с которым хочется или категорически не хочется расставаться, читай - делиться. Еще бы научиться не совершать бессмысленных действий. Даже во имя добра.
Загрузка...