Опубликовано: 2238

Легендарная методика воспитания детей

Легендарная методика воспитания детей

В издательстве «Эксмо» выходит одна из самых востребованных в мире книг по воспитанию детей - Свободные родители, свободные дети.

О книге

В 1974 году две молодые мамы – Адель Фабер и Элейн Мазлиш – написали книгу, в которой постарались собрать воедино свои мысли и размышления на тему воспитания детей, а также знания, полученные в течение пяти лет занятий на семинарах психолога доктора Хаима Гинотта. Книга «Свободные родители, свободные дети», увидевшая свет в результате длительного труда, стала настоящим прорывом в своей области. Вот уже почти сорок лет миллионы родителей по всему миру пользуются простыми и мудрыми советами Адель Фабер и Элейн Мазлиш. Вслед за первой, были выпущены и другие книги, посвященные самым разным проблемам, с которыми сталкиваются современные родители.

В России методика воспитания Фабер и Мазлиш также стала очень популярна. Как и во всем мире, в нашей стране их книги по праву заняли первые места в рейтингах продаж книжных магазинов, получили высокую оценку специалистов – экспертов в области воспитания детей, детских психологов, педагогов. А одна из самых известных книг авторов «Как говорить, чтобы дети слушали, и как слушать, чтобы дети говорили» получила множество положительных отзывов и стала настольной для многих мам и пап.

И вот, наконец-то, мы имеем возможность узнать, с чего все начиналось, и познакомиться с самыми основами знаменитой методики. Осенью 2012 года в издательстве «Эксмо» впервые на русском языке выходит самая первая книга Адель Фабер и Элейн Мазлиш «Свободные родители, свободные дети». Она стала началом дела всей их жизни. Удивительно, но советы, приведенные в этой книге, до сих пор нисколько не потеряли актуальности. Наоборот, спустя почти сорок лет стало очевидно, что идеи, сформулированные авторами, будут востребованы во все времена.

Спустя некоторое время после первого издания книги, Адель и Элейн написали к ней новое предисловие, в котором отметили: «Мы с гордостью поняли, что наша книга во многом опередила свое время. Нам удалось соединить чувства детей и их желание защитить себя. Мы рассказали о том, как освободить детей от навязанных им ролей. Мы придумали множество способов повышения самооценки. Мы реалистично взглянули на родительский гнев – от слабого раздражения до неконтролируемой ярости – и придумали способы борьбы с этим чувством, чтобы дети не становились его жертвами. Снова и снова мы призывали наших читателей к уважению – уважению к родителям, уважению к детям, уважительному отношению к необходимости совместной жизни».

Отрывок из книги "Свободные родители - свободные дети"

 IV. КОГДА РЕБЕНОК ВЕРИТ В СЕБЯ

Шли недели, и я все лучше понимала ту роль, какую чувства играли в жизни моих детей. Я сделала для себя множество важных открытий.

ЧУВСТВО – ЭТО ФАКТ

Чувства моих детей стали для меня столь же реальными, как яблоки, груши, стулья и другие физические предметы. Я не могла больше игнорировать чувства детей, как не могла не обращать внимания на барьер посреди дороги. Да, их чувства порой менялись – и иногда очень быстро. Но в те моменты, когда дети их ощущали, чувства эти были очень реальными.

Я часто слышала: «Почему ты вечно защищаешь Энди? Ты всегда на его стороне!» или «Мы никогда никуда не ходим, а все ходят!».

Раньше я обрушивалась на такие заявления со всей силой взрослой логики: «Это неправда. Я часто принимаю твою сторону, и ты это знаешь» или «Как ты можешь такое говорить? Разве на прошлой неделе мы не были в зоопарке? У тебя короткая память!».

Теперь же я стала слышать в этих словах их глубинный смысл. В данный момент ребенок это чувствует. Осознав это, я сумела сформулировать другие ответы: «Тебе кажется, что я всегда заступаюсь за Энди? Я понимаю. Спасибо, что сказал мне о своих чувствах» или «Тебя волнует, что наша семья слишком много времени проводит дома. Тебе хочется, чтобы мы выбирались куда-нибудь почаще. Я рада, что ты сказал мне об этом. Теперь я это знаю».

ПРОТИВОРЕЧИВЫЕ ЧУВСТВА МОГУТ СУЩЕСТВОВАТЬ ОДНОВРЕМЕННО

Когда я осознала это, то мне стало ясно, что многие мои заявления не имеют ни малейшего смысла: «Так ты скучаешь по ней или нет?», «Определись же, наконец! Ты или хочешь ехать в лагерь, или нет!».

Я открыла для себя новую истину, истину других ответов: «С одной стороны, ты скучаешь по подруге, а с другой – радуешься, что она уехала», «Тебе и хочется поехать в тот же лагерь, и хочется остаться дома. А еще тебе хочется съездить в какое-то новое место».

ЧУВСТВА КАЖДОГО РЕБЕНКА УНИКАЛЬНЫ

Как нет двух одинаковых листьев на одном дереве, так нет и совершенно одинаковых детских чувств. И это различие мы высоко ценим. Именно чувства делают ребенка уникальной личностью.

Я перестала раздраженно бросать: «Как это ты не любишь мороженое? Ты, наверное, единственный в мире, кто не любит мороженого». Теперь я с удовлетворением отмечала, что мой ребенок не похож на других. «Твой брат любит мороженое. Но ты другой. Тебе больше нравится лед».

Я старалась дать понять, что в отличиях нет ничего плохого. Я сосредотачивалась на сильных сторонах своего ребенка. Вместо того чтобы сказать: «Все мальчики любят играть в бейсбол. Почему ты должен быть белой вороной?», я поступала иначе: «Судя по всему, бейсбол тебе не нравится. Я заметила, что у тебя другие интересы».

КОГДА ЧУВСТВА ВЫЯВЛЕНЫ И ПОДТВЕРЖДЕНЫ, РЕБЕНОК ПРИЗНАЕТ СВОЕ ПРАВО НА НИХ

От Дэвида я услышала: «Папа, когда ты так со мной разговариваешь, мне кажется, что ты меня обвиняешь во всем. И я начинаю защищаться!»

А Энди сказал: «Мама, знаешь, почему я так себя веду? Я хочу, чтобы ты обратила на меня внимание».

А вот что сказала Джилл: «Я сделала коробочку, чтобы показать, что я чувствую в разные моменты. Я назвала ее своей « коробочкой настроений». На ней рисунки, которые показывают, когда я злюсь, когда радуюсь, когда я счастлива, когда печальна, когда я спокойна, а когда в ярости».

КОГДА РОДИТЕЛИ УВАЖАЮТ ЧУВСТВА ДЕТЕЙ, ДЕТИ УЧАТСЯ УВАЖАТЬ СОБСТВЕННЫЕ ЧУВСТВА И ВЕРИТЬ В НИХ

Это, казалось бы, очевидное утверждение не всегда было для меня очевидным. Только на собственном опыте я начала понимать, насколько важно учить детей доверять своему восприятию.

Как-то мы с Тедом забирали велосипед Джилл из мастерской. Дочке было семь лет. Как только она увидела починенный велосипед – сразу бросилась кататься на нем. Тед подошел к кассе, чтобы оплатить ремонт. Через минуту Джилл вернулась с очень озабоченным видом.

– Тормоза не работают, – сказала она.

Механик расстроился.

– С тормозами все в порядке. Я сам чинил этот велосипед.

Джилл посмотрела на меня.

– Мне кажется, что они не работают.

Механик настаивал на своем.

– Может быть, они еще не разработались…

– Нет, – застенчиво произнесла Джилл. – Они не застревают… Просто… как-то странно…

И она побежала к отцу.

Момент был очень неловкий. Механик стоял с таким видом, словно моя дочь доставляла ему лишние и бессмысленные заботы. Я не знала что делать. Я могла научить Джилл прислушиваться к собственному внутреннему голосу, чтобы она сказала себе: «Если я что-то чувствую, значит, то, что я чувствую, существует». С другой стороны, рядом со мной стоял компетентный механик, который уверял, что с велосипедом все в порядке.

Его авторитет перевесил. Я пробормотала, что он, конечно же, прав, а дети склонны все преувеличивать. В этот момент к нам подошел Тед и решительно сказал:

– Моей дочери кажется, что с тормозами что-то не так.

Мрачный механик, не говоря ни слова, поставил велосипед на стенд, осмотрел его и удивленно сказал:

– Вам придется оставить его в мастерской. Тормоза действительно придется заменить.

Я была просто потрясена. В тот день я поклялась себе, что буду всегда доверять внутреннему голосу дочери.

Через несколько недель мы с Джилл ждали зеленого света светофора на оживленном перекрестке. Я взяла ее за руку и начала переходить улицу. Но дочка потащила меня назад. Я уже собиралась попросить, чтобы она не капризничала, но вовремя опомнилась.

– Джилл, – сказала я, – я рада, что ты доверяешь собственным чувствам. Мы перейдем улицу, когда тебе покажется, что это вполне безопасно. Я готова подождать.

Мы стояли целых пять минут. У нас был добрый десяток возможностей перейти улицу. Я твердила себе, что все вокруг считают нас сумасшедшими. Может быть, я переборщила с желанием научить дочь доверять собственным чувствам?

А потом произошел случай, который полностью перевернул мой образ мыслей. Жарким летним днем Джилл вбежала в дом в мокром купальнике. Выражение ее лица было очень странным.

– Мы классно развлекались в бассейне, – сказала она. – С нами был наш приятель, с которым мы познакомились. Мы играли вместе. А потом он отозвал нас с Линдой в сторону, под деревья. Он спросил, можно ли лизнуть пальцы на моей ноге. Он сказал, что это будет весело.

Я чуть не умерла на месте.

– И что потом? – спросила я.

– Я не знала, что делать. Линда решила, что это действительно будет весело, но я все равно не хотела… Я чувствовала… Ну, я не знаю…

– Ты хочешь сказать, что вся эта ситуация показалась тебе неправильной, хотя ты и не знала, в чем дело?

– Да, – кивнула дочь. – Поэтому я прибежала домой.

Я постаралась не выдать своего облегчения. Как можно спокойнее я поинтересовалась:

– Ты доверилась своим чувствам, и они подсказали тебе, что делать, верно?

Только потом я поняла, что произошло. Может ли умение и готовность доверять собственным чувствам защитить ребенка? И если мы подавляем это доверие, то не подавляем ли одновременно чувство опасности? Не делаем ли мы ребенка уязвимым перед лицом тех, кому его благополучие важно не так, как нам?

Окружающий мир изо всех сил старается сделать ребенка глухим к сигналам опасности.

«Ну и пусть на пляже нет спасателя. Ты же умеешь плавать».

«Нет никаких причин бояться. Даже если появится машина, у тебя достаточно времени, чтобы увернуться от нее».

«Не будь рохлей. Все ребята уже попробовали. Зависимость не возникнет».

А что, если порой выживание ребенка зависит от его доверия к собственным чувствам?

Если бы год назад кто-то спросил меня о значимости внимательного отношения к чувствам детей, я бы ответила: «Думаю, что такой подход заметно улучшает обстановку в семье и не причиняет вреда».

Если бы мне задали тот же вопрос сегодня, я дала бы более эмоциональный ответ. Теперь я твердо убеждена, что, отрицая чувства ребенка и убеждая его в их ложности, мы лишаем его естественной защиты. И не только. Мы смущаем, запутываем его, ослабляем его чуткость. Мы заставляем его строить обманчивый мир слов и защитных механизмов, которые не имеют ничего общего с его внутренней реальностью. Мы отделяем ребенка от него самого. Не позволяя ему понимать собственные чувства, мы блокируем его способность понимать чувства других людей.

Но когда мы признаем право детских чувств на существование, то тем самым делаем ребенку прекрасный подарок. Мы наделяем его способностью прислушиваться к внутреннему голосу и понимать самого себя, делаем его внимательным и заботливым человеком.

Об авторах

Адель Фабер и Элейн Мазлиш в прошлом были обычными американскими мамами непослушных детей (у каждой их по трое), пока не попробовали это изменить, отправившись на семинары популярного в то время психолога Хаима Гинотта. Занятия возымели эффект и принесли свои плоды, но не дали мамам ответов на все вопросы. Тогда женщины решили разработать собственную, подробную методику воспитания, основанную на эффективном общении с ребенком, исходя из пережитого опыта проб и ошибок. Результат превзошел все ожидания: первая книга А. Фабер и Э. Мазлиш "Свободные дети - свободные родители" мгновенно стала бестселлером и продолжает удерживать этот статус вот уже около 40 лет. Вскоре после выхода этой книги программы семинаров Адели и Элейн стали известны далеко за пределами США. Они до сих пор регулярно проводят их для родителей и учителей, которые желают научиться эффективному общению с детьми и подростками. Богатейшая практическая база, которая была накоплена в процессе занятий, нашла свое отражение в их последующих книгах, незаменимых для любящих и ответственных родителей во всем мире.

Загрузка...